Роковое дело
Шрифт:
Заглянув в ящики комода, Сэм спросила:
– Он носил что-то кроме костюмов? Где джинсы? Футболки?
– Здесь он не держал много барахла.
– Где же еще может быть?
– Дома в Лисбурге.
– У него есть второй дом?
Ник кивнул.
– Коттедж около поместья родителей. Мы там оба искали убежища от безумия Вашингтона.
– Почему ты ничего не сказал о нем на неделе?
– Если честно, даже в голову не пришло. Прости. Тогда у меня в голове все перемешалось. Все еще никак не приду в себя. На фоне того, что случилось с Джоном, потом встретил
– Отвези меня туда.
– Сейчас?
Сэм кивнула.
– Почти полночь. Ты восемнадцать часов на ногах. Давай отвезу тебя завтра.
Помотав головой, Сэм возразила:
– Завтра у меня не будет времени. Если ты поведешь, я вздремну в машине. Если только ты сможешь бодрствовать.
– Я в порядке. Лучше всего мне работается в три часа ночи.
Его комментарий звучал двусмысленно, но Сэм постаралась не заметить. Тем не менее, лицо ее пылало от смущения, когда она помогала Нику выбрать темно-синий костюм, бледно-голубую рубашку и галстук, украшенный маленькими американскими флажками. Нашлась сумка-чехол, Сэм положила в нее костюм, застегнула на молнию и спросила:
– Нижнее белье?
– Он его в жизни не носил.
– Откуда, черт возьми, ты знаешь?
Ник засмеялся.
– Мы как-то были на ланче у Дочерей американской революции примерно год назад, и все уже начали расходиться, когда одна из голубоволосых подошла ко мне и сказала, что я зачем-то нужен сенатору за главным столом. Я пошел в зал, где он сидел.
– Зачем?
– По всей видимости, он умудрился порвать по шву брюки, и ему нужно было выкрутиться из положения, как уйти.
Сэм расхохоталась, представив картину.
– Дай догадаюсь – он был без трусов?
– Именно так. Поэтому пришлось найти ему пальто – нелегкая задача в июле, могу добавить – и вытащить его оттуда, не опозорив.
– Где это стояло в твоем перечне служебных обязанностей?
– Под графой «другие обязанности», – с грустной улыбкой, от которой защемило ее сердце, ответил Ник.
– Ладно. Нижнее белье не берем. Туфли?
– Хотела бы ты провести вечность в колодках с перфорацией? Хватит уже галстука. Наверняка я много чего услышу по этому поводу, когда мы встретимся в потустороннем мире. – Ник взял Сэм за руку и сплел с ней пальцы. – Спасибо, что помогаешь.
Занервничав, она отняла руку и сунула в карман.
– Да без проблем.
– Выбирать одежду умершим на каком месте значится в твоем перечне служебных обязанностей?
– Явно первым пунктом.
По дороге из спальни хозяина Ник смотрел на Сэм так, что напомнил ей о том, что он хотел от нее. Приступ желания застал ее врасплох. Она была не из тех женщин, которые сильно чего-то жаждали, особенно мужчину. С практичностью, сосредоточенностью, преданностью работе и семье, присущей Сэм, она обладала хорошей интуицией, когда нужно, и была независимой - неистово и совершенно независимой. Поэтому было неловко так хотеть кого-то, как она хотела Ника.
Сказать по правде, после ночи, проведенной вместе, она несколько лет мечтала о нем. Следила за карьерой О’Коннора и часами наблюдала за освещением в средствах массовой информации работы Конгресса в надежде, а не мелькнет ли где доверенный
На стоянке Ник придержал для нее дверь.
Сэм скользнула на мягкое кожаное сиденье и вздохнула от удовольствия. Когда Ник завел машину, она быстро обнаружила, что сиденья с подогревом, и почувствовала себя как в раю.
– Эта машина тебе подходит.
– Ты так думаешь?
– Угу. Высококлассная, но не показушная.
– Это что, комплимент, Саманта?
Она пожала плечами.
Пока они ехали из города, Ник взял ее за руку. Когда же она попыталась вырваться, он сжал крепче.
– Мы одни, милая.
– Скатерти поблизости не наблюдается.
Лицо его осветила неотразимая усмешка, и Ник переплел пальцы Сэм своими.
– Позволь мне хоть это, ладно?
Поскольку он так мило попросил, да и всего лишь такую малость, Сэм не стала спорить, хотя простое ощущение своей руки в его ладони заставляло сильно биться сердце и будоражило душу. К тому же примешивалось чувство вины. Незачем проводить столько времени со свидетелем и уж тем более так отчаянно его хотеть. Но раз уж было темно, она устала, и никто не смотрел, вместо того чтобы оттолкнуть, Сэм покрепче обхватила его ладонь.
Глава 14
Сэм не ожидала, что уснет. Однако плавное успокаивающее покачивание машины, теплое кресло, ладонь в надежной руке Ника…
– Проснись, Спящая красавица. Мы на месте. – Придя в себя, Сэм выглянула в кромешную темноту и едва различила перед машиной очертания коттеджа. – Выходим.
В лицо пахнуло порывом холодного воздуха. Сэм пошла за Ником по гравийной дорожке к двери и встала позади, пока он вставлял ключи в замок.
Зайдя внутрь, Ник включил свет. Сэм заморгала, пытаясь сосредоточиться на уютной обстановке гостиной. Большой удобный диван, на стене плоский телевизор, набитые книгами полки по обе стороны камина, семейные фото в рамках и пара трофеев. По крайней мере, здесь ощущалось присутствие сенатора Джона Томаса О’Коннора.
Сэм скинула пальто, засучила рукава, стянула с волос заколку и приступила к работе. Два часа спустя она уже знала, что Джон любил Хемингуэя, Шекспира, Паттерсона и Гришема. Его музыкальные вкусы варьировались от Мелленкампа до Спрингстина, от Вивальди до Баха. Она просеяла фотоальбомы, ежегодники и картотеку, которые, казалось, ни для кого не имели никакого значения, кроме их владельца.
Прочла серию эссе, которые Джон написал еще для проекта в Гарварде, детально рассмотрев роль правительства и управления. Эссе были переплетены в небольшой синий том с красивым золотым теснением.
– Он этим гордился, – стоя на пороге кабинета, пояснил Ник.
Вздрогнув, Сэм подняла глаза: она почти забыла о нем.
– Отец Джона сделал книгу и дарил всем и каждому.
Ник вступил в комнату и вручил ей кружку, от которой поднимался пар.
– О, горячий шоколад? – уточнила Сэм, втягивая аромат, от которого потекли слюнки.
– Я решил, что для кофе слишком поздно. – Ник снял пальто и расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. Взор Сэм задержался на видневшейся в треугольнике груди, покрытой черными волосками.