Роковая долька

Тымшан Людмила

— ЧТО?! — хором спросили профессора.

— Надо что-то делать! — воскликнула МакГоннагал. — Надо это прекратить!

— У них образовалась связь, — прошептала профессор Спраут, — если ее резко прервать, то мальчик может погибнуть.

— Моя прелесть! — стонал Невилл.

— Бедный мальчик! — всхлипнула мадам Помфри. — Сделайте что-нибудь!

Наконец страшное растение насытилось, и Невилл направился прочь из теплицы. На профессоров он даже не взглянул.

Снейп решительно двинулся вперед. Наевшаяся орхидея выглядела мирной и прекрасной.

— И как только такой ужас пропустили, — покачала головой МакГоннагал.

— Так ведь я думала,

что это просто легенда, — ответила Спраут. — В прошлом охотники за редкими растениями чего только не выдумывали, чтобы отвадит конкурентов и набить себе цену. Минни, это такая редкость. Может быть свяжемся с невыразимцами? Жалко же...

— А детей не жалко? — возмутилась МакГоннагал. — Северус, что там? Северус...

Снейп с трудом отвел взгляд от мерцающего в лунном свете чудовища.

— Он излучает какие-то волны, которым очень сложно сопротивляться, — ответил он, — если не убрать отсюда это чудовище, то оно всех нас превратит в свой корм.

Совместными усилиями профессора заключили жуткий цветок в магический кокон.

— Надо будет проверить, не дал ли этот монстр ростки, — покачала головой Спраут, — но все равно жалко.

— Помона, вы с юным Лонгботтомом — настоящие фанатики гербологии, — сказала МакГоннагал, — но я не позволю вам так рисковать.

— Самое противное, что мы, пытаясь вылечить студента, фактически усиливали этого монстра, — фыркнул Снейп, — надо будет на время изолировать теплицу. Мало ли что. Я Блэку это попомню.

МакГоннагал тяжело вздохнула.

— Уверена, что Сириус не хотел ничего плохого, — сказала она, — он просто купил все, что увидел. А мы и обрадовались.

Присутствующие тоже вздохнули и отвели глаза.

Невиллу стало немного легче. По крайней мере теперь все лекарства шли впрок ему, а не мерзкому растению. Но мальчик тосковал.

— Связь, — качала головой мадам Помфри, — я читала о подобном. Но чтобы растение...

Пришлось поставить в известность миссис Логнботтом. Железная Августа долго созерцала внука на больничной койке.

— Вы будете подавать жалобу? — спросила ее МакГоннагал.

Бабушка Невилла тяжело вздохнула.

— Это уже не первый случай, — сказала она, — его просто тянет ко всякой мерзости. Все эти росянки, мухоловки... Неудивительно, что орхидея выбрала его. Единственное, на что я надеюсь — пусть произошедшее послужит ему уроком на будущее. Запрещать бесполезно, я уже пробовала. Небось, уже экспериментировал?

Профессор Спраут поведала историю про тыкву-росянку и экспериментальную цикуту. Миссис Лонгботтом покачала головой.

— И что мне теперь с этим делать?

— Наверное, все-таки придется разрешать под надежным присмотром, — сказала профессор Спраут. — Как бы там ни было, у мальчика задатки большого ученого. Он может многого достичь в гербологии.

— Если доживет, — мрачно ответила на это миссис Лонгботтом.

Невилл перевел взгляд на бабушку.

— Она такая красивая, — мечтательно проговорил он, — и мне совсем-совсем не жалко крови, бабушка. Она... потрясающая...

Бабушка погладила внука по голове.

— Но я буду настаивать, чтобы это убрали из школы, — сказала она, — оно же опасно.

— Забирают уже, — ответила профессор Спраут. — И проверят все теплицы, чтобы ни одного отростка не осталось. Тут еще пару лиан нашли. Они галлюциногены выделяют. Тоже заберут.

— Ну и слава Мерлину! — ответила миссис Лонгботтом.

Профессор Спраут и Невилл синхронно вздохнули. Остальные, включая миссис Лонгботтом, покачали головами.

Снейп

даже расстроился, что все интересное утащили в Отдел Тайн. В конце концов, при соблюдении техники безопасности кое-что можно было и оставить. Необычные растения давали такой простор для исследований. И совершенно напрасно Минерва упирала на те самые галлюциногены. Этот эффект было достаточно легко нейтрализовать. А вот остальное... Да, бюрократия всегда стояла поперек дороги научным исследованиям. Ох, права Грейнджер — вся надежда на Фламмеля. У него-то есть допуск ко всему интересному. Может и поделится чем-нибудь с барского-то плеча? В конце концов, его и гомункул интересовал, и тыква-росянка, и цикута (знать бы еще как именно над ней Лонгботтом надругался). Хогвартсу было чем торговаться с маститыми учеными. Честно говоря, похоже, что алхимик с шестисотлетним стажем на шустрых детишек и их вконец неадекватных крестных с большими деньгами и рассчитывал. Разве будет нормальный уважаемый специалист скрещивать тыкву с росянкой? Догадается о добавлении навоза единорогов? И никакой ученый с мировым именем по сомнительным лавкам тем более шастать не будет. Для таких людей есть справочники, проверенные методики, солидные поставщики. Правда остались еще и артефакты. Флитвик и Гендельквист костьми лягут, но их уж не отдадут. И тоже, кстати говоря, люди солидные. Такие до вызова Кецалькоатля, он же Кукулькан, не опустятся. А ведь тоже интересно. Черт, похоже, что явление Пернатого Змея в древней Мексике совпало с эпической ссорой Основателей. Неужели Салазара Слизерина аж через океан занесло?! И что он такого в этой самой Мексике учудил, что индейцы его возвращения до сих пор ждут?! Надо будет поделиться идеей с коллегами. Вдруг это поможет с расшифровкой?

Дядюшка Дрю и профессор Флитвик идеей заинтересовались.

— Совпадение действительно интересное, — согласился дядюшка Дрю, — особенно если вспомнить, что индейцы ждали белого мужчину с рыжей бородой.

— А я всегда считал, что рыжим был Гриффиндор, — заметил профессор Флитвик, — хотя Салазар Слизерин мог быть русым. Или у него могли быть каштановые волосы. В любом случае он был намного светлее, чем местные жители. А за тысячу лет все подробности могли и забыться.

— Меня больше интересует почему именно Пернатый Змей? — сказал Снейп. — Он что — мутировал? Или его анимагической формой был дракон?

— Тогда уж что-то в китайском стиле, — сказал дядюшка Дрю, — обычный дракон больше похож на летающую ящерицу, да и перьев у него не наблюдается.

— У китайских драконов тоже нет перьев, — сказал Снейп.

Впрочем, соображения по поводу мутаций одного из Основателей пришлось отложить. Нужно было что-то решать с крестражами. Да и из редакции «Ежедневного пророка» обратились с просьбой провести гадание на финал Высшей Лиги. И приближался матч Слизерин-Гриффиндор. Страсти накалились. Гадание проводили в присутствие всей школы. Салли с интересом созерцал щиты с гербами факультетов. Наконец он указал языком точно посередине между Вудом и Флинтом и громко зашипел.

— Чего это он? — спросил Драко.

— Говорит, что никто, — перевел Гарри.

— Как это никто? — возмутился Вуд.

— Ничья, наверное, — предположил Флинт.

— Перегадать! — послышалось со всех сторон.

Салли демонстративно повернулся спиной.

— Он не будет перегадывать, — вздохнул Гарри, — он говорит, что никто не победит.

— Посмотрим! — воинственно заметил Вуд.

— Небось, мы должны выиграть, а этот своим подколдовывает, — донеслось из дальних рядов.