Роса в аду
Шрифт:
— Я и так догадываюсь, — заявил нахал, — Может, травок каких раздобыть? Я слышал про одно старинное зелье — мертвый встает на ноги и начинает за девицами бегать…
— При чем здесь это? Дело в другом… Что-то внутри меня… И вообще — брысь отсюда! Чтоб я тебя сегодня здесь даже не…
Прежде чем я успел договорить, призрак исчез. Я вытащил сигареты, закурил и приготовился ждать.
— Вроде, все, — сказала она, выходя на кухню. — Теперь мне нужно принять душ. Там было столько пыли, что она падала на меня со шкафов подобно горной лавине. У тебя есть
— Э-э… Могу я еще быть чем-нибудь полезен? — осведомился я, протягивая требуемое. — Какая-нибудь помощь нужна?
— Да, — улыбнулась она, — Приготовь, пожалуйста, кофе. Я посмотрел на закрывшуюся перед моим носом дверь, вздохнул и показал ей язык.
— А вместо того, чтобы корчить рожи, мог бы и ужин приготовить, — донеслось из-за двери.
Мне оставалось только покачать головой и направиться к кухонной плите. Когда она вышла в комнату, стол был уже накрыт, а в освещенной свечами столовой играла музыка.
— Сегодня был замечательный день, — сказала она. — Солнечно, просторно, счастливо… Мне вообще очень спокойно и надежно рядом с тобой. Ты как-то даешь женщине понять, что рядом с тобой она может ничего не бояться. Спасибо тебе… Ничего, если я посижу в халате, пока не высохнут волосы?
— Я даже прошу тебя об этом. Ты выглядишь чудесно. Я сейчас словно в сказке, так нереально все, что окружает меня… Иллюзия, мираж… Ты — в моей комнате, в халате, сидишь на диване, пьешь кофе и говоришь со мной… Все вокруг выглядит как-то иначе… По-домашнему.
— Почему у тебя так мало книг?
— Я не люблю читать. Исторические романы мне неинтересны — историю я знаю относительно неплохо, любовные романы мне… немножко непонятны, а детективы… Этого мне тоже в жизни хватает.
— Я вижу на твоих стеллажах только философские труды и религиозную литературу. Ты веришь в Бога?
— Я пытаюсь доказать, что Его нет.
— Значит, не веришь?
— Еще как верю!.. Просто пытаюсь доказать, что Его нет.
— И получается?
— Еще как! А вот доказать обратное, я бы, наверное, не смог…
— Ты очень странно говоришь. Иногда мне сложно понять тебя… Тогда зачем ты изучаешь все это?
— В некотором роде, это тоже моя работа. Мне приходится общаться с людьми, занимающимися этим, и чтобы общаться с ними на их языке, я должен знать то, что знают они, и понимать их способ мышления.
— Что же ты понял, изучая все эти книги?
— Наденька, это скучно и долго объяснять. К тому же, совсем неинтересно. Люди за несколько веков все так запутали, что с помощью одной и той же религии могут один и тот же факт и доказать, и опровергнуть. А таких религий и философий много… Религий и философий много, а вера и истина — одна.
— Какая же из них?
— Сборная. В каждой есть немного правды. Если следовать чьей-то одной философии, доведенной до уровня религии, можно уйти аж… Далеко можно уйти. Но совсем не туда. Сейчас все перемешалось. Глава католической церкви всенародно заявляет, что Бог вложил в человека лишь душу, а сам человек — создание эволюции, в то время как крупнейшие
— Это слишком сложно. Понять устройство мира не сможет никто. Такие тайны нам не доверены.
— Доверены. Нужно только захотеть это понять. И очень многие захотели бы стать лучше, если б не воспринимали сказку о рае слишком буквально. Это не сказка о "яблоневом саде, по которому гуляет седобородый старик в белых одеждах"… К солнцу тоже нужно повнимательнее присмотреться, и к энергиям…
— И в сатану ты веришь?
Я едва не поперхнулся кофе, но сдержался и уклончиво ответил:
— Я верю в то, что самая крепкая сталь — закаленная. Младенец чист, но он не мудр и не силен. Перед ним множество дорог, среди которых ему предстоит выбирать всего одну. Очень сложно принять зло открытой грудью и выстоять, вытерпеть, сдержаться и победить, не ожесточившись и не свернув… Если Люцифер и есть на земле, то, скорее всего, как орудие испытания.
— Но согласно Библии он пытался…
— По своей воле он не мог даже "пытаться". Если Христос знал заранее, кто предаст Его, то неужели Создатель не ведал, какая из Его тварей "совратится"? Но самое интересное началось потом, когда оказалось, что многие из Его созданий куда охотнее следуют предложениям князя демонов, чем… Надя?
Девушка спала. Откинувшись на спинку дивана, от склонила голову на бок и улыбалась чему-то во сне. Я тихо встал, выключил музыку и, стараясь не разбудить ее, перенес девушку на кровать. Пояс халата развязался, открывая моему взгляду совершенное в своем сложении тело, переливающееся перламутром в бликах свечей и бессознательно манящее…
Я зажмурился и до хруста сжал зубы. Затем глубоко вздохнул, открыл глаза и укутал ее мягким, легким одеялом.
— Спи, любовь моя, — сказал я тихо. — Спи спокойно. Пусть ничто не потревожит твой сон. Я буду охранять его.
Я погасил все свечи, оставив лишь одну, сел в мягкое кресло и замер, глядя сквозь нависший за окном бархат ночи…
Веселый солнечный лучик пробрался в комнату между неплотно занавешенными шторами, прыгнул на мою руку, замер, присматриваясь, и, соскользнув на пол, медленно заскользил через комнату. Когда он подобрался к кровати, я пригрозил ему пальцем, но негодник ловко забрался под одеяло и, устроившись на ее щеке, защекотал ресницы.