Розанна
Шрифт:
— Когда она уехала из дома?
— В начале мая. Хотела провести два месяца в Европе. Это было ее первое путешествие за границу. Насколько мне известно, она путешествовала одна.
— Вам известно что-нибудь о ее планах?
— Почти ничего. Об этом у нас не знает никто, но я могу дать вам одну зацепку. Она прислала своей подруге почтовую открытку из Норвегии, где написала, что собирается провести одну неделю в Швеции, а затем поедет в Копенгаген.
— В открытке было еще что-нибудь?
— Да, она что-то упоминала о путешествии на шведском
Мартид Бек задержал дыхание.
— Мистер Бек, вы меня слушаете?
— Да.
Связь начала резко ухудшаться.
— Я понял, что она убита, — кричал Кафка. — Вы взяли преступника?
— Пока еще нет.
— Я вас не слышу.
— Надеюсь, вскоре мы его найдем, но пока еще нет, — сказал Мартин Бек.
— Вы застрелили его?
— Что?.. Нет, нет, не застрелили…
— О'кей, я вас слышу, вы застрелили этого подонка, — кричал человек с противоположного берега Атлантики. — Отлично. Я сообщу об этом в наши газеты.
— Вы меня не поняли, — в отчаянии простонал Мартин Бек.
Слабым шепотом донеслись до него сквозь шум эфира последние слова Кафки:
— О'кей, я вас прекрасно понял. Ваше имя я обязательно сообщу в газеты тоже. Я вам позвоню. Всего хорошего, Мартин.
Мартин Бек положил трубку. Весь разговор он провел стоя. На лбу у него выступил пот. Мартин Бек застонал.
— Слушай, чего это ты так раскричался? — спросил Колльберг. — Ты что, думаешь, это мегафон и тебя отсюда слышно в Небраске?
— В конце разговора была очень плохая связь. Он думает, что я застрелил убийцу. Собирается сообщить об этом в газеты.
— Сенсация! Завтра ты станешь там героем дня. Послезавтра тебя изберут почетным гражданином, а к Рождеству пришлют ключ от города. Позолоченный. Гангстеру Мартину, мстителю из панельной многоэтажки. Ребята умрут со смеху.
Мартин Бек сморкался и вытирал лоб.
— Ну, так что же он еще сказал, этот твой шериф? Или он только хвалил тебя, восхищался, какой ты молодец?
— Скорее, он хвалил тебя за описание. Сказал, что оно блестящее.
— Он уверен, что это именно она?
— Да, он проверил это у ее подруги и какого-то молодого человека, с которым она была обручена или что-то в этом роде.
— Ну что же дальше?
— Она уехала из дому в начале мая. В Европе должна была провести два месяца. За границу поехала впервые. Путешествовала одна. Из Норвегии прислала открытку подруге, писала, что побудет примерно неделю в Швеции, а потом поедет в Копенгаген. Сказал, что высылает нам ее фото и какие-то материалы.
— Всё?
Мартин Бек подошел к окну и посмотрел во двор. Он грыз ноготь.
— В открытке она также написала, что собирается совершить экскурсионную поездку на пароходе по шведским озерам.
Он повернулся и посмотрел на своего коллегу. Колльберг уже не улыбался, а насмешливый огонек в его глазах погас. Через минуту он очень медленно сказал:
— Так значит, она приехала на пароходе. Наш общий приятель из
— Похоже на то, — сказал Мартин Бек.
IX
Выйдя в Шлюссене [6] из станции метро на свежий воздух, Мартин Бек сделал глубокий вдох. Он, как всегда, плохо себя чувствовал после поездки в переполненном вагоне.
Воздух был чистый, небо ясное, с моря дул свежий ветерок. Мартин Бек перешел на противоположную сторону улицы и купил пачку сигарет. По пути к старому порту он остановился, закурил сигарету и облокотился на перила. У городской набережной стоял на якоре крейсер под английским флагом. Название он с такого расстояния прочесть не смог, но догадывался, что это «Девония». Стая чаек с криком дралась из-за каких-то кухонных объедков в воде. Он немного постоял, глядя на корабль, и пошел дальше по набережной.
6
Район Стокгольма.
На штабеле досок сидело несколько мужчин. Вид у них был хмурый. Один попытался дрожащими пальцами вставить сигарету в деревянный мундштук, но ему это не удалось, на помощь пришел сосед, у которого руки тряслись не так сильно. Мартин Бек посмотрел на часы. Без пяти девять. Ребятам нужно опохмелиться, подумал он, иначе они не ждали бы с таким нетерпением открытия магазина, чтобы принять свою порцию.
Он прошел мимо судна «Бора-2», которое загружалось у причала, и остановился на тротуаре напротив управления судовой компании. По улице двигалась бесконечная вереница автомобилей, так что перейти на противоположную сторону ему удалось только через несколько секунд.
Списка пассажиров, находившихся на пароходе «Диана» третьего июля, в управлении судовой компании не было. Очевидно, он в Гётеборге, его пришлют сюда как можно скорее. Список судовой команды и обслуживающего персонала он все же получил. Уходя, взял несколько туристических брошюрок, которые читал по дороге в управление округа Кристинеберг.
На диванчике для посетителей уже сидел Меландер.
— Мое почтение, — поздоровался Мартин Бек.
— Доброе утро, — сказал Меландер.
— Ну и вонь от этой твоей трубки. Рад тебя видеть, хотя ты и отравил весь воздух. У тебя какое-нибудь дело?
— Если куришь трубку, меньше вероятность заболеть раком. Кстати, я слышал, что твои любимые сигареты «Флорида» в этом отношении самые опасные из всех. А здесь я нахожусь по службе.
— Проверь в агентстве «Американ Экспресс» почту, чеки, квитанции телефонных переговоров, в общем, все, что они тебе дадут, ты лучше меня знаешь, что нужно делать.
— Это точно. Как звали ту даму? Мартин Бек написал на листочке бумаги «Розанна Макгроу» и подвинул листок по столу к Меландеру.
— Похоже на воронье карканье, — заявил Меландер. — А как, собственно, это надо произносить по-английски? Гру?