Роковые иллюзии
Шрифт:
«Геринг является главной движущей силой в разработке и подготовке действий против Советского Союза» [873] .
«Решен вопрос о военном выступлении против Советского Союза весной этого года с расчетом на то, что русские не смогут поджечь при отступлении еще зеленый хлеб и немцы воспользуются этим урожаем. Цехлину (профессор высшей политичен ской школы в Берлине. — О. Ц.) от двух германских генерал-фельдмаршалов известно, что выступление намечено на 1 мая» [874] .
873
Там же.
874
Там же.
«По мнению германского штаба, Красная Армия будет в состоянии оказывать сопротивление только
«Нападение на Советский Союз диктуется соображениями военного преимущества Германии над СССР в настоящее время. Работы по вычислению экономической эффективности антисоветской акции продолжаются. Особое внимание уделяется вопросу о мощности нефтяных промыслов в Галиции» [877] .
875
Там же.
876
Там же, с. 25.
877
Там же.
«В Бельгии помимо оккупационных войск находится только одна активная дивизия, что является подтверждением того, что военные действия против Британских островов отложены. Немецкие войска концентрируются на востоке и юго-востоке» [878] .
«Подготовка удара против СССР стала очевидностью. Об этом свидетельствует расположение сконцентрированных на границе Советского Союза немецких войск. Немцев очень интересует железная дорога Львов — Одесса, имеющая западноевропейскую колею» [879] .
878
Там же.
879
Там же.
«Германский генеральный штаб авиации ведет интенсивную подготовку против СССР. Составляются планы бомбардировки важнейших объектов. Разработан план бомбардировки Ленинграда, Выборга, Киева. В штаб авиации регулярно поступают фотоснимки городов и промышленных объектов. Германский авиационный атташе в Москве выясняет расположение советских электростанций, лично объезжает на машине районы расположения электростанций» [880] .
Апрель 1941 года:
«Штаб германской авиации полностью разработал и подготовил план нападения на Советский Союз. Авиация концентрирует свой удар на железнодорожные узловые пункты центральной и западной части СССР, электростанции Донецкого бассейна, предприятия авиационной промышленности г. Москвы. Авиационные базы под Краковом являются основным исходным пунктом для нападения на СССР» [881] .
880
Там же.
881
Там же, с. 26.
«Референт Розенберга по СССР — Лейбрандт заявил Цехлину, что вопрос о вооруженном выступлении против СССР решен. Тотальная война Германии против Англии и США не может быть выиграна, и поэтому необходимо заключение мира с ними. Чтобы сделать Англию более сговорчивой, необходимо отторгнуть Украину от Советского Союза. Захват Украины принудит Англию пойти на уступки» [882] .
Май 1941 года:
«Необходимо серьезно предупредить Москву, что вопрос о нападении на Советский Союз является решенным, выступление намечено на ближайшее время. В штабе германской авиации подготовка операций против СССР проводится самым усиленным темпом. В разговорах среди офицеров штаба часто называется 20 мая как дата начала войны. Другие полагают, что выступление намечено на июнь» [883] .
882
Там же, с. 27–28.
883
Там же, с. 30.
«Несмотря на ноту советского правительства, германские самолеты продолжают полеты на
«В штабе авиации опубликован приказ верховного командования вооруженными силами, датированный 7 мая. В приказе говорится, что германские стратегические планы и предварительные разведывательные мероприятия стали известны врагу» [885] .
884
Там же, с. 31–32.
885
Там же.
Июнь 1941 года:
«Все подготовительные военные мероприятия, составление карт расположения советских аэродромов, сосредоточение на балканских аэродромах германской авиации должны быть закончены к середине июня» [886] .
«Все начальники аэродромов в генерал-губернаторстве и в Восточной Пруссии получили задания подготовиться к принятию самолетов. Спешно оборудуется большой аэродром в Инстербурге» [887] .
«Произведено назначение начальников военно-хозяйственных управлений будущих округов оккупированной территории СССР. Для Кавказа — Амонн, один из руководящих работников национал-социалистической партии в Дюссельдорфе; для Киева — Бурандт, бывший сотрудник министерства хозяйства; для Москвы — Бургер, руководитель хозяйственной палаты в Штуттгарте. Для общего руководства хозяйственным управлением оккупированных территорий СССР назначен Шлоттер, начальник иностранного отдела министерства хозяйства» [888] .
886
Там же.
887
Там же, с. 33.
888
Там же.
И, наконец, 16 июня 1941 г. поступила последняя информация от «Корсиканца» и «Старшины»:
«Все военные мероприятия Германии по подготовке вооруженного выступления против СССР полностью закончены и удар можно ожидать в любое время».
ПРИЛОЖЕНИЕ II
Сети «Корсиканца» и «Старшины» после июня 1941 года
За два месяца до того, как Германия напала на Советский Союз 22 июня 1941 г., были составлены планы на случай непредвиденных обстоятельств, в соответствии с которыми Москва должна была получить возможность поддерживать прямую радио» связь с группами Харнака и Шульце-Бойзена. Указания, данные Короткову Центром 12 апреля, гласили:
«Степанов на своей следующей встрече с «Корсиканцем» должен обсудить этот вопрос и заручиться полным согласием «Корсиканца» на перевод его на прямую радиосвязь с Москвой. После этого «Корсиканец» станет нашим «нелегальным» резидентом и он же радистом. Задание срочное. Мы предоставим вам аппаратуру и средства. Следует разъяснить «Корсиканцу», что это настоятельно необходимо с учетом развивающейся ситуации» [889] .
Когда Короткое сообщил Харнаку об этом плане, согласно которому он в случае войны должен был стать настоящим «нелегальным» резидентом советской разведки в Берлине, Харнак высказал некоторые оговорки. В Москву было сообщено: «„Корсиканец" будет заниматься сбором информации и управлять радиосвязью, но отказывается быть ответственным за ведение радиопередач. Поэтому эта часть операции будет осуществляться через „Старшину"» [890] .
889
Справка Центра для Берлина, 12 апреля 1941 г., дело «Корсиканца» № 34118, т. 1, с. 249, АСВРР.
890
Шифртелеграмма Короткова в Центр, 12 апреля 1941 г., дело «Корсиканца» № 34118, т. 1, с. 346, АСВРР.
Харнаку была присуща природная осторожность, которая еще более усилилась после расследования, которое проводило гестапо в предыдущем году. Шульце-Бойзен, напротив, больше стремился к сотрудничеству. По словам Короткова, он был «более энергичной личностью» и немедленно согласился взять на себя риск, с которым была связана организация системы связи для обеих групп. Это не стало сюрпризом, поскольку Короткое только что обнаружил, что лейтенант «люфтваффе» и без этого подвергал себя риску, поддерживая регулярные контакты с коммунистами-подпольщиками.