Родственные души
Шрифт:
– И вы не собираетесь ничего предпринимать?
Джек вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла та, о ком он только что думал. Мокрый красный купальник прилип к телу. Крошечный, он, казалось, не скрывал вообще ничего. Джек впал в ступор при виде ее тела, миниатюрного, но очень развитого физически. Идеального. С плавными линиями и мягкими выпуклостями там, где они должны быть, и крепкими мускулами в нужных местах. Во рту внезапно пересохло.
– Она же тонет!
Резкий крик заставил его поднять глаза и посмотреть ей в лицо.
Женщины с ним обычно не спорили. Да и мужчины тоже. А если случалось, он всегда шуткой разряжал ситуацию или иным способом заставлял человека замолчать. Похоже, эта женщина будет постоянно ему возражать. И его это не раздражает. Все дело в физическом влечении. Вот и все объяснение.
– Что?
– Элис! Она тонет, а вы просто стоите и наблюдаете?
Джек перевел взгляд на океан. На несколько мгновений забыл, что там происходит.
– С ней все будет хорошо. Спасатели помогут.
Зачем так паниковать? С ней профессионалы.
Хочется надеяться, что она не наглоталась воды. Джек пригляделся и заметил, что девушку уже втащили в лодку. Она жестикулировала и что-то кричала, даже дала пощечину одному из парней. Ну, все в порядке.
Джек окончательно расслабился и даже смог улыбнуться уголками рта.
– Значит, вам смешно?
Брук подошла к нему почти вплотную, но он не шелохнулся.
– Ничего смешного! Она могла утонуть, умереть! И все ради мужчины, которого в глаза не видела. Теперь вы понимаете, какая глупость это ваше шоу?
Джек с каждой секундой все больше жалел, что она стоит так близко. Она злится, а он готов слушать и успокаивать, но совершенно не мог размышлять здраво. Грудь ее вздымалась, казалось, еще немного – и полоска купальника съедет в сторону и обнажит сосок.
– Вы разглядываете мою грудь?
Подонок!
– Да.
Какой смысл врать, раз она его поймала? Да и что плохого? Грудь у нее прекрасная, она и не старается ее скрыть. Столь откровенный купальник – странный выбор для человека, который совсем недавно настаивал на том, что все девушки должны быть в гидрокостюмах.
– Меня от вас тошнит.
– Приятно, что я сделал для вас хоть что-то.
Джек опять перевел взгляд на ее грудь и отметил про себя, что под тонкой тканью отчетливо проступили соски. Она либо замерзла, либо возбудилась. Впрочем, не важно. Сейчас его волновало лишь то, как восхитительно смотрелась ее грудь с напряженными сосками. Брук поспешно прикрыла их руками.
– Вы все не так поняли. Причина тому злость. На вас и ваше отвратительное отношение к людям.
– Опыт подсказывает: подобная реакция связана с возбуждением, но не с гневом.
Глаза ее вспыхнули так, как он и ожидал. Ему стало нравиться злить Брук.
– Будьте уверены,
Она замолчала. Джек подождал, кивнул, вытащил руки из карманов и скрестил на груди. Интересно, какие же чувства он в ней вызывает? Она же заставляет испытывать давно забытое желание подурачиться. Что же она замолчала?
– При виде меня вы что?
– При виде вас я… – Она шевелила губами, словно не решалась произнести пришедшее на ум слово. – В моей душе вспыхивает негодование.
– Негодование?
– Именно. Ваше поведение меня оскорбляет, раздражает, бесит.
– Похоже, вы злобная дамочка. В чем причина? Вас обидел бывший парень?
Из глаз полетели такие искры, что можно было легко прикурить сигарету.
– Я не злобная. Напротив, очень тихая и спокойная. Но с вами не помогает даже Дзен.
– Дзен прежде всего – мир в душе. Вам надо обрести душевное равновесие. Человек не должен реагировать на то, что говорят окружающие, так ведут себя люди, обретшие покой в душе. И разрушить его могут только сами.
– И еще вы.
– Любопытно, чем же я так оскорбляю ваши чувства? Неужели вас раздражает моя внешность? Странно, мне говорили, что я чертовски красив.
Брук фыркнула и скрестила руки под грудью, словно нарочно выставляя ее на обозрение. Джек с трудом отвел взгляд.
– Как человек я тоже не могу быть вам отвратителен, поскольку, давайте уже смотреть правде в глаза, я душка. – Он широко улыбнулся. Сейчас она рассмеется, он уверен.
Но нет.
– Вы мне отвратительны, самоуверенный хам, которому нет дела до того, что чувствуют другие.
Джек не ожидал, что его так заденут ее слова. Как она посмела назвать его хамом? Хам его отец. А он совсем другой.
– Отчего вы такая упрямая, почему сначала говорите, а потом думаете, пытаетесь докричаться до каждого? Все дело в вашей семье? Вам мало уделяли внимания? Не замечали? Должна же быть причина.
К его удивлению, она замолчала и широко распахнула глаза.
Джек мгновенно узнал этот взгляд, отчего во рту появилась неприятная горечь.
– Вы тот еще тип, Джек Дуглас. Вам наплевать на всех, кроме собственной персоны. Элис могла утонуть, а вы спокойно стояли на берегу и говорили мне гадости, хотя понятия не имеете, какой я человек на самом деле.
Джек тяжело вздохнул.
Ее взгляд невозможно забыть. Именно такой был у его матери, когда она выслушивала оскорбления отца. Джек отлично его помнил и не предполагал, что сможет увидеть в глазах кого-то другого. Больше всего ему хотелось сейчас вернуться на несколько минут в прошлое, прокрутить запись. К сожалению, это невозможно. Девушка стояла перед ним со смущенным и оскорбленным выражением лица.
Что он такого ей сказал?
– Брук… я…
– Забудем. Мне не стоило всего этого вам говорить. Глупо надеяться, что вы сможете что-то понять.