Роковая долька

Тымшан Людмила

Флитвик собрал остатки вина в восстановленную бутылку. Потом профессора подхватили Мобилликорпусом тела предсказательницы и студента и направились в кабинет директора.

МакГоннагал была в шоке. Как и вызванная через камин Хуч. Несчастная Трелони получила от разбуженной мадам Помфри флакон с успокоительным и тихо икала, сидя в углу. На Рона Уизли испытующе смотрели живые и мертвые профессора.

— Я больше не буду! — на всякий случай сказал он.

— Мистер Уизли, — строго проговорила МакГоннагал, — вы пьете?

—

Я больше не буду! — повторил Рон, глядя в пол.

Из камина вышли вызванные Молли и Артур Уизли.

— Что случилось? — спросил глава рыжего семейства. — Рон что-то натворил?

— Не поделил с мисс Трелони бутылку вина и попытался наложить на профессора Круцио, — ехидно просветил его Снейп.

— Не может быть! — пробормотал Артур.

— Я больше не буду, — прошептал Рон.

— РОНАЛЬД УИЗЛИ!!! — взвыла Молли. — КАК ТЫ МОГ?!

Рон в ужасе затряс головой. Вдруг из него стал сочиться какой-то черный дым.

— Что это?! — испугалась мадам Помфри.

— Лови его! Убегает! — взмахнул палочкой Флитвик.

Черный дым заметался по помещению.

— Минерва, затворяй, я его держу! — крикнул Снейп.

МакГоннагал мгновенно проговорила формулу запирания. По случайности они стояли напротив портрета Дамблдора. Черный дым втянулся в картину.

— А?! Что?! — проснулся Дамблдор, с которого слетели чары немоты.

Черный дым сгустился, и рядом с бывшим директором появился...

– НЕ-Е-Е-Е-Т!!! — дуэтом заорали Дамблдор и Волдеморт.

МакГоннагал от неожиданности чуть не села мимо стула, но ее рефлекторно поддержали Снейп и Флитвик. Трелони прекратила икать. Мадам Помфри вытащила из кармана еще один флакон с успокоительным и одним глотком опустошила его. Молли и Артур спрятались в камине. Рон медленно осел на пол.

— Ужас какой! — пробормотал Финеас Найджелус Блэк.

— Ронни? — выглянула из камина Молли. — Ронни, сынок?

Мадам Помфри склонилась над мальчиком.

— Это просто истощение, — сказала она, — похоже, что он недолго был одержимым.

— Одержимым?! — переспросила Молли. — Мой сын одержимый?!

— Уже нет, — ответил Снейп.

— Мерлин! — простонала МакГоннагал. — Волдеморт... в школе... Одержимый первокурсник...

Мадам Помфри извлекла еще один флакон с успокоительным.

— Как знала, — пробормотала она.

— Мальчика нужно отправить в Больничное Крыло, — сказал Флитвик, — вряд ли он сейчас что-нибудь расскажет. И, Минерва, я бы известил аврорат и Отдел Тайн.

— Да-да, конечно... Я сейчас.

— А я?! — спросил Дамблдор с портрета. — А как же я?! Уберите ЭТО от меня!

— Альбус, ну потерпи, — сказала МакГоннагал. — Это же ради всеобщего блага. Вдруг он опять сбежит, а тут дети.

— А обо мне никто не думает! — возмущался Дамблдор.

— Я о тебе подумаю, — предложил Волдеморт, нехорошо усмехаясь.

Дамблдор

сник, сгорбился и отчетливо шмыгнул носом. Флитвик наложил на портрет дополнительные чары. Снейп поднял с пола Рона и передал его Артуру. Уизли старшие направились в Больничное Крыло. Мадам Помфри последовала за ними. МакГоннагал достала дымолетный порошок и подошла к камину. Флитвик и Снейп страховали портрет, чтобы Волдеморт не сбежал.

Вскоре из камина вышли лично глава аврората и начальник Отдела Тайн. За ними следовали нагруженные аппаратурой подчиненные.

— Невероятно, просто невероятно! — потрясенно проговорил глава аврората. — Я извещу министра.

Волдеморт на картине скорчил зверскую рожу. Присутствующих передернуло.

— А ты, Снейп, скотина! — сказал Темный Лорд. — И предатель!

— Северус помог его поймать, — тут же заявила переживающая за своего заместителя МакГоннагал. — Если бы не они с Филиусом, то я бы не справилась. Страшно представить, что могло бы случиться. Ведь это чудовище вселилось в мальчика. В первокурсника. Он сейчас в Больничном Крыле.

Глава аврората кивал. Невыразимцы устанавливали аппаратуру. Из камина выглянул секретарь министра.

— Как тут дела? — спросил он. — Министр интересуется.

— Разбираемся, — ответил глава аврората.

— Держите нас в курсе, — кивнул секретарь и нырнул обратно в камин.

— Надо бы позвать мистера Гендельквиста, — предложила МакГоннагал, — он такой специалист.

— О, это будет просто замечательно! — кивнул начальник Отдела Тайн. — И как вам только удалось заполучить такого Мастера?

— Это из-за Гарри, — вздохнула МакГоннагал. — Мистер Гендельквист много делает для этого мальчика. Надеюсь, его назначат опекуном.

— Подходящая кандидатура, — кивнул глава аврората.

На портрете сопел Дамблдор.

Дядюшка Дрю был поражен.

— Невероятно, — проговорил он, — очень редкий случай визуализации духа. Подобный казус, если мне не изменяет память, был в XIV веке в Италии. Но тогда влюбленный маг совершил самоубийство у портрета своей возлюбленной.

— В самом деле? — переспросил глава аврората, бросив подозрительный взгляд на Дамблдора.

— Что?! — вызверился Волдеморт. — Да я вас всех...

— Тихо! — рявкнул начальник Отдела Тайн. — Думаю, что портрет надо унести отсюда. Разберемся в нашей лаборатории. Тут дети.

— Да, конечно, — кивнула МакГоннагал. — Забирайте!

Невыразимцы двинулись к портрету.

— Не снимается! — сказал один из них.

— Как это? — удивился Флитвик. — Это обычный портрет, такие создает магия Хогвартса. И никто из нас...

МакГоннагал схватилась за голову.

Снять портрет так и не удалось. Недоумевающие невыразимцы окружили его защитным коконом. Рядом выставили караул из авроров. Наконец, все отправились спать.