Через минуту черный мальчишка убежал за заказом, Боярин, повернувшись к Рите,
сыпал комплиментами, Костя, ухмыляясь, внимательно слушал, что он несет, а я думал о том, что белобрысому Мюллеру, который носил подаренный мною перстень Александра Македонского, должно сейчас сильно икаться, потому что я уже держал в руках тончайшую ниточку, которая вскоре должна была превратиться в толстый канат, и тогда - держись, Генрих Мюллер, южноафриканский мультимиллиардер, владелец заводов, больниц, пароходов…
А может,
и не больниц.
Но это без разницы. Главное - я закончил все подготовительные действия, и теперь тот момент, когда я потрогаю тебя за твое толстое бриллиантовое вымя, был уже не за горами.