Рок меж строк

Волков Николай Владимирович

– Много чего. Один из моих телохранителей мертв, я – еле удрал, Тайлера застрелили… А сюда я прибежал. Мы далеко от клиники?

– Далеко ли мы от клиники? Приятель, ты отмахал половину города. По местным пробкам мы до клиники доедем только к вечеру. Постой, ты сказал Тайлера застрелили? И твоего телохранителя? Кто?

– Якудза. Их с собой притащил Тайлер.

– Тебя при этом видели?

– Да, я был на входе в клинику.

– Поворачиваем – скомандовал водителю Билл.

– Что? – возмутился я.

–

Поворачиваем. Никакой клиники. Поехали в полицию, дашь показания, иначе тебе такой пиар устроят, что мы вовек не отмоемся. Назовут тебя криминальным элементом, будут подозревать черт знает в чем… Лучше самому придти, как добропорядочному гостю страны, и честно заявить о том, что ты просто случайный свидетель. Я сейчас позвоню в UMG и их адвокат встретит нас около отделения. А почему ты мобильник не берешь?

– Я его потерял, пока бежал.

Он кивнул, и принялся названивать, а я смотрел в окно, обдумывая все услышанное.

Это казалось бредом, порожденным воспаленным воображением профессора, вот только беда была в том, что он говорил слишком уверенно и логично. Та самая интуиция, которую похвалил Смирнов, подсказывала мне, что все это правда, но верить в это мне не хотелось. Впрочем, если честно, мне вообще ни во что не хотелось верить. Ни в то, что карты обладают такой силой, ни в их происхождение, и даже в то, что я сам видел. Единственным способом убедиться в реальности происходящего – было разыграть карту, но…

Я аккуратно залез в карман и достал коробочку, в которой она была спрятана.

Маленький, плоский кусок янтаря скользнул мне в руку, и на нем была вовсе не та фигура, которую я видел до того. Вместо безликой фигуры укрытой капюшоном, там красовалась женщина в белом плаще, с раскинутыми в разные стороны руками, стоящая спиной ко мне.

Мое проклятое везение действительно выдохлось.

Это была не та карта.

Спустя несколько секунд, как будто убедившись в том, что я ее разглядел, фигура изменилась.

С карты, на меня смотрела своими невидящими глазами Энни.

Я вырвал у Билла мобильник, лихорадочно зашарив по карманам нашел визитку, и не попадая по кнопкам набрал номер.

– Слушаю вас?

– Профессор… Это не та карта! Она другая! И….

– На ней очень близкий вам человек? Судя по тому как вы экстренно связались со мной – ваша невеста?

– Да!

– Мне жаль. Я попробую что-нибудь сделать, но ничего не обещаю. Звоните, если начнет что-то происходить.

Он повесил трубку, а я, наконец-то, поверил в реальность происходящего. И эта реальность грозила меня раздавить.

Глава 9

– Ну и бред же ты нес в полиции – с чувством сказал Билл, когда мы вышли на улицу.

– Это было все равно лучше, чем если бы я сказал правду. К тому же…

– К тому же, какова правда на самом деле?

Я

покачал головой.

– Извини, но я не могу сказать.

– Не можешь, или не хочешь?

– И то и другое. Скажу просто – все это слишком фантастически будет звучать. До такой степени, что даже ты, с твоей верой в меня, как в свой источник дохода, захочешь упрятать меня в психушку. Уж лучше я не буду рассказывать тебе, и мы просто продолжим работать. А сейчас – отвези меня в клинику.

– Хорошо. Но я – все-таки твой менеджер. Я должен знать о том, что с тобой творится. Из-за чего, на самом деле, появились эти якудза? Почему была стрельба?

– Я просил Тайлера достать мне одну редкую вещицу.

– Он ее достал?

– Он достал не то, что я просил. И, попутно, явно во что-то ввязался.

– Если он достал не то, что ты просил – значит по счету, который могут выставить его родственники, можно не платить.

Я не выдержал.

– Слушай, тебя хоть что-нибудь в этом мире интересует кроме денег?

– Да, - моментально ответил он – чтобы ты не сходил с верхней строчки чартов в ближайшие пять лет.

– Почему именно пять? – поинтересовался я, уже предполагая ответ.

– Потому, что после этого я с чистой совестью и охренительным банковским счетом уйду на покой, куплю собственный остров, и буду остаток дней проводить так, как будет диктовать мне постоянный доход от твоего имени и постоянно раскупаемых альбомов. А заниматься административной хренотенью будет целый штаб нанятых мной людей.

– Тогда – почему не раньше?

– А я, пока, слишком жадный для того, чтобы делиться гусыней, несущей мне золотые яйца. К тому же я пока недостаточно ленив.

Я лишь покачал головой. При всей своей несусветной жадности, Билл был первым, кто поверил, что невзрачный юноша с дешевой гитарой за спиной способен на многое, и несмотря на все его вранье и приворовывание, он был единственным, кроме Энни, кто поддерживал меня всегда и во всем.

Оказавшись в клинике, я с замиранием сердца услышал, что операция прошла успешно, но о ее результатах можно будет судить еще очень нескоро. Врачи прогнозировали частичное зрение, и крайне осторожно говорили о возможности его восстановления до стопроцентного уровня.

Войдя в палату, я присел на кровать к Энни.

– Привет, милая.

– Уолт… Почему тебя так долго не было?

– Стал свидетелем перестрелки внизу, и давал показания в полиции. Все в порядке, я не пострадал.

– Люди говорят, что кого-то убили. Ты точно цел?

– Да. Повезло. Как ты?

– Пока не знаю. Врачи говорят, что все в порядке. Мне только страшно было.

Я поцеловал ее.

– Постараюсь тебя больше не пугать. Отдыхай, родная, мы задержимся в этом городе столько, сколько потребуется по мнению врачей. И я буду здесь столько, сколько мне разрешат.