Род Ллевелин
Шрифт:
Хаффлпафцы вели себя вполне пристойно, разве что переговариваясь с друзьями. Ну да, среди них — добрая половина фермеры, а они серьёзно относятся к еде.
Райвенкловцы ели тихо и спокойно, но даже сегодня здесь хватало студентов, уткнувшихся в книги. Впрочем, у многих это часть имиджа…
Слизеринцы ели излишне чопорно, подражая маггловским аристократам. Впрочем — умеренно.
Снова перевёл взгляд в сторону Поттера, и меня немного замутило: сидевший рядом с ним Рон Уизли набил полный рот и чавкал. Одновременно он пытался говорить, жестикулировал, вертелся на месте… Слюни и еда летели во все стороны.
Наконец пир закончился, и старосты повели первокурсников в спальни. Глаза у большинства закрывались на ходу, так что детвора заснёт, как только голова коснётся подушки. Старшекурсники же сегодня устроят пьянку — традиционную, на которую закрывали глаза.
Дамби зачем-то собрал всех преподавателей после ужина и долго втирал речь в своём стиле: сплочение сил Света, Добро и прочее. Уставший Снейп попросил конкретики, на что тот разразился новой речью. Из неё мы поняли, что должны присматривать за «злобными слизеринцами», которые внушают ему опасение, быть снисходительными к магглорожденным и в первую очередь к подопечным МакГонагал.
Глава пятая
Закончив Танцы с Клинками, я поспешил в свои покои — этим утром я задержался. Старшекурсники, встречающиеся по дороге, смотрели на меня страдальческими глазами. Ну да, похмелье… Бросив сеть заклинания, я пошёл дальше, провожаемый многоречивыми изъявлениями благодарности. Ещё бы, Памфри принципиально не лечила похмелье, да и Снейп считал пьянство одним из самых страшных грехов.
Быстро помывшись и переодевшись в мантию из драконьей кожи (ну да, на Зельеварении я носил именно мантии, а не пледы), я поспешил в столовую. Собрались ещё не все ученики, но мне хотелось поесть пораньше и самому провести первокурсников в лабораторию. Во-первых — не заблудятся, а во-вторых — будет немного времени познакомиться перед первым уроком.
Пройдя к столу и поздоровавшись со всеми, я сел рядом с кислым Северусом. Профессор выглядел мрачновато, что и понятно — даже меня достала вчерашняя речь директора об Избранном, а ведь зельевар вынужден был выслушивать их постоянно.
Постепенно столовая наполнялась гулом голосов, и наконец-то в зал вошли гриффиндорские первачки, ведомые Персивалем Уизли. Наши слизеринцы уже давно сидели за столом и заканчивали трапезу. Теперь мне придётся ждать, пока наедятся грифоны. Хотя нет, не придётся — почти все начали есть так, как будто соревнуясь — у кого получится быстрее и противней. Только несколько человек ели аккуратно и наш избранный в их числе. Правда, он как-то неверяще поглядывал на стол и тянулся за едой так, будто боялся, что её отнимут. Сам я уже закончил трапезу (не ем особо по утрам) и сидел сейчас, потягивая клюквенный морс. Наконец, гриффиндорцы нажрались (а по-другому и не скажешь), и я скомандовал:
— Первокурсники Слизерина и Гриффиндора, ко мне! Первый урок у вас зельеварение, и его буду вести я — профессор Талиесин Ллевелин. Построились и пошли за мной.
Без толкучки не обошлось, но тут был виноват рыжий Уизли, толкавший слизеринцев и задиравший их на ходу.
— Уизли, минус один балл, — свирепо сказал я.
— Ещё уроки не успели начаться, а ты уже отличился!
К лаборатории я повёл их кратчайшим путём, игнорируя запутанные
— Рассаживайтесь так, как вам будет удобно. Хотя нет… Уизли, ты садишься с Лонгботтомом.
— Вытащили учебники, поставили котлы на парты и сели. Уизли, молча сели! Зельеварение относится к самым важным наукам, для которых нужны в первую очередь мозги, знания и терпение. Хороший зельевар может сварить лекарство и яд, зелье удачи и зелья силы. Ему не нужна волшебная палочка, чтобы творить чудеса. Ну, чудотворцем из вас мало кто станет, но уметь простейшие вещи вы должны — в ваших же интересах. Скажу сразу, — оглядел я класс. — От вас требуется только внимание, осторожность и точное следование рецепту, изложенному в учебнике или записанному на доске. Шалости будут пресекаться — это смертельно опасно.
— Поттер, мне кажется, или вы и в самом деле выросли в мире магглов, — спросил я мальчишку, выразительно посмотрев на драные кеды.
— Нет, сэр, не кажется, — смущённо ответил тот.
Я недоумённо уставился на него.
— Странно. Ну да ладно. Раз вы ничего не умеете в зельеварении, то к вам будет снисходительное отношение, как и к маглорожденным. Единственное замечание — я не сэр, а профессор или лорд Ллевелин. Не понижайте меня в звании, юный падаван, — Сказал я со смешком.
— Да, профессор, — как-то испуганно сказал тот.
— Снисходительное — значит то, что я буду снимать с вас баллы только за шалости или пренебрежение инструкциями. Какие-то важные мелочи в работе зельевара вы узнаете только через несколько месяцев. Так что не нервничайте и внимательно читайте инструкции.
— Да, предупреждаю на будущее — для стимулирования интереса к науке буду задавать эссе только тем, у кого не выходит зелье. Вышло — свободны от писанины.
Класс довольно загудел, а в глазах слизеринцев и некоторых гриффиндорцев из потомственных, появились довольные огоньки. Ну ещё бы, у многих родители сами варили простейшие вещи и приучали понемногу детей, так что навыки кое у кого были неплохие.
Я велел открыть учебник на нужном параграфе и написал на доске пояснения к смутным для детей подробностям, после чего раскинул на класс сигнальную сеть и принялся листать журнал. Минут через 15 пришлось встать и сделать первый обход. Как и ожидалось Уизли с Невиллом варили малопонятную бурду. Ну так чему удивляться-то — один болван и предатель крови, а у второго магия не стабильна и магическое ядро разваливается. Драко, как и ожидалось, работал вполне профессионально, да и Панси Паркинсон ему не уступала.
Из котла рыжего полезла какая-то непонятная субстанция, и мне пришлось быстро подскочить, ликвидируя аварию.
— Минус балл, — сказал я со вздохом.
— Профессор, это нечестно! — завопил рыжий.
— Я раньше никогда не занимался зельями!
— Рон, вы родились и выросли в семье потомственных магов, а ваша мать известна своими успехами в зельеварении, пусть и в весьма специфическом разделе — любовных зельях. То, что вы не смогли или ничему не захотели учиться — только ваша проблема.