Росток

Ланцов Михаил Алексеевич

— У нас гости! — воскликнул Борята, когда они в очередной раз вписались в берег, не справившись с управлением.

Он сам на этот катамаран не полез. И просто наблюдал с берега. С огромным интересом, порою отпуская шутки разной степени сальности. Был бы у него попкорн — охотно бы его в процессе употреблял.

— Где? — чуть нервно поинтересовался Беромир.

— Да вон же? Разве не видишь? — указал он ему на дальнюю излучину реки, где выходили одна за другой лодки.

Обычные однодеревки, которыми тут только и пользовались.

— Ну что расселись? Беритесь за шесты! — скомандовал ведун ученикам. — Отталкивайте! Отталкивайте! Сдавайте назад! И парус приберите! А то тянет же к берегу.

И те, тяжело вздохнув, начали исполнять распоряжения.

Сам-то Беромир сидел на руле. И ему все это делать выглядело не с руки. Он для того учеников и взял на борт.

Тот парень, что сидел ближе к корме, освободив конец веревки, стравил его, давая довольно тяжелому парусу опуститься. Его женщины сшили из остатков ткани, поэтому он выглядел крайне забавно — словно лоскутное одеяло.

Второй же, подняв шест, лежащий вдоль корпуса, начал им упираться в дно, отводя катамаран назад. Выталкивая из зарослей рогоза, в которые он влетел.

Не очень большой шест. С таким «пятачком» на конце, который позволял намного лучше «упираться» в мягкий ил.

Раз-раз-раз.

И они уже на чистой воде.

Второй номер ополоснул шест. Положил его на место и взял короткое весло. С его помощью он помогал подруливать Беромиру.

Первый же, быстро перебирая руками, поднял парус. Закрепив конец. И, подчиняясь команде, перекинул его на правый борт.

Ткань наполнилась ветром, и катамаран довольно лихо стал набирать скорость. Куда шустрее, чем на любой гребной лодке. Довольно быстро добравшись аж до десяти узлов. Приблизительно. Что на такой «дендрофекальной конструкции» ощущалось ОЧЕНЬ остро. Из-за чего как сам Беромир, так и его ученики испытывали определенный мандраж.

— Нос вправо заносит! — крикнул Беромир. — Видишь? Течение видно. Ну? Чего ждешь? Поправь!

Первый номер кивнул и сунул в набегающий поток воды короткое весло.

Потом поворот русла со сменой галса.

И снова корректировка курса. Очень уж сильно сносило легкое суденышко даже слабым течением. Зато над зарослями водорослей катамаран «пролетал» — мое почтение. Не говоря уже об отмелях. В лучшем случае чиркнет днищем — и все.

Уже проверили.

Невольно.

Пару раз.

Виляя и с трудом справляясь с удержанием парусного катамарана на курсе, они направились навстречу гостям. С трудом. И определенным героизмом. Ибо лишь чудом не влетали во всякие довольно твердые препятствия, вроде коряг. А на десяти узлах можно и лодку о них разбить, и самому если не убиться, то покалечится.

Встретились

с идущими гуськом «пирогами».

Прошли мимо, пару раз опасно бортанув гостей.

Скинули ход, убрав парус.

Развернулись на узости речной с помощью коротких весел.

А потом, подняв парус, догнали и с сильным опережением пришли к мостку. Где и выгрузились, оттащив катамаран на веревке в сторону. Специально, чтобы освободить место гостям.

— Это что за диво дивное? — поинтересовался Борзята, здороваясь уже на берегу с Беромиром.

— Как что? Лодка новая. Видел, как носится?

— Что лось, наевшийся забродивших яблок. — хохотнул он. — Но шустро.

— Вот тот и оно! Шустро. Хотя мы так толком и не научились еще ей управляться. Первый день только как на воду спустили.

— Лихо-лихо, — покивал подошедший лидер «клуба» Перуна следующего клана. — Ежели наловчится — она по Днепру до порогов очень быстро доберется. За два-три дня.

— И пороги проскочит. Как туда, так и обратно.

— А не разобьется? Там же камни торчат.

— Ей можно по днищу парочку защитных реек прикрепить. Чтобы ими ударялась.

— Разве поможет? Ромеев они волами тащат.

— Вдоль берега?

— По берегу. Вытаскивают, подкладывая кругляк деревянный. И тянут, перенося вперед те бревнышки, по которым лодка уже проехала. И так на каждом пороге.

— То — большие лодки. А малые?

— Те люди сами на веревках тащат, ежели платить не хотят. Ну и когда там ничего особенно ценного нет. Но такие редко ходят.

— Да, — кивнул Беромир. — Надо пробовать. По большой воде, например, сходить.

— Она недолго там держится. И что же? В одну сторону прошел, а обратно лишь на будущее лето? Кому это надо? Не обойти роксоланов да языгов там. Не обойти.

— Не спеши. — улыбнулся ведун. — Пробовать надо. Может там есть места, где и по малой воде пройти можно. Да и по зиме можно, по льду ходить под парусом.

— Это как?

— Потом покажу. — усмехнулся Беромир. — Как лед встанет…

Дальше они переключились на насущные дела. Да, с трудом. Да, постоянно косясь на торчащую над рогозом одинокую мачту. Но все же взялись…

Скоро должен был явиться торговый гость, и кланы решили привезти все, что удалось добыть промыслом, на продажу. Не только старые большие рода, с которыми Беромир работал, но и семь новых. Те, правда, особенно развернуться просто не успели. Да и какая охота летом? Шкура ведь не та. Но все одно — тринадцать кланов! И все что-то привезли.

— С ума сойти! — только и покачал головой ведун, когда понял, что произошло. — А вы так хоть собирались на твоей памяти? — спросил он у Боряты.