Рок-идолы
Шрифт:
Наш продюсер по-прежнему оставался там и выслушивал вопли очередной «красотки», наверное думал как раскрутить ее на секс, и мне стало отвратительно. Словно я смотрю за тем, как снимают проститутку.
Закрывшись в одной из комнат я принялся просушивать записи присланные одним знакомым, но в них по-прежнему я не находил того единственного голоса который мне был нужен. Чаще всего это были адские муки прослушивание этих записей, одна или две привлекли мое внимание, и все же были не тем что нужно. Но я оставил их, и решил, что стоит посмотреть на эти «юные дарования». В который раз
Когда Кори приехала в студию, а пропустить такое невозможно, так как когда она припарковывается, все соседские собаки начинают визжать от страха, я как раз со всем разобрался. Всего лишь две записи остались на моем столе из 17 что прислал знакомый. Куда прутся эти девчонки с такими ужасными голосами? Даже если они выглядят, как модель с обложки на сцене во время живого выступления внешность им мало чем поможет. Я был куда более раздражен, чем хотел бы – но нужно взять себя в руки, иначе Кори тут же заметит это и ее шуткам не будет предела. На данный момент в мире было не так много людей способных понимать мои чувства, но она была одной из них – жена моего брата, друг, почти сестра.
Остановившись возле окна я наблюдал за тем как она степенно выходит из машины, поддерживая свой огромный живот, и несколько мгновений почти завидовал брату, но быстро взял себя в руки. Когда-нибудь семья появится и у меня, а пока что моей семьей будут они и группа. Почти тут же с другой машины отворилась дверка и вышла, как я понял подруга Кори. Я был почти разочарован, когда попытался разглядеть ее – мне хотелось бы, чтобы этот поиск окончился, и чтобы солистка была найдена в короткие сроки. А то все эти крашенные блондинки только расстраивали меня своим недоделанным пением.
Эта также была блондинкой, но скорее всего этот цвета волос был натуральным, но что вообще с ее волосами? Эдвард-руки-ножницы, придет в ужас увидев Это на голове девушки. Рванные пряди, тяжелые и встопорщенные торчат вокруг лица, превращая ее в нечто непонятной стати, не то мальчик не то девочка. Лица сюда не видно, и не понять симпатична ли она хотя бы, хотя какая нормальная девушка так обкорнается. А ее одежда так же не давала даже намека на подобие сексуальности – да она была одета почти так же как и Эйтан, тяжелый и грубый милитари стиль. Ну где это видано чтобы женщины так одевались? Уже от одной этой мысли я стал зол на Кори, ведь она знала что я ищу.
Мне нужен был волшебный голос, голос-мед, голос сам по себе песня, но в обертке красивой внешности. Она должна стать такой, чтобы когда споет одну из моих песен, половина мужского населения облизывали телевизор, а другая пошла бы искать лед. И все же при этом она не должна выходить за рамки концепции группы – в некотором смысле ее одежда не так уж сильно отличалась от нашей. Ну что ж, по крайней мере хотя бы одна пришла одетой, в отличие от предыдущих претенденток. Надоело уже смотреть на эту порнографию. Таким темпом чего доброго меня скоро начнет тошнить от голых ненатуральных загорелых тел.
Наблюдая
Итак, она блондинка, и похожа издалека на парня – что же такое привела мне Кори?
Я и раньше знала об этой студии, но раньше у меня не было даже маленькой надежды попасть сюда, а сегодня я шла на прослушивание в одну из самых популярных и что важно любимых мною групп. Кори таинственно и довольно улыбалась, чем немало меня злила, и конечно же она знала об этом. мне было сложно объяснить ей страх какого рода появился во мне – я боялась общаться с людьми, мне стало легче замкнуться и сторониться их, чем вести себя свободно. Я не могла больше как раньше смотреть спокойно на людей и не думать, а какую гадость кто-то из них сегодня устроил другому.
Здание студии напоминало мне разноцветные дома на Ньюбери стрит, по крайней мере внешним видом, но этот дом был явно более современным, и к тому же нафаршированным все, что только возможно впихнуть в здание. Машины стоящие на парковке говорили о том, что сегодня здесь полным полно народу. И все они не из простых людей, а те кто покруче – идолы музыки. Не сложно было догадаться, что несколько спортивных машин ярких окрасок принадлежат «Предательству», Кори сказала мне об этом же как только мы вышли из машины, но только в своей манере:
– Уф, как всегда выставляются – павлины!
У нее было простое отношение к мировым рок-идолам. И это не могло не веселить – она рассматривала свое пребывание в группе как вынужденную меру, а то что ей еще и пришлось в любиться в рок-музыканта, просто как такое себе совпадение. Ну подумаешь, что тут такого, он ведь парень как и все остальные. Наверное потому Макс обратил свое внимание на нее – никакого тупого обожания, никаких визгов и криков глупой фанатки, а спокойная констатация факта, что он просто парень. Даже я, которая уже давно пытается попасть в мир шоу-бизнеса, не смогла бы быть равнодушной к тому, что они известны – это все-таки выбивает из колеи, когда понимаешь, что они ведь звезды!
Когда мы зашли в просторный холл, лет эдак 50 назад выложенный плиткой, мне стало тут же страшно, но этот был страх иного рода, чем то, что я испытывала возле людей. Это был страх бессилия перед испытанием – когда кишки твои скручиваются в тугой узел, живот становиться каменным, и все что ты можешь делать, так это вдыхать мелкими глотками, чтобы не потерять сознание. Я всегда ненавидела экзамены из-за этого липкого холодного страха, потому что он выбивал меня из колеи, и часто мой голос садился. А что если я дам петуха, или и того хуже охрипну – я ведь даже не распевалась сегодня. А если попросят сыграть на пианино?!