Роман с демоном
Шрифт:
— Все хорошо и гладко, за исключением одного — он не убивал. Ты хоть представляешь, что тут началось бы, если бы ты его не отпустил? Шум, гам, пресса, правозащитники в дырявых свитерах… Ужас! — Надточий расстегнул пиджак и с опаской оглядел кабинет, словно ожидал увидеть в каждом углу по правозащитнику.
— Господин Рудаков больше не будет вас беспокоить. За это я ручаюсь.
Полковник с удивлением уставился на подчиненного.
— Рюмин! — сказал он. — А ты — идеалист. При чем здесь Рудаков? Ему достаточно было
— Ничего хорошего, — пробурчал капитан.
— Сдержанная оценка. Я, пожалуй, уточню. Через семьдесят два часа начальник городского управления внутренних дел ждет меня с подробным докладом. А доложить пока нечего — потому что мой сотрудник никак не может вытащить палец из задницы и начать работать!
Сказано было грубо. Рюмин этого не заслуживал.
— Я работаю! — процедил он сквозь зубы.
— Но почему я этого не вижу?! — Надточий вскочил со стула. — Отрабатывай связи, знакомства! Восстанавливай хронологию событий! Что мне тебя, учить, что ли?
— Да какого черта?! — не выдержал капитан. — У меня было всего два дня! Какие связи и знакомства? При чем тут хронология событий?! Нет самого главного — мотива!! Убийца — маньяк! Я даже не знаю, в какую сторону двигаться!
Надточий снова застегнул пиджак (на все пуговицы, — заметил про себя капитан, — словно китель), одернул его и сел на место.
— Я тебе подскажу, в какую сторону двигаться, — спокойно сказал полковник. — В сторону отдела кадров — если через двое суток не будет конкретных результатов.
— На сутки меньше, — невесело усмехнулся капитан. — Начальник ГУВД великодушнее.
Надточий с нарочитым интересом углубился в изучение бумаг, лежавших перед ним на столе.
— Не задерживаю, — сказал он, не поднимая головы.
Рюмин четко развернулся через левое плечо, щелкнул каблуками и вышел из кабинета.
Оставаться в здании на Петровке не имело смысла. Во-первых, скудные сведения, собранные в тонкие папки, Рюмин помнил наизусть. А во-вторых, в любую минуту мог появиться Надточий и с ехидной улыбкой постучать по циферблату часов.
Капитан вышел из проходной и сел в машину. В кармане лежали два снимка: прижизненные фотографии убитых девушек. И чем дольше Рюмин сравнивал их, тем больше убеждался — между Оксаной Лапиной и Светланой Даниловой есть какое-то сходство.
Оно не было явным и не бросалось в глаза. Скорее, похожими были эмоции, возникающие при взгляде на их лица. То, что называется словом «типаж». Вроде как все яблоки, независимо от того, красные они или зеленые, смахивают друг на друга и ни в коем случае — на грушу.
Собственно, в этом не заключалось никакого открытия: маньяк всегда выбирает
Нет, Рюмина интересовало другое: сам убийца. Он был силен, ловок и богат, но не это являлось главным. Капитан вспомнил слова Этель: «Если Ингрид привела кого-то к себе в дом, то сделала это потому, что поверила».
«Поверила!» Вот что было главным. И Лапина, и Данилова были убиты у себя дома. Почему? Ведь куда легче выбрать жертву на улице и наброситься на нее в темном углу? Но маньяка такой сценарий не устраивал.
Возможно, потому, что сначала он хотел вступить в половое сношение, потом изрезать тело и только после этого — убить? Но тогда можно воспользоваться съемной квартирой, сделать все там, а затем — потихоньку вынести труп. С точки зрения логики, так правильнее. Безопаснее. Тело, лежащее на заброшенной стройке, или под железнодорожным мостом, или в лесопарковом массиве, скорее всего, никуда не приведет. Нет следов.
Но убийце нужны были следы — и сами убийства были показательными и тщательно спланированными, словно хрестоматийные случаи в учебнике по криминалистике. Какой же в этом смысл? Какой?
Рюмин тряхнул головой — он уже запутался в собственных рассуждениях. Надо начинать сначала. Но прежде всего необходимо вычленить главное. Что является главным?
«Поверила!» Вот что! И строптивая модель, и скромный бухгалтер… Они поверили! И потому, не колеблясь, привели убийцу к себе домой.
Значит, это было более или менее продолжительное знакомство. «Или я ни черта не понимаю в современных девушках », — пробормотал капитан. Такой вариант нельзя исключать. Сам он, после тяжелого и мучительного развода с женой, очень трудно сходился с представительницами прекрасного пола.
Версия трещала по швам: продолжительное знакомство предполагает наличие слухов. Однако ни подруги Ингрид, ни родственники Светланы Даниловой ничего не слышали о таинственном ухажере. Убийце удавалось оставаться в тени.
«Ну хорошо! Попробуем еще раз. Девушка считает, что этот человек — не посторонний. Уступая нажиму (или — следуя собственному желанию), она приводит маньяка к себе домой. Первая ночь. Первый секс. Раны на теле, перерезанное горло и лужи дымящейся крови. Наверное, так».
Интуиция подсказывала капитану: он на правильном пути. Надо сделать еще один шаг. Чуть-чуть отойти назад, взглянуть на все в совокупности, и разгадка придет.
Итак. Жертвы выбраны не случайно. И сами они не считают убийцу случайным человеком. Наоборот! Они ему верят. Короткое знакомство, обещающее вылиться во что-то большее. В длительный роман, например. Или даже — в брак. Пожалуй. Значит, цель знакомства определена изначально и сомнений не вызывает… Стоп! Это уже кое-что!
«Где она могла с ним познакомиться?».