Робокоп II

Нэха Эд

Перепуганный Хоб нырнул под стол.

Энджи убежала в угол и съёжилась среди стоящих там механизмов.

Она вытащила из сумочки ампулу НУКЕ и попыталась воткнуть её себе в шею. Но рука её так сильно дрожала, что ампула упала на пол.

— Чтоб тебя черти взяли, — выругалась Энджи.

Кузак и его товарищи ползли по полу, минуя изуродованные останки гангстеров.

Поулос и Томас решили попытать счастья. Пони вскочили и побежали. Свет прожекторов метнулся в их сторону. Очередь.

Томас рухнул на пол, разрезанный на шесть кусков.

Поулоса

вырвало, и, когда свет от фар проплыл над его головой, он бросился на пол. Выполз из фабрики и кинулся к автомобилю.

Пули засвистели у него над головой, попали в машину и убили водителя.

Поулос почувствовал, как кусок свинца вонзается ему в спину. Потрясённый, он смотрел, как из раны на животе вытекают его внутренности, потом замертво свалился на капот автомобиля.

Энджи продолжала прятаться в углу здания. Она нашла другую ампулу НУКЕ и воткнула её в шею. И сразу почувствовала себя значительно лучше. Струящийся из чудовища свет остановился на ней. Она застыла, не смея вздохнуть. Монстр двигался к ней, его тело посапывало и поскрипывало своими гидравлическими мышцами Свет прожекторов побледнел.

Энджи подняла взгляд на голову чёрного великана.

Заслонки на его лице раздвинулись.

Энджи увидела призрачное лицо Каина.

Она смотрела на него в состоянии наркотического недоверия, потом улыбнулась и сказала:

– Каин, старик. Ты классно выглядишь. Чёрт возьми, неплохой костюмчик.

Она шагнула в сторону привидения.

Навстречу ей двинулась огромная когтистая лапа. Энджи протянула свою руку.

– Правда. Нужно только слегка привыкнуть, — сказала она заплетающимся голосом. — Но будет классно. Мы с Хобом всегда будем о тебе заботиться… как и прежде.

И когда Энджи схватилась за протянутую лапу, другая клешня монстра-Каина обвила её шею и сомкнулась на горле, после чего медленно подняла девушку вверх.

Речь Энджи превратилась в бульканье.

Когтистая клешня сжалась. Нечто безголовое упало на бетон. Высоко сверху металлические пластины, скрывающие лицо чудовища, захлопнулись.

Монстр снова повернулся и включил прожектора.

Дрожащий Хоб, всё ещё сидящий под столом, поднял вверх глаза, полные слёз. Потом, со всей прытью, на которую был способен, помчался к бронированной машине, наполненной деньгами. Он нырнул внутрь и захлопнул за собою тяжёлые двери.

Сидя в темноте, он услышал грохот выстрела. Это один из его элегантных телохранителей открыл огонь, целясь в спину чудовища. Каин обернулся и одним движением плеч превратил стрелявшего в пыль.

Мэр Кузак полз по полу к решётке сточной канавы.

Тем временем Каин обнаружил бронированный автомобиль. Он поднял грудь и направил огонь всего своего арсенала на машину. Та стала оседать.

Внезапно робот заметил движение слева. Кузак пытался поднять решётку, закрывающую сток. Он застыл на мгновение, когда сноп света остановился на полу возле него. Потом, с криком ужаса, Кузак оторвал решётку и нырнул вниз. Вокруг по бетону застучали пули.

Мэр упал в густую тёмную грязь. Когда он услышал свист пуль над головой,

ему было не до того, чтобы размышлять о химическом составе окружающей жижи, хотя он и прекрасно знал, из чего состоят ныне воды реки Детройт.

Мэр бросился бежать. Чёрт возьми, лучше уж умереть от рака, чем от пули в голове. Рак всё-таки когда-нибудь научатся лечить.

А в миле от фабрики одинокий Робокоп продирался на своём автомобиле сквозь уличную пробку. Он думал о жизни, которая осталась позади. Он думал о жизни, которая впереди. Он думал о том мире, от которого отказался, пав жертвой шантажа.

На приборной доске зазвучал динамик:

— Семнадцатый, у нас сильная перестрелка на Кадиллак Авеню и Тойота — Форд Экспрессуэй. Мы не можем дать тебе поддержки. Действуй на собственный риск.

– Принял. Выезжаю, — ответил Робо в микрофон.

Он ещё не знал, что его ожидала встреча с братом, рождённым в лабораториях «Оу-Си-Пи». Сильным братом. Братом по имени Каин.

ГЛАВА 28

Робо медленно въехал во двор развалившейся фабрики. Он остановился возле искорёженного автомобиля мэра. Крыша машины была промята. Водитель кровавой тряпкой свисал из разбитого окна. Робо обошёл тело советника Поулоса, не зная, чего ожидать ему внутри здания. Он подошёл к разрушенной стене и остановился.

В зале он заметил Хоба. Щуплое тело мальчишки окружали рассыпанные банкноты. Хоб дрожал, и глаза его были полны ужаса, известного только маленьким детям.

Увидев свет, Хоб обернулся. Он был уверен, что это Каин возвращается, чтобы добить его.

– Нет! — крикнул он.

Робокоп подошёл к грузовику. Хоб облегчённо вздохнул.

– Привет, — сказал он.

– Привет, — ответил Робо.

Хоб посмотрел на окружающие его следы побоища:

— Очень погано.

Робо присел рядом с мальчишкой. Парень дрожал, но любой ценой старался не потерять сознание. Он ухватился за Робокопа. Робо обнял парнишку.

– Попробуй успокоиться, — сказал он. — Я вызову «скорую».

– Нет! — крикнул Хоб. — Пожалуйста, не уходи. Я боюсь. Мне холодно. Не уходи. Не уходи.

Робо поглядел на мальчика, потряс головой, чтобы собраться с мыслями.

– Я не оставлю тебя… сынок.

На лице у Хоба появилось подобие улыбки:

— Спасибо.

– Что здесь случилось? — спросил Робо.

– Я устраивал одно важное дело, — пропищал мальчишка, — а потом что-то сюда влезло…

– Что?

– Огромный механический тип. Просто огромный. Больше тебя, — Хоб ухватил Робо за руку, голова его упала назад, глаза помутнели. Потом на секунду к нему снова вернулось сознание. — Я ведь умру, знаешь, — произнёс он, кивком указывая на свою грудь.

Робо взглянул на красное пятно, расползающееся по груди ребёнка. В душе киборга нарастала боль. Однако он сдержал это чувство. Ведь он был машиной. Без прав. Без чувств.