Рождение героев

Прусаков Андрей

Он вытащил из-за пояса связку дротиков и вручил каждому юноше по одному. Парни молча переглянулись. Где же мишень? Дозорный прошел в другой конец поляны и встал там.

– Вы будете бросать дротики в меня, – объявил он. Борран сунул руку за дерево и извлек маленький круглый щит с длинной кожаной лямкой. На нем белой краской был нарисован круг размером с кулак. Дозорный нацепил щит на грудь и повернулся к ним: – Начинайте.

Юноши вновь переглянулись. Щит едва прикрывал могучий торс дозорного. Кто решится первым? Каждый понимал: лучше не промахиваться…

– Не заставляйте

старейшину ждать! – возвысил голос Борран.

Юноша из рода Дерева вышел вперед и с силой метнул оружие – дротик вонзился в край щита. Борран даже не вздрогнул, и Шенн поразился такой выдержке. Следующим метал представитель рода Птицы – Борран перехватил летевший мимо дротик рукой и вонзил его перед собой в землю.

– Отойди, – проронил старейшина Кирм.

Юноша, опустив глаза от стыда, отошел в сторону. Он понял, что проиграл и второй попытки не будет.

Шенн вышел вперед. Ладонь, охватившая древко дротика, вдруг стала влажной, а сердце застучало сильней. Он не должен опозорить род! Борран смотрел на него, чуть прищурив веки. Он ведь тоже из рода Зверя.

Шенн метнул. Метнул сильно, как учили, добавив к силе руки силу подавшегося вперед тела. На мгновение показалось, что дротик летит мимо, но в следующий миг раздался глухой стук – оружие воткнулось в белый круг. Лицо Боррана не изменилось, но Шенн догадывался, что дозорный горд за него и, не скрывая радости, широко улыбнулся.

– Следующий, – сказал Кирм.

Род Змеи. Парень действительно грациозен и ловок, как змея, двигается легко и плавно, будто скользит над поверхностью травы. Но, видно, метание оружия не самая сильная его сторона – примерялся к цели долго. Но метнул точно, тоже попав в белый круг.

Последний, из рода Воды, метнул дротик быстро, едва подойдя к границе броска, очерченного старейшиной. Он попал в центр мишени и молча отошел, ничем не выказывая радости. Шенн невольно почувствовал уважение к противнику. Что говорить, все соперники были отличными охотниками.

Выдержавших испытание Кирм повел дальше. Шенн удивился. Никто не говорил, что будут еще испытания. Он думал, что они прошли отбор среди юношей каждого из родов, но оказывается, все еще впереди! Не выдержавшего испытание Кирм отправил домой. Шенн жалел парня, он представил, как смеялся бы Грейл, если бы Шенн… Но он сможет!

Они шли в глубь Леса. Шенн не бывал здесь, у каждого рода своя территория, и праздно разгуливать по Лесу не дозволялось никому. Народ Леса жил на его окраинах, в середине жил Хозяин. Шенн никогда не видел его – это дозволялось лишь избранным и преступникам, которых судил Хозяин. По слухам, участь их была ужасной, больше их никто никогда не видел. Глаза Шенна запоминали путь, уши – звуки, а нос – запахи. Кто знает, как придется выбираться из этих мест?

Следующая поляна была больше и шире первой. На краю лежат четыре столба – гладкие, без коры, деревянные чурки в рост человека.

– Вы должны поднять их и принести ко мне, – сказал Борран, отойдя на другую сторону поляны. – Когда я махну рукой, начинайте. Уронивший бревно – проиграл.

Он прошел шагов пятьдесят и остановился. Шенн посмотрел под ноги: поверхность поляны неровная, всюду

пни и кочки, стелющаяся густая трава-веревочница, в которой немудрено запутаться после неосторожного шага. И соперники, которые попытаются помешать.

Они подошли к столбам и замерли, ожидая команды.

– Поднимайте, – велел Кирм.

Шенн был третьим. По правую руку стоял Змея, по левую – Вода. «Достойные юноши, – подумал Шенн, отмечая мощные мышцы соперников, – с такими надо быть начеку…» Шенн схватился за бревно и не без труда приподнял. Тяжелое. А ведь его еще и нести! Он напрягся и закинул дерево на плечо, пошатнулся – но устоял, чувствуя, как пятки тонут во влажной болотистой почве. Глаза юноши встретились с глазами Змеи: пронзительный угрожающий взгляд соседа не сулил ничего хорошего.

– Никаких правил, – сказал Кирм, – донесите бревно до конца поляны. Последний тоже проиграет. Борран, дай знак.

Борран махнул рукой. Парень из рода Воды неожиданно развернулся с бревном на плечах, и не успевший отскочить соперник повалился наземь вместе с ношей. Их осталось трое. Из-за бревна на плече Шенн не видел соперника справа и потому решил держаться от него подальше. Он тронулся с места, постепенно набирая скорость. Ноги вязли в густой вьющейся траве, цеплялись за острые сучья, обильно раскиданные по поляне. Главное – удержаться на ногах и не прийти последним!

А первым бежал Змея. Он двигался, быстро-быстро семеня ногами, видно, груз был для него слишком тяжел, но пока все же выигрывал добрый десяток шагов. «Водяной» бежал наравне с Шенном. Неожиданно впереди, пересекая поляну поперек, натянулась веревка. Змея налетел на нее, споткнулся и не сумел удержать бревно. Он раздраженно взмахнул руками и отошел в сторону, скрывая лицо.

Зверь и Вода успели остановиться и замерли, зорко следя друг за другом. Как перебраться через преграду, не уронив ноши? А главное, не дать это сделать сопернику.

– Быстрее! – крикнул Борран.

Юноши смотрели друг на друга. Никто не решался идти первым, давая противнику шанс.

– Я жду! – сказал Борран. – Считаю до трех: раз…

Вода не выдержал первым. Он опасался класть бревно на веревку и, нагнувшись, стал подлезать под нее, кряхтя от напряжения. Шенн подскочил к скорчившемуся под тяжелой ношей сопернику. Хватило легкого толчка, и у Шенна не осталось конкурентов. Упавший бессильно взвыл, пытаясь достать Шенна ногой, но тот успел отскочить, с трудом сохранив равновесие.

– Ты должен донести бревно, – сказал Борран. Лицо прославленного дозорного потеплело, казалось, даже шрамы на лице улыбаются Шенну.

Шенн перекинул бревно на согнутые руки, нагнулся, придерживая ношу, мигом пролез под преградой и вновь закинул груз на плечо. Осталось дойти до Боррана.

Он бросил бревно у ног дозорного и радостно улыбнулся. Он смог!

– Молодец, – проронил Борран. К ним подошел Кирм и молча двинулся куда-то в Лес. Борран и Шенн пошли следом. Молодой Зверь не оглядывался назад, зная, что оглядываться – признак слабости, и лишь представлял, как, должно быть, обидно проигравшим и как завистливо они смотрят ему вслед. Шенн выпятил грудь и расправил плечи.