Рой

Крайтон Майкл

– Да, ты права.

– Хорошо, – проронила Мае и отвернулась. – А сейчас нам надо быстро собрать рюкзаки и отправляться.

Теперь я понял, почему Мае никогда не проигрывала в спорах. Мы нашли в шкафу со всякими принадлежностями три рюкзака. Один рюкзак я вручил Бобби и сказал:

– Все, двинулись.

Ночь была ясная, на небе сияли звезды. Мы пошли в темноте к складу возле автостоянки – к темному пятну на фоне темного неба. Я вел рядом с собой горный мотоцикл. Какое-то время все молчали. Наконец Бобби сказал:

– Нам понадобятся фонари.

– Нам

много чего понадобится, – добавила Мае. – Я составила список.

Мы дошли до склада и открыли дверь. Я заметил, как Бобби чуть отпрянул назад в темноте. Я вошел внутрь, нащупал на стене выключатель и включил свет.

Внутри складское помещение осталось таким же, как раньше, когда мы отсюда уходили. Мае расстегнула рюкзак и пошла вдоль стеллажей.

– Нам нужны фонари… зажигательные капсулы… горючее… кислород…

Бобби спросил:

– А кислород зачем?

– Если укрытие подземное, нам может понадобиться… да, и еще термитные шашки.

Я сказал:

– Термит был у Рози. Может, она поставила его на пол, когда… Я сейчас посмотрю.

Я прошел в соседнюю комнату. Коробка с термитными шашками лежала на полу, перевернутая набок, цилиндрики термита валялись рядом. Наверное, Рози уронила коробку на пол, перед тем как бросилась бежать. Я подумал – не прихватила ли она что-нибудь с собой? И посмотрел на ее тело у дальней двери.

Тела Рози там не было.

– Господи…

Бобби сразу подбежал ко мне:

– В чем дело? Что-то не так?

Я указал на дверь:

– Рози исчезла.

– То есть как это – исчезла?

Я посмотрел на Бобби в упор.

– Исчезла, Бобби, в буквальном смысле. Ее тело лежало здесь, у двери, а теперь его нет.

– Но куда оно могло деться? Может, животные?..

– Не знаю.

Я подошел к двери, присел и стал рассматривать то место, где раньше лежала Рози. Когда я видел ее в последний раз, пять или шесть часов назад, ее тело было покрыто слоем молочно-белой слизи. Какое-то количество этой слизи осталось на полу. Выглядела она в точности как подсушенное сгущенное молоко. Там, где лежала голова Рози, молочнистые выделения остались непотревоженными. Но ближе к порогу белые лужицы были смазаны, на гладкой поверхности виднелись параллельные линии.

– Похоже, ее вытащили наружу, – сказал Бобби.

– Да.

Я внимательно осмотрел белые лужицы, выискивая отпечатки следов. Один койот не смог бы вытащить тело за дверь, для этого понадобилась бы целая стая койотов. И после них обязательно остались бы следы. Но никаких следов я не обнаружил.

Я встал и подошел к двери. Бобби тоже подошел, и мы вместе выглянули в темноту.

– Видишь что-нибудь? – спросил он.

– Нет.

Я вернулся к Мае. Она уже нашла все, что нужно. Нашла моток магниевого запального шнура. Нашла ракетницы и осветительные патроны. Нашла портативные галогеновые фонарики. И мощные налобные фонарики с широкими эластичными лентами для крепления. Маленькие бинокли и инфракрасные очки ночного видения. Полевую рацию. Баллоны с кислородом и цельнопластиковые дыхательные маски. Точно

такие же дыхательные маски я видел на людях в фургоне с логотипами «ССВТ» – вчера вечером, в Калифорнии. Только у них маски были серебристого цвета.

А потом я подумал: «Неужели это было только вчера вечером?» Да, вчера. Двадцать четыре часа назад.

Мне казалось, что с тех пор прошел по меньшей мере месяц.

Мае распределила все вещи по трем рюкзакам. Наблюдая за ее уверенными действиями, я осознал, что из нас троих только у Мае есть опыт работы в поле, в дикой природе. Мы же, наоборот, были домоседами и теоретиками. Поразительно, насколько зависимым от Мае я чувствовал себя этой ночью.

Бобби поднял первый попавшийся рюкзак, взвесил его в руках и крякнул.

– Мае, ты уверена, что это все нам понадобится?

– Тебе не придется тащить все это на себе. Мы же поедем, а не пойдем пешком. И – да, уверена. Лучше перестраховаться, чтобы потом не пришлось пожалеть.

– Ну, ладно… Но зачем нам, к примеру, полевая рация?

– Никогда не знаешь, что пригодится.

– И с кем ты собираешься связываться по рации?

– Бобби, пойми, – сказал я, – если окажется, что там нам понадобится что-то из этих вещей – оно нам понадобится позарез.

– Да, но…

Мае взяла другой рюкзак и забросила его на плечо. Она, казалось, не замечала его тяжести.

– Ты что-то говорил? – спросила Мае у Бобби.

– Не важно.

Я взял третий рюкзак. Он оказался не таким уж тяжелым. Бобби жаловался только потому, что боялся. Да, конечно, я предпочел бы, чтобы кислородный баллон был поменьше и полегче. Он неудобно лежал в рюкзаке и давил в спину. Но Мае считала, что нам понадобится запас кислорода.

– Запас кислорода? – нервно переспросил Бобби. – Ребята, как по-вашему, насколько большое может быть у них укрытие?

– Понятия не имею, – ответила Мае. – Но последние рои были гораздо крупнее предыдущих.

Она подошла к умывальнику и сняла со стены счетчик радиации. Но, осмотрев его, Мае обнаружила, что в нем сел аккумулятор. Пришлось спешно искать новую батарею, развинчивать корпус счетчика, вынимать испорченную батарею, вставлять другую. Я опасался, что и эта батарея окажется негодной. В таком случае нашей затее конец.

Мае сказала:

– Надо бы проверить и приборы ночного видения. И я не знаю, заряжены ли батареи во всем остальном нашем снаряжении.

Счетчик радиации громко затрещал, индикатор зарядки батареи светился ярко.

– Полная зарядка, – сказала Мае. – Этого хватит на четыре часа работы.

– Тогда давайте начнем, – сказал я.

На часах было без восемнадцати минут одиннадцать.

Когда мы подошли к «Тойоте», счетчик затрещал как сумасшедший. Треск раздавался так часто, что звучал практически непрерывно. Держа рукоятку индикатора перед собой, Мае отошла от машины в пустыню и повернула на запад. Щелчки затихли. Она повернула на восток – и счетчик затрещал снова. Мае пошла дальше на восток – и треск стал тише. Она повернула на север – треск возобновился.