Роковые тайны
Шрифт:
– Воду скоро принесут. Пока ты будешь мыться, я займусь судьей. – Джон обратил ее внимание на толстый шланг, перекинутый через край ванны, и прикрытое отверстие в стене. – Сюда сливают потом воду, так что ее не надо вычерпывать и сносить вниз.
– А это что?
В тот самый момент раздался стук в дверь. Вошли три мальчика, каждый нес по два больших ведра. Когда воду стали заливать в ванну, поднялся густой пар. Одно ведро поставили на пол, и мальчики молча вышли.
– Если ты захочешь вылить ванну до того, как я вернусь, потяни за шнур возле
– Джон. Спасибо за сюрприз.
– Желаю удачи. У меня нет опыта в сюрпризах для леди, но не думаю, что я ошибся.
– Это было очень любезно с твоей стороны.
– Я выйду, а ты давай мойся. Запри за мной дверь и повесь ключ на гвоздь. У меня есть другой ключ.
Выйдя из гостиницы, Джон закурил и направился в конец улицы. Мысли были прикованы к оставшейся в комнате женщине. Он не был уверен в том, как именно следует обращаться с женой. При мысли о ней – нежной, теплой и ждущей его в постели – Джона охватило возбуждение. Он, вне всякого сомнения, хотел ее. Но не надо спешить.
«Дьявол, я ведь не назойливый безмозглый козел», – уверял он себя. Джон остановился перед дверью парикмахерской и сунул голову внутрь.
– Буду обратно через полчаса. Есть горячая вода?
– Привет, мистер Толлмен. Рад вас видеть. Воды полно.
Джон кивнул и пересек улицу.
Гостиница, в которой остановился судья, была одна из самых современных в Арканзасе. Джон выбрал для себя менее модный отель, посчитав, что Эдди будет не по себе среди такой роскоши. Что касается его самого, он бывал в разных местах, и его не заботило, воротит ли кто-то нос от его одежды. Джон открыл дверь, украшенную головой оленя. Шум заставил служащего, сидевшего за конторкой, поднять голову.
– В каком номере остановился судья Ван-Винкль? – спросил его Джон.
Молодой человек подозрительно оглядел его:
– Судья обедает.
– Где?
– Ну… в столовой, где же еще?
– Где еще? – отозвался Джон сквозь зубы, стиснувшие сигару. – Думаю, он мог пойти к Люп.
Служащий от ужаса смог только пролепетать что-то невнятное. На секунду Джон оперся спиной о стойку, затем снял шляпу, сунул ее под мышку и направился по коридору в столовую. Когда он вошел туда, рядом с ним мгновенно появился управляющий:
– Сэр?
– Который здесь судья Ван-Винкль?
– Судья? Он стоит возле стола рядом с ян… ах, офицером Соединенных Штатов.
– Спасибо. – Джон остался в коридоре ждать судью.
Ван-Винкль вышел, следуя за юной леди и капитаном-янки. Это была пара, которую Джон видел в магазине Пула. Мужчина одет как на парад – волосы, усы и борода тщательно ухожены. «Гордый никчемный петух», – подумал Джон. На этот раз на женщине было бледно-лиловое платье с кружевами.
Парочка о чем-то беседовала. Во время разговора мужчина и женщина смотрели друг другу в глаза. Затем офицер поцеловал даме руку и, не выпуская ее, заговорил с судьей. Тот хлопнул его по плечу. Потом судья и девушка проводили капитана до двери.
Когда они вернулись
– Судья Ван-Винкль, можно вас на одно слово.
– Да-да, – нетерпеливо отозвался судья, нахмурившись. – Чем могу служить?
– Ничем, – ответил Джон с таким же нетерпением. – Это вы хотите от меня чего-то. Я Джон Толлмен.
– Толлмен? – Судья посмотрел так, как будто не верил Джону.
Ван-Винкль был высоким, дородным человеком с редкими седыми волосами и густой седой бородой. Жилет под темным саржевым сюртуком вышит завитушками. Массивная золотая цепь протянулась поперек его большого живота. Он посмотрел на часы, как будто опаздывал на важную встречу.
– Толлмен, – повторил судья.
– Джон Толлмен. Я кузен Захарии Куилла, – добавил Джон.
– Знаю, знаю. Я просто не ожидал. Ах, да, впрочем, прекрасный джентльмен этот капитан Куилл.
– Согласен, – сухо подтвердил Джон.
– Моя племянница, мисс Синди Рид.
– Мадемуазель. – Джон кивнул головой.
– Здравствуйте. Я вас видела сегодня в магазине. – Большие васильковые глаза девушки смотрели на Джона с интересом.
– Весьма мило с вашей стороны вспомнить меня, – вежливо ответил Джон, прежде чем снова обернуться к судье. – Охотник, которого вы наняли, находится у нас в лагере. Он попросил передать, что через день-другой встретится с вами.
– Охотник? Ах, да. Отряд нуждается в свежем мясе.
– Он приедет, раз нанялся. Один из моих людей завтра осмотрит ваши фургоны и грузы, готовы ли они к походу, и проверит, достаточно ли запчастей для ремонтов. Мы не можем задерживаться из-за поломок.
– Ступай к себе в комнату, дорогая. Мы должны обсудить с мистером Толлменом ряд вещей.
– Ну… Ты всегда отсылаешь меня, когда становится интересно. – Синди застенчиво улыбнулась Джону. – Спокойной ночи, мистер Толлмен.
– Спокойной ночи.
Когда девушка скрылась на лестнице, судья перешел в дальний угол коридора, чтобы они могли уединиться. Джон последовал за ним и подождал, пока судья разжег сигару и загасил спичку в песчаной урне.
– Мои фургоны и грузы – это мое дело, – сказал судья недовольным тоном. – Единственная причина, по которой я согласился ехать вместе, – это дополнительная защита от нападения.
– Это сейчас ваше дело, но оно станет и моим, если что-то сломается и мы будем вынуждены вас ждать. Сколько у вас людей?
– Тринадцать, не считая меня и моего человека.
– Это вы о ком?
– Дарки. Всю жизнь прожил в нашей семье.
– Тринадцать человек и шесть фургонов. Сколько людей бывали раньше на Западе?
– Слушайте, Толлмен, я не собираюсь обсуждать сейчас моих людей.
– Пистолет Симмонс – единственный из них опытный человек. Я прав?
Судья покраснел:
– Я слышал, что сейчас путешествие не так опасно, как несколько месяцев назад. У южан перебит хребет, индейцы усмирены. Они теперь знают, с какой стороны хлеба масло. Ведут себя более или менее прилично или отправляются на каторгу.