Рождество
Шрифт:
– Можно 2 вопроса?
– сменил интонацию Тэ Нэ.
– Валяй.
– Если бы не ревность, ты бы заметил странности в поведении Кея на Весперии?
– по лицу Алексея читалось, что вопросу он не рад и уже готов был ответить порезче, но ему не дали.
– А Агнесса? Ты давно знаком с ней?
– 2 года, - куда отправилась логика Тэ Нэ на этот раз?
– И за эти 2 года вы ни разу, - Тэ Нэ выделил последнее слово, - не встречались?
– Она была для меня просто другом.
Тэ Нэ саркастически усмехнулся.
– Значит, потребовалось появление Кея рядом с Агнессой, чтобы до тебя, наконец, дошло,
– озвучил Тэ Нэ очевидный вывод, после чего сразу же был схвачен за шиворот вышедшим из себя Алексеем.
– А в лоб?
– угрожающе произнёс он.
– Мой лоб тебе ещё приходится, - убеждаясь в собственной правоте, нахально ответил Тэ Нэ.
– Ударишь, значит, я прав, - с чувством превосходства добавил он.
Алексей оттолкнул его. Ему очень хотелось, чтобы этот умник хоть в чём-то хоть раз ошибся. И чёртов Кей тут ни причём... отчасти. Будь он неладен! Потому что он действительно... Но признавать это перед Тэ Нэ Алексей вовсе не собирался. Раз он такой умный, зачем спрашивать?
– Меня сейчас больше волнует микросхема.
– Микросхема это вчерашний день, - парировал Тэ Нэ, заставляя посмотреть на него как на сумасшедшего.
– В смысле?
– Кей и Агнесса уже сделали решающий шаг в войне Каганата с Альянсом. Каганат рассчитывал завоевать Весперию в течение недели и разобраться с оставшимися мирами в последующие 14 дней. Однако война превратилась в затяжную, на продолжение которой у Каганата не хватит ни сил, ни средств. Правда, он этого пока не понял. Обеим сторонам скоро станет выгодней заключить мир. Про то, что человеческий ресурс исчерпаем, я вообще молчу, - проницательно заметил Тэ Нэ.
– Я посмотрю, как ты запоёшь, когда микросхема найдётся и - не дай бог - окажется в руках у Каганата!
– У меня плохие вокальные данные, - отшутился Тэ Нэ и тяжело вздохнул. Тяжело быть самым умным и видеть то, чего другие не замечают.
Ограбление
Была поздняя ночь, когда Агнесса сквозь сон услышала взволнованный голос Бланш.
– Агнесса! Агнесса!
– та пыталась разбудить её.
– Проснись! Кей в беде.
Фраза подействовала лучше всякого будильника. Агнесса мгновенно поднялась.
– Что? Что случилось?
– испуганно спросила она.
– Там сын ювелирного мастера. Сказал, что ищет тебя.
Ювелирного? Причём тут ювелир? Так Кей работает у него?
Через несколько минут она уже направлялась сквозь ночной город к ювелирной лавке, не находя себе места от переживаний. У ювелира горел свет, и по количеству собравшихся людей можно было сказать, что произошло что-то серьёзное. Зайдя вовнутрь, Агнесса встретилась глазами с Кеем и оценила ситуацию. Его удерживали двое громил, но Кею ничего не стоило в любой момент вывернуться и скрутить их. Только чувство самосохранения не позволяло ему сделать это. «Как я рад тебя видеть!», - читалось в его взгляде. Мысленно он поблагодарил всех богов Бинара, когда она появилась на входе.
– Можешь объяснить, какого солнца тут происходит?
– с языком у Кея было плохо. Он успел выучить только пару выражений, необходимых для работы. - В чём они меня обвиняют? И объяснить этим бугаям, что я ничего плохого не делал.
Кроме Кея и удерживающих его мордоворотов
– Они обвиняют тебя в воровстве.
– Но я ничего не крал! Я же работаю здесь!
– возмутился Кей.
– Я бы рад ему верить, - после перевода Агнессы ответил пожилой мастер.
– Но эти двое утверждают, что видели его. По крайней мере, из того, что я понял.
Стоп. Это ещё что за шутки? Нет, только не говорите мне...
– Вы ведь толмач?
– обратился к ней старый ювелир.
– Может, знаете их язык? Сможете перевести?
Похоже, всё-таки да. Она повернулась к двум иностранцам. Мастер обратился к ним, видимо, представляя её. И они заговорили... Мозг Агнессы целиком переключился на идентификацию говоримой речи и поиска нужных слов в словаре. Пару секунд она ничего не могла понять из-за резкого переключения на новый язык с двух предыдущих. Но слова были до боли знакомы и известны, но название самого языка упорно отказывалось приходить на ум. Она начала отвечать им раньше, чем поняла, на каком языке говорит. Вульгарная латынь? Вы что, издеваетесь?
– То, что он был одет как он, вовсе не значит, что это был он!
– выпалила она, защищая Кея. Нет, не издеваются. Настоящая вульгарная латынь.
Кей, внимательно наблюдавший за происходящим, не понял ни слова, кроме одного. Она на его стороне. И с благодарностью посмотрел на неё после произнесенной реплики. У него внутри всё прыгало и плясало.
– Стоп!
– воскликнула Агнесса, когда мозги начали закипать.
– Давайте по порядку!
Обычно переводчику приходится работать с одним языком. Его мозг служит всего лишь транзитом для информации во время устных переводов. Часть запоминается, тут же переводится и удаляется, освобождая место следующей. Что требовало хорошей оперативной памяти. И что не мешает после чувствовать себя так, словно на тебе пахали. Здесь же, даже, если вычесть бинарский, который уже стал для неё родным, оставались немецкий и латынь. В древних своих формах. Ещё месяца 2 назад, она и помыслить себе не могла, что знание мёртвых языков придётся использовать вживую.
– Я буду по очереди переводить тебе их, - она посмотрела на Кея. Обычно переводчику ничем, кроме перевода заниматься не надо было.
– Если твоя картина произошедшего будет не совпадать с ними, кричи громче, - здесь же приходилось переводить, запоминать и анализировать одновременно.
– Хорошо, - с готовностью согласился Кей.
Первой она обратилась к пожилому ювелиру. Он производил впечатление честного, порядочного человека, занимающегося своим делом и не трогающим остальных. И, так же как и она желавшего освобождения Кея.
– Сегодня около семи вечера я обнаружил пропажу ожерелья и серёг с рубинами. Оно лежало здесь, - он открыл верхнюю полку деревянного шкафчика и вытащил пустой бархатный мешочек.
– Это набор, сделанный по специальному заказу одного из постоянных покупателей и завтра я должен отдать его ему.
– Я делал к нему огранку рубинов, - поделился Кей, когда Агнесса перевела ему первую часть.
– Сегодня вечером я проверил и не нашёл ничего, - продолжил ювелир.
– Вчера они точно были на месте.