Ролевик: Рыцарь
Шрифт:
– Здорово, – восхитился рыцарь. – Это сколько надо было медку выкушать, чтоб такой сон пригрезился?
– А сейчас ты себя ведешь как шебутной безусый юнец, – не одобрил шутки Островид. – Нельзя верить в одно и сомневаться в другом, если второе менее походит на правду. В таком рассуждении нет зрелости.
– А кто сказал, что я тебе вообще поверил, Али Джагар? – удивился Владивой. – Внимательно выслушать хлебосольного хозяина, ни к чему гостя не обязывает. Просто, твои слова о буераке Вернигора легко проверить. В худшем случае я только потрачу зря несколько дней. Так их у меня теперь предостаточно. Спешить некуда…
– И здесь
– И как это все произойдет? – еще колеблясь, уточнил Владивой.
– А назваться тебе придется тем, кем стать хочешь, – ответил серьезно и степенно Островид. – Если пасечником, то скажешься беглецом из Зелен-Лога, пришедшим в степь лучшей доли искать. И я твои слова подтвержу, поскольку мне здесь больше веры. А ежели ратный путь тобой избран будет, то и совет мой излишен, Ханджар. Ты сам ведаешь, как рыцарю, не желающему честь потерять, вести себя должно. Думай, Ханджар! Слышишь, предвестник твоей судьбы уже не копытами, а сапогами топочет и в дверь стучится!
Буквально в туже минуту, дверь в избу широко распахнулась и загораживая собой весь проем, внутрь ввалился огромный разбойник.
– Здоров, батька! – гаркнул он с порога. – Чего в избе паришься? Иль занедужил?
– Здоров и ты, Медведушка, – ласково отозвался Островид. – Удачен ли поход? Все ли живы?
– Кой леший, живы!.. – зарычал тот. – Угрюм таки выпросил себе у костлявой старухи пропуск в чертоги вечной охоты. А, для компании, еще несколько десятков хлопцев прихватил! Зеленецкая стража выбила почти всю полусотню, на ночной стоянке. Хорошо, я со своим десятком отошел дальше. Поэтому и сами уцелели и часть добычи сберегли. Я ведь просил его, чурбана лысого, не становиться на ночлег так близко от сожженного хутора. Так нет, ему, видите ли, некого в Чернолесье бояться. Вот и остались товарищи наши на корм дикому зверью…
– А вы, стало быть, дружно убежали? – невинно поинтересовался Владивой.
– Не соваться ж с десятком сабель против тридцати кольчужных ратников, – в запале ответил харцыз, а потом засопел раздраженно. – А ты кто таков, что смеешь подобные вопросы задавать?
– Владивой, – неспешно, но чувствуя приятную дрожь во всем теле, ответил, поднимаясь из-за стола рыцарь. – Барон Дуброва. Слыхал о таком, харцыз?..
– Что?! – взревел тот. – Засада?!
– Угомонись, Медведь! – прикрикнул Островид на разбушевавшегося здоровяка. – Не смей оскорблять мой дом! Здесь я хозяин! И ни Кара-Кермен, ни Зелен-Лог без моего согласия ничего сделать не смеют! Или ты забыл, где находишься?!
– Извини, батька, – сразу сник тот. – И впрямь запамятовал в горячке. Не ожидал Владивоя у тебя в светлице встретить…
– То-то… – смяк отшельник. – Каждый из вас вправе поступать согласно своего понятия о чести, но только после того, как покинет мое жилище. А здесь я буду решать, что можно и должно делать, а с чем – погодить!
– Конечно, батька, – пожал огромными плечами харцыз. – О чем речь, я ж уже извинился. Никто в твоем доме не посмеет пролить
– Я и на улице за свою жизнь особо не опасаюсь, – огрызнулся недовольный покладистостью разбойника, Владивой.
– А теперь ты помолчи, Ханджар! – прикрикнул на разошедшегося рыцаря отшельник. – Свой путь ты избрал. Хвалю! Но чтоб идти по нему, и не свернуть шею с первого же шага, надо под ноги поглядывать. В том, что Угрюм погиб, я тоже вижу руку провидения. С ним столковаться было бы гораздо сложнее. Медведь, а ты чего в дверях застрял? Подходи к столу, присаживайся подле меня, – и когда здоровенный разбойник послушно уселся рядом, добавил, обращаясь к хозяйке. – Аринушка, выйди во двор. Слышу, хлопцы не с пустыми руками воротились. Пусть полонянки умоются, отдохнут… Поди умаялись-то с такой дороги, ведь уходили с Зелен-Лога в большой поспешности, а? – глянул на атамана и сам с собой согласился. – А как иначе…
Потом наполнил медом три кружки и продолжил:
– Слушайте меня оба. Вражда меж вами не шутейная. Ведаю то. Как и иное ведаю, а ты, Медведь, поправь меня, если совру… Еще с тех пор как поселились харцызы в Заскалье, передается от старика к новику древняя легенда. Помнишь, Медведушка? Вижу, что вспомнил. Ну-ка, поведай и нам ее, а то у меня уже язык болеть начинает!..
– Гм… – прокашлялся тот. – Наступит день, когда в мир придет Разрушитель, и тогда в Степи родится Ханджар. Он соберет под своим стягом всю вольницу и не найдется силы, которая противостоять ему сможет. И если Разрушитель откроет дверь, но не уничтожит Зло, войско Ханджара встретит его на Сумрачном мосту!
– Да, – подтвердил Островид. – Слово в слово… Так в чем же дело, Медведушка? Вот он – Ханджар. Самый настоящий. Или я уже не провидец?
И харцыз, и рыцарь ошалело смотрели друг на друга. Один от услышанного пророчества, другой, еще не понимая, что сказка начала оживать. Первым опомнился атаман.
– Но в том же предвидении сказано, что докажет Ханджар свою истинность, выстояв двое суток в поединке с лучшими бойцами Степи. Как с этим?
Островид пожал плечами.
– А это уже не ко мне, Медведушка. Вон Ханджар, напротив сидит. Его и спрашивай. Или я ошибаюсь? Может, все же пасеку решил завести? Я не неволю. Медведушка жизнью мне обязан, попрошу – отпустит…
– Попрошу?! – вскинулся тут же Владивой. – Ну, нет! Суждено погибнуть, значит, судьба! Но если выстою, я из разбойников такое войско сделаю, что и чихнуть без приказа не посмеют!
– Из кого?.. – стал приподниматься Медведь, но слепой мудрец придавил его к лавке ладонью, одновременно остановив красноречие рыцаря.
– Поединок важное условие в пророчестве, – молвил весомо. – И то, что ты согласен его исполнить, говорит больше иных слов… Но главное в ином, рыцарь. И к этому ты не готов. Душа твоя еще не очистилась от прошлого и не впустила в себя Степь. 'Свобода' для тебя, пока, одно из многих слов. Харцызы – враги и разбойники. А Разрушитель – непонятная легенда. Ты еще не освободился от оков прежней жизни, не стал одним из нас… Поэтому, считаю, правильным будет отвезти тебя в буерак Вернигора. И если, потом, ты сам, захочешь найти Кара-Кермен, вот тогда и поговорим о будущем. Время терпит… А харцызы умеют ждать. И друга, и врага… – немного помолчал, а потом твердо и повелительно закончил. – Таково мое мнение! Что скажешь, Ханджар?