Роковое чувство
Шрифт:
Надежды на то, что все может еще и обойдется, росли. Рауль не стремился сделать больно монгрелу, и это казалось странным – чтобы блонди заботился о ком-то, пусть даже и в подобной ситуации? Действительно было от чего насторожиться.
Внутренний голос подсказывал дилеру, что это только начало.
Катце стиснул зубы и шумно выдохнул – первое проникновение вызвало волну дрожи – она прошла вдоль всего позвоночника и словно электрический разряд растекалась по мышцам. Слабая боль появилась после того, как Рауль добавил второй палец. Катце задышал чаще. Ему слоило большого труда совладать с собой.
Тело отвечало на прикосновения – в этом блонди не сомневался. "Да, боль его тоже ждёт и немалая, но пока пусть расслабится – возможно, так будет легче".
– Рауль… – выдохнул монгрел, прогибаясь и запрокидывая голову.
Эм удивлённо посмотрел на Катце – не послышалось? Он действительно произнёс его имя? Что ж, это было не просто хорошо – это было превосходно. За четыре раза целиком и полностью привязать к себе монгрела, который, возможно, в принципе ненавидел элиту. Эм мог собой гордиться, но почему-то не стал этого делать, сейчас у него были дела поважнее.
Рауль медленно скользил пальцами глубоко внутри своего (монгрела? игрушки? любовника?) поглаживая, растягивая, ища. Почувствовав резкую судорогу тела, он подумал: "А вот и оно". Эм усмехнулся, лаская маленькую железу внутри горячего прохода и надавливая на нее пальцами.
– Что? – просто улыбнулся блонди, понимая, что Катце всё равно этого сейчас не увидит. – Я тебя слушаю…
Такие вопросы и в такой момент! Катце понял, что Рауль – законченный моральный садист. Или просто же ему нравится выворачивать душу монгрела наизнанку. В чем было больше правды? Если бы Катце знал ответ, то, наверное, не позволял Раулю такое с ним вытворять – не так явно во всяком случае.
– Ты… правда… ммм…Ты правда этого хочешь?
Катце надеялся, что блонди все же передумает, но в глубине души не хотел этого.
Волны удовольствия пронизывали ритмично, проходя по телу в такт движениям блондина. Монгрел тонул в этих ощущениях, поддавался навстречу, но зайти дальше этого он не был готов. Да и признаться не верил, что Рауль все-таки отважится заняться с ним сексом.
– А ты правда хочешь это знать? – всё так же улыбаясь и не прекращая движения пальцами. – Тем более… Катце, невежливо задавать вопрос, на который знаешь ответ- пусть и подсознательно, – усмешка.
Губы Рауля коснулись поясницы Катце и начали подниматься вверх. Волосы свободно скользили по обнажённой коже монгрела – не то лаская, не то вызывая щекотку.
Когда поцелуи достигли лопаток, обнажённая грудь блонди коснулась горячей спины Катце, почувствовав мгновенное удивление монгрела кожей, блонди не выдержал и усмехнулся, отстраняясь. Свободной рукой он несильно, но настойчиво надавил монгрелу между лопаток, вынуждая лечь грудью на постель и поднять бёдра ещё выше.
Два пальца уже довольно легко входили внутрь и блонди, добавив смазки, попытался ввести третий, надёжнее обхватив талию монгрела – таким образом, пресекая возможный бунт.
– Просто… ответь… – тяжело дыша, попросил Катце. – Пожалуйста.
Дилер закусил губу и напрягся – это уже было довольно болезненно. Монгрел сделал усилие над собой и спустя пару минут все-таки смог расслабится настолько,
Рауль продолжал медленно и ритмично пронизывать пальцами, стоящее перед ним – полностью расслабленное тело.
– Вот и умница, – едва слышно прошептал он, чувствуя, как Катце расслабляет мышцы сам.
Блонди крайне редко реагируют на просьбы, а если это относится к монгрелам, то характеристика "редко" меняется на "практически никогда" (а и то "практически" – только из-за Первого Консула), но услышав вопрос Катце, Рауль на мгновенье замер, а затем склонился к уху монгрела, накрывая того своим телом и волосами, и прошептал:
– А ты не пожалеешь потом об ответе? – в этот момент бедра монгрела коснулась вполне определённая часть тела блонди.
"Может – и пожалею, – с горечью подумал Катце, – но не сейчас…" – Мне это нужно… перед тем, как…
Монгрел не договорил – он знал, что Рауль поймет, что он имел в виду. Катце распахнул глаза и замер. Он облизал губы, и покрепче вцепился пальцами в подушку, морально готовясь к боли. "Спокойно… Только не нервничать… Дышать глубоко".
Блонди вздохнул громче обычного, пошевелив влажные волосы Катце у виска.
– Я крайне редко делаю то, чего не желаю. Ты это знаешь, – едва различимый ш ёпот в висок и более резкие движения пальцами, – но всё же спросил…
Слегка прикусив мочку уха, Рауль в последний раз пронзил пальцами тело монгрела.
– Да, – отпуская ухо, – я этого хочу… Впрочем, так же как и ты…
Эм немного отстранившись, обнял дилера одной рукой за талию, не давая дёргаться, а второй оперся о кровать.
– Терпи, Катце…Терпи, – Рауль начал медленно входить в тело монгрела.
Не смотря на осторожность Консула, боль была ужасной. У Катце перед глазами все потемнело, он задергался, пытаясь ускользнуть из-под блонди, но это было бесполезно и только усугубило ситуацию – пронзающая острая боль, на грани чего-то нереального. Разве человек может вынести такое? Монгрел вцепился зубами в подушку, но даже это не помогало сдерживать крики, которые нарушая тишину спальни Второго Консула Амои, были подобны чему-то не естественному. Лицо исказила гримаса страданий, пальцы сжали простыни до белизны в костяшках, по щекам против воли покатились слезы. Страх того, что Рауль сейчас начнет двигаться резче, въедался в разум, повергая напряженное тело в дрожь. И это-то с подготовкой и смазкой! Катце попытался расслабить мышцы и впустить Рауля глубже, но тело действовало по-своему, следуя инстинкту самосохранения, и противилось из последних сил.
"Расслабься, монгрел… расслабься же, иначе", – что "иначе", Рауль додумать не сумел – нахлынула новая волна жара. Странно, но Блонди с их высоким интеллектом и несомненными тактико-стратегическими способностями, даже предположить не могли что это ТАК, а иначе указ Юпитер не соблюдал бы никто. Было жарко и холодно, кровь отдавала в виски и грудь, стало тяжело дышать. Рауль понимал, что сейчас попросту наплюёт на хвалёную выдержку Элиты и сделает так, что Катце не выживет.