Ровно в полночь
Шрифт:
– Конечно. Притвориться, что мы – пассажиры? Предъявить паспорта и объяснить, как умудрились промочить в самолете ноги?
Он надолго замолк, лишь пыхтел от натуги.
20
В шесть часов с небольшим мы добрались до входа в аэропорт. Занималось унылое утро; фонари еще горели, потускнели с рассветом.
Там стояли несколько легковых машин и автобус без огней, с прицепом для багажа.
– Зайдем внутрь, чтобы привести себя в порядок, – сказал я. – Встретимся через пять минут.
Мисс Джермен направилась
Зато Мэгенхерд, казалось, только что вышел из серьезной схватки. Его когда-то шикарный бежевый плащ был измят, заляпан грязью и в двух местах порван. Брюки мокрые и грязные, волосы в беспорядке. Прикрывая от посторонних глаз, мы схватили его под руки и повели в туалет. Мы с Харви выглядели не так плохо – главным образом потому, что наши наряды с самого начала не были так хороши. Харви побледнел, под глазами – круги, складки на лице обозначились резче обычного. Но как будто пришел в себя.
Я еще не успел почиститься, а Мэгенхерд уже напомнил:
– Вы не забыли, что нужно позвонить мсье Мерлену!
Мне, конечно, удалось забыть, и я был бы только рад, что никто не напомнил, но наше путешествие организовал все-таки он. Потому я почистил плащ, вымыл лицо, руки и ботинки, причесался и уже рыскал по фойе в поисках телефона.
Позвонил в отель, где должен был остановиться Мерлен, я заверил администратора, что дело крайне важное, и в конце концов добрался до Мерлена.
– Господи! – взорвался он. – Что с вами случилось? После Динадана ни звука! Целый день, даже больше! Только радио и газеты – и все о перестрелке в Оверни. Что...
– Помолчите, Анри, – оборвал я его. – Мы уже здесь. Если хотите нас видеть, приходите через двадцать минут на станцию Корнавен.
Пауза.
– Я вас там встречу.
– Просто пройдите через кассовый зал к буфету.
Кто-то зашел в соседнюю будку. Я покосился на вошедшего, быстро сказал: – Итак, Корнавен, через двадцать минут, – и бросил трубку на рычаг.
Она еще не успела набрать номер. Одной рукой я нажал на рычаг, другой резко развернул ее к себе.
Мисс Джермен разыграла детское недоумение.
– Вы здорово себя вели на границе, – мрачно буркнул я, так не портите впечатления. Я запретил телефонные разговоры.
– Но то в шато...
– Надо было спросить разрешения.
Ухватив за локоть, я повел ее к выходу, но наше путешествие рука об руку через холл вовсе не походило на медовый месяц. Девушка хмуро заявила:
– Я боялась, что вы не разрешите.
Я даже не повернулся.
К дверям мы подошли одновременно с Мэгенхердом и Харви. В автобусе включили освещение, и в него устало карабкались пассажиры. Судя по количеству бород и гитар, компания прибыла дешевым ночным рейсом из Парижа или Лондона. Нам для прикрытия больше подошло бы окружение повыше классом. Несмотря на помятый вид, Мэгенхерд все-таки не походил на студента на каникулах.
Мы сели в автобус и заплатили за проезд, не обратив на себя ничьего внимания. Я сел рядом с девушкой, Харви и Мэгенхерд за нами.
Я откинулся назад и сказал:
– Возможно, Мерлен встретит нас на станции.
– На станции? – переспросил Мэгенхерд.
– Корнавен – станция с платформой под стеклянной крышей. Там мы разобьемся на пары. Харви пойдет со мной.
– Нет, – возразил Харви. – Правило номер один – телохранитель держится возле охраняемого.
Я кивнул.
– Знаю, но на станции никто не станет стрелять. Куда опаснее встреча с полицией. Я хочу, чтобы вы были со мной позади и проследили, нет ли слежки за Мэгенхердом, или впереди – для проверки, не ждут ли нас там.
Он тут же все понял.
– Хорошо, так и сделаем.
– А потом? – спросил Мэгенхерд.
– Сядем в поезд до Берна.
– Я думал, возьмем машину напрокат.
– Нет. Пока нет. И если кто-то думал, как вы, он тоже ошибся.
– Вы имеете в виду меня? – холодно спросила мисс Джермен.
– Кого угодно.
Автобус постепенно заполнялся, пассажиры усаживались слишком близко, поэтому разговор пришлось прекратить.
Было слишком рано, потому уже через десять минут мы добрались до станции. Вокзальные часы показывали половину седьмого.
Я повернулся к Мэгенхерду:
– Идите с мисс Джермен вперед и возьмите два билета второго класса до Берна, платит пусть она. Поднимитесь на платформу. При встрече – мы не знакомы.
Девушка возразила:
– Чтобы купить билеты, нужны швейцарские франки.
– У вас они есть. Вы же звонили по телефону, забыли?
Она наградила меня не слишком любезным взглядом и пошла. Мы с Харви отпустили их метров на десять и не спеша зашагали следом.
Бегло осмотрев кассовый зал, Харви покачал головой. Я тоже не приметил ищеек в штатском.
Работала только одна касса, девушка подошла к ней. Мэгенхерд слегка отстал. Я кивнул Гарвею, и он направился к длинному слабо освещенному туннелю, ведущему наверх на платформу. Если кто-то следит за станцией, то наверняка стоит возле буфета, – все отъезжающие пройдут мимо, а торчать там, не вызывая подозрений, можно сколько угодно.
Я пристроился за мисс Джермен, чтобы взять билеты нам с Харви. Отходя от кассы, она окинула меня отсутствующим взглядом. Краем глаза я видел, как они с Мэгенхердом направились к выходу на платформу. И вдруг остановились. Схватив наши билеты, я торопливо обернулся.
Через зал мчался Мерлен, в щегольском белом плаще походивший на резиновый мяч. Он заметил Мэгенхерда, но не обратил внимания на нас. Машинально я смотрел, что происходит за его спиной.
Невысокий человек в полупальто и зеленой фетровой шляпе с узкими полями было заспешил следом, но вдруг замер на месте и поспешно отвернулся к расписанию поездов.
Черт! Хотел же я предупредить Мерлена, что нужно проверить, нет ли слежки, и не подходил к нам, пока я не дам сигнал, что все в порядке. Но не успел. Черт бы побрал эту любительницу телефонных разговоров!