Род Ллевелин
Шрифт:
Глава вторая
Арифмантика с нумерологией оказались всего лишь магическими вариантами математики и физики, да ещё и не самыми совершенными — для меня. Уже через неделю я полностью разобрался в них и просто-напросто сдал выпускные экзамены по этим предметам. Астрономия оказалась более твёрдым орешком, но исключительно из-за астрологической составляющей. С ней пришлось провозиться больше месяца, но и и её сдал. Другие предметы были мне незнакомы, так что пришлось учиться всерьёз. По плану, составленному директором, упор я делал на ритуальную (в основном — рунную) магию, алхимию с зельевареньем, артефакторику и окклюменцию. По словам Риса, если освоить их, то другие предметы «пойдут» значительно проще — они «перекликаются» во многих местах.
— Физкультура,
— Талиесин, соберись! — Послышался голос моего напарника по тренировке, бегущего рядом. Гриффин был обычным 11-и летним мальчишкой, жившим в соседней комнате — и моим приятелем. Оклик спас меня от падения, так что я виновато засопел и благодарно кивнул ему. Насколько всё же возраст тела влияет на поведение… Я с удовольствием играл с ровесниками, дрался и дружил, хотя и не слишком плотно. Удовольствие от новой молодости я получал на полную катушку… Эмоции детского тела были невероятно свежими, и я наслаждался жизнью здесь. Понятно, что далеко не все игры и проказы сверстников были для меня интересными, так что я получил славу умника, интересующегося, в основном, учёбой. В принципе, так оно и есть.
С момента переезда в Кер-Сиди прошло уже три года, и я достиг немалых успехов. Например, я стал Мастером Рун, что очень внушительно даже для взрослого. Не скажу, что далось мне это очень легко, но и тяжёлого особо не было. Благодаря оклюменции и без того прекрасная память стала практически абсолютной, и запомнить несколько тысяч рун было легко. Далее нужно обладать математическими способностями и чутьём к словам и образам. Всё это у меня было ещё с прошлой жизни… Историю вообще и «Историю магии» от англичан я просто прочитал — и сдал за 7-й курс — спасибо окклюменции и совершенной памяти.
В общем, и с остальными разновидностями ритуальной магии дело обстояло неплохо. Исключением был шаманизм, я его плохо понимал, да и таланта не было, и сексуальная — по понятным причинам. Достаточно хорошо обстояли дела с алхимией, зельеварением и артефакторикой — сдал на отлично за 5-й курс. То есть всё, для чего нужны мозги, а не магические способности, было у меня «схвачено».
Зельеварение и алхимия были мне понятны, но не менее понятно было, что мастером мне в них не стать — способностей нет. К сожалению, помимо знаний здесь требовался магический «поток» определённого типа, но увы. Мой удел в них — крепкий середнячок. С артефакторикой шанс проглядывал…
Не столь гладко дела обстояли с магическими животными и гербологией. Сдал по ним экзамены за 3-й курс, но больше за счёт книжных знаний. С практикой дела обстояли довольно посредственно. Не слишком хорошо было с чарами, заклятиями, проклятиями и трансфигурацией — мал ещё. По уровню знаний «тянул» на 4-5-й курс, но магических сил хватило только на экзамены за 2-й, да и то — за счёт идеального контроля. Чар и заклинаний я знал несколько сот, но исключительно не энергоёмких. Правда, среди них была и пара десятков таких, что осилит не каждый взрослый из-за нехватки того самого контроля. Довольно посредственно было у меня и с местной физкультурой — не интересно мне всё это мечемахание, хотя польза в бою от него есть.
Закончив с оружием, я активировал портал и перенёсся домой. Домой — это в своё родовое поместье, куда мы с родителями переехали чуть больше 2-х лет назад. Пока не овладел определённым набором знаний, я просто не мог даже найти его.
— Мам, пап, я дома!
— Лорд Лллевелин, с возвращением! — Поприветствовал меня наш брауни со счастливой улыбкой.
— Тали! — Выскочили 3-х летние сестрёнки, ну а затем вышли и улыбающиеся родители.
После праздничного обеда я сидел с сестрёнками и рассказывал родителям о происшествиях в Кер-Сиди. Кстати говоря, после моего вступления в наследство получилась довольно казусная
Общение-общением, но меня отпустили ещё и потому, что был один из тех дней, когда желательно проводить определённые ритуалы для увеличения родовой силы и защиты. В саду уже было всё готово к нему — родители неплохо уже поняли ритуальную магию и могли по крайней мере нормально помогать мне, а с нормальными инструкциями и самостоятельно проводить часть из них.
Вечер был уже поздний, а родители всё никак не успокаивались. Пришлось незаметно наложить на них чары сна. Ритуалы в поместье и общение с родными — не единственный повод приехать сюда. Взяв метлу и пролетев около мили, я очутился у нагромождения камней, пропел несколько слов и надрезал ладонь, капнув кровью на один из булыжников. Воздух замерцал, и напротив меня появилось огромное окно, в которое я шагнул.
Вотчина встретила меня ликованием, сама природа приветствовала своего хозяина. Сегодня не требовалось ничего особенного — просто быть здесь. Однако состояние восторга от ощущения Дома было так велико, что я запел одну из древних валлийских баллад. Потом я пел на на всех языках, которые только знал, и ощущения счастья и силы хлынуло сквозь меня. Это длилось чуть больше часа, и откат был невелик.
Свой мир — это самая большая тайна рода Ллевелин. Вражда с азиатами была не самым удачным решением предков, но благодаря этому они в качестве трофеев взяли нефрит — много нефрита. Это один из тех камней, которые идеально подходят в качестве КРАЕУГОЛЬНОГО для создания нового листка на Мировом Древе. Одна из важнейших особенностей нефрита заключается в том, что такой мир растёт даже при отсутствии хозяев, хотя и значительно медленней. За тысячу лет он вырос до приблизительно 800 км2 и обзавёлся всякой магической живностью и растительностью, приглашённой из других листьев. Собственно говоря, в растущем мире магией обладают даже камни.
Знай другие рода, что у меня есть вотчина, они бы не устояли. Всего несколько родов в Уэльсе владеют такими и не ушли туда окончательно. Это могущественные и многочисленные семьи, способные защитить своих членов. В моём же случае я стану мужем какой-то женщины и быстро вольюсь в чей-нибудь род, ничего не соображая из-за зелий и артефактов… или стану трупом — чтобы не достался возможному противнику.
Даже родители и директор не знают об этом — и не узнают, пока я не стану достаточно силён и не смогу их защитить. Есть у моего рода и другие тайны и родовые особенности: способности к артефакторике и ритуальной магии (да, мои успехи в ней — не только из-за высокого интеллекта и знаний, но и из-за генетических особенностей), умение ходить сквозь Тень и сражаться без помощи концентратора, то есть — волшебной палочки. Нам она не нужна.
К сожалению, она не просто не нужна — роду Ллевелин нет от них никакого прока. Даже дети у нас могут сражаться без палочек и посохов, не выкрикивая заклятия. На небольшом расстоянии это огромное преимущество, но вот беда — на расстоянии до 25 м., причём это фактически предел для взрослого мага. Для ребёнка — метров 10… Нет, могу кинуть заклятие и на сотню метров, но только не энергозатратное, причём выложусь на полную.
Если брать магловские аналогии, то мы прирождённые рукопашники, не способные пользоваться огнестрельным оружием. В общем, боевой маг из меня — как копьё из тряпки. Стандартная тактика Ллевелинов в бою — быстро смыться, а если нет возможности — уходить от заклятий сквозь Тень. Однако это не всегда получается, так что при серьёзных боевых действиях мы просто садились в поместье, защищённое по всем правилам ритуальной магии, активировали артефакты и совершали диверсионные вылазки в тыл нападающим. Бой грудь в грудь против нормального боевого мага не для нас.