Род Ллевелин
Шрифт:
Глава седьмая
Происшествие в школе директор замял весьма откровенно, пользуясь преимуществами как главы Визенгамота, так и директорским постом. В результате, Уизли были объявлены пострадавшей стороной, невинными жертвами, у которых жил нехороший Петтигрю.
Дело Блэка также никто и не думал пересматривать, хотя любому было понятно — его надо поднимать. Ну, любому — это я сильно погорячился. Местный электорат отличался фантастическим невежеством, что в сочетании с неумением и нежеланием думать вызывало у меня оторопь во время разговоров с некоторыми особями.
Чистокровные и магглорожденные были на разных полюсах, но именно они отличались наибольшим здравомыслием. Первые бережно хранили традиции и знания, а вторые могли сравнивать происходящее с миром магглов. Разнообразные полукровки и маги во втором-третьем поколении оторвались от магглов, но так и не пришли куда-либо
Только Рита Скиттер, поддерживаемая небольшим лобби чистокровных, осмелилась затронуть эту тему в Англии. За границей её обсуждали более вольно, но зато на вторых-третьих полосах, как и положено новостям из-за границы.
Рита Скиттер: — Лорд Ллевелин, что вы скажите о произошедшем в школе? Всё-таки анимаги, проникшие в замок, явление не самое частое.
Лорд Ллевелин: — Не частое, но за время учёбы в Хогвартсе я успел убедиться, что Альбус Дамблдор — безусловно великий маг, но поразительно плохой директор. За время его пребывания на этом посту качество преподавания снизилось настолько, что подавляющая часть аристократии отправляет своих детей в Дурмстранг или Шармбатон — если имеет такую возможность. Появившееся пространство заполняют магглорожденные и грязнокровки.
Ничего плохого о магглорожденных сказать не хочу — большинство из них неглупые ребята, а встречаются и достаточно талантливые. Правда, им не достаёт элементарнейших знаний о магическом мире, а директор и не пытается дать их. Проблема в том, что они просто не способны на равных конкурировать с чистокровными и потомственными магами в большинстве сфер. Вместо того, чтобы направить их на профессии, посильные им или объяснить, как можно войти в мир магов, директор просто снижает планку.
Рита Скиттер: — Читатели могут и не знать, что лорд Ллевелин в свои 16 лет является Мастером Рун и Мастером Артефактором, причём в Рунах звание мастера получил ещё ДО приезда в Хогвартс — в 10 лет. Соответственно — про образование он может рассуждать с полным на то правом.
Рита Скиттер: — Как вы оцениваете ситуацию с анимагом, прожившим в семье Уизли 13 лет? Насколько нам известно, Дамблдор считает Уизли пострадавшей стороной.
Лорд Ллевелин: — Поразительный бред. Я никогда не видел эту крысу раньше, но распознал анимага буквально с первой минуты. Вы можете сказать, что я имею преимущество как любой артефактор, ведь я видящий. Это так, но проверка любого домашнего животного на безопасность включает в себя и чары, выявляющие анимагов. Артур Уизли не мог этого не знать. Тем более, что крыса прожила в их доме 13 лет. Дом посещал сам Дамблдор и члены его Ордена Феникса, в том числе — известный своей паранойей Шизоглаз. Вы хотите сказать, что за 13 лет никто так ничего и не заподозрил? А ведь анимагу нужно регулярно превращаться в человека, чтобы не сойти с ума…
Рита Скиттер: — Вы считаете, что директор и семейство Уизли были в курсе, кто скрывается в их доме?
Лорд Ллевелин: — Безусловно. Особенно если учесть, что очки директора — артефакт, позволяющий видеть магию, а сам он считается сильнейшим менталистом Европы
Рита Скиттер: — Как вы оцениваете перспективы суда над Петтигрю?
Лорд Ллевелин: — Будет фарс: он либо «сбежит», либо его убьют, дабы не проговорился. Могут быть и другие варианты, но все они будут в подобном роде.
Рита Скиттер: — Вы считаете, что Блэк сидит без вины? Если да, то почему?
Лорд Ллевелин: — Я не знаком с Сириусом Блэком и понятия не имею, как обстояли дела на самом деле. Единственное, что мне известно — суд прошёл с жуткими нарушениями закона. Глава Визенгамота не мог не знать об этом и соответственно — замешан в этом грязном деле.
Рита Скиттер: — То есть вы хотите сказать, что Блэк сидит без суда, и Дамблдор знает об этом? Какова же его цель в таком случае?
Лорд Ллевелин: — Не могу сказать, но я поразился тому факту, что прославленный Поттер жил все эти годы у родственников-магглов, вопреки всем законам мира магии. Хочу напомнить, что в Европе Дамблдор известен под прозвищем «кукловод»…
К сожалению, номер газеты пошёл «под нож». Спасти удалось несколько экземпляров, но и только. Впрочем, благодаря столь жёсткой цензуре, статью перепечатали десятки европейских газет. В том числе — несколько русских, традиционно относящихся к Британии пренебрежительно. Связи англичан с материком были невелики, но всё же были. Большинство чистокровных семей так или иначе узнали про интервью, и старшекурсники подходили ко мне с расспросами. На Гриффиндоре шевелений не было…
С директором состоялся тяжёлый разговор и противостоять ему было сложно. Ментальная магия — ещё полбеды, закрываться от неё я умею. Альбус не зря занял столько постов — он умел расставить акценты в нужном ему
— Ещё одно зелье приязни, подмешанное Грейнджер или попытка так или иначе на неё воздействовать — и я подключу свои ресурсы по настоящему, — Прошипел я в лицо Дамблдору.
— Мне неприятны ваши действия по отношению к Поттеру, но я к нему не лезу. Не лезьте и вы к Грейнджер. Вы понимаете, что обретённые слишком редки, чтобы рисковать ими? Лили Эванс уже угробили в своих игрищах, так теперь ещё одну хотите? Кому вы планируете подсунуть её — Уизли, Лонгботтому?
Он не выдержал и отвёл глаза на секунду, нервно барабаня пальцами по столу.
Я продолжил, уже более сухо:
— Ситуацию с Грейнджер я доложил Совету Кланов. Вот письмо. Суть проста — летом она уходит от вас, вы официально передаёте мне права опекуна и Наставника. Клянётесь не вмешиваться в её жизнь и жизнь её родных прямо или косвенно. Выкуп за Кровь можем обсудить.
— Хорошо, — сухо сказал он после недолгого молчания. — Я обдумаю ваше предложение.
Глава восьмая
С этого дня директор стал вести более взвешенную политику в отношении Гермионы. Во всяком случае, больше не было заметных зелий или вторжений в разум. Надеюсь, он поступит разумно и примет решение отдать обретённую за солидный выкуп, а не пытаться бороться против Кельтов, уже и без того настроенных весьма негативно. Прохладные отношения у нас с Англами были ещё до моей принудительной учебы в Хогвартсе. После этого они перешли в стадию вялотекущей гражданской войны, но она могла разгореться и до пограничных конфликтов с торговыми войнами и таможенными барьерами.
Занятия шли своим чередом — Гермиона прямо таки вгрызалась в знания и по Чарам, Трансфигурации и Зельеварению была уже на уровне окончания первого курса. Арифмантика и Нумерология — на уровне 3-4-го… Впрочем, тут «виновата» не только отличная память, тяга к знаниям и интеллект девочки, но и откровенно заниженная планка английского обучения.
Первокурсники в этом году попались неплохие. Во всяком случае, большая часть ребят хотя бы пытались учиться — кроме гриффиндорцев. Здесь картина выглядела просто-напросто удручающей: Альбус набрал откровенных болванов и грязнокровок, причём с амбициями. Учиться нормально они не могли, да и не хотели, а хотели они стать великими и могучими просто так. Не получалось же у них исключительно потому, что злобные слизеринцы строили свои козни. Интересно — как? Мешали делать уроки?
Были среди них и исключения: Томас Финниган — неглупый, но очень уж непоседливый полукровка; Лаванда Браун — умненькая девочка из потомственных, но очень уж женственная — со всеми достоинствами и недостатками лучшей половины. В том числе — болтливостью, стремлением собирать сплетни и буквально сорочьим отношением к побрякушкам.
Неожиданно неплохо показал себя и Поттер, несмотря на изрядную застенчивость, магические оковы и полное незнание реалий магического мира. Мальчишка неглупый и аккуратный, вместе с Лавандой они были лучшими зельеварами Гриффиндора (среди однокурсников). К сожалению, он слишком легко поддавался провокациям со стороны Уизли. Скорее всего — не без помощи бородатого манипулятора. В результате, большую часть времени он занимался откровенной ерундой и даже стал ловцом в команде. История с принятием в команду была шита настолько белыми нитками, что несколько попыток провокаций слизеринцев во время полётов не удались, и тогда Хуч сама провела кастинг на ловца, буквально впихнув Поттера в команду…
Драко, с его вспыльчивым характером, то и дело рвался помочь троюродному братцу — объяснить, в какую грязную игру с ним играют, но я или Северус вовремя его одёргивали. Впрочем, он и сам начинал понимать, что это занятие просто бессмысленное, и мальчишка никак не переиграет Великого Светлого, так что Драко просто начал собирать информацию — осторожно.
Празднование Хэллоуина начали планировать недели за две. Детвора с радостью занималась приготовлениями, и лишь немногочисленные чистокровные морщились. Ну идиотизм же — вывернуть всё наизнанку и сделать из настоящего, пусть и не самого важного праздника, нечто бессмысленное. Особенно неприятно было смотреть на гриффиндорцев, которые козыряли «своим Поттером», и при этом никто так и не вспомнил, что в этот день погибли его родители…
Припрягли и меня — с дежурствами. Ну, тут уж ладно — домой всё равно не могу отправиться, а так хоть Северус отдохнёт от Хогвартса несколько дней. Счастливый зельевар смотался куда-то очень далеко. Во всяком случае, я не мог до него «докричаться», а почтовые совы категорически отказывались искать его. Всё ясно — Америка, Африка… Словом — смотался куда подальше! Я вздохнул завистливо, но потом успокоился — в будущем году я отсюда исчезну, а он у Дамблдора на коротком поводке и вряд ли эта история закончится для него хорошо…