Робокоп II
Шрифт:
– Мы беспокоимся о пенсионных привилегиях. Понимаете, «Оу-Си-Пи» нам угрожает.
Робо резко повернулся, со злостью посмотрев на Хольцганга. Тот не уступал.
– Мы требуем от тебя заявления. Будешь с нами сотрудничать — всё в порядке, жена Мёрфи и его ребёнок получат все привилегии, полагающиеся семье погибшего полицейского. Устроишь бучу — фига с маслом они получат. Нуль без палочки.
Робо зарычал и сделал шаг в сторону Хольцганга, но сдержался и укротил нарастающий гнев. Делани встал.
–
«А что со мной?» — подумал Робо.
– Я пойду… вам… навстречу, — ответил он.
Хольцганг отправил Делани жестом ладони. Адвокат миссис Мёрфи исчез, а его место занял оператор с видеокамерой.
По коридору шла Льюис с пачкой бумаг под мышкой. Она заметила Робо и стоящих рядом с ним мужчин.
– Всё в порядке, — сказал Хольцганг. — Сейчас мы с этим покончим. Ты готов?
Робо кивнул:
Льюис заглянула в кабинет Оператор включил камеру, Хольцганг стал задавать Робокопу вопросы.
– Справедливо ли назвать вас машиной, в которой использованы элементы живых тканей?
– Да, — ответил Робо.
– То есть, — улыбнулся Хольцганг, — вы не человек?
– Я не человек, — согласился Робо.
– Таким образом, вы признаёте, — продолжал Хольцганг, — что не обладаете никакими правами, присущими человеческому существу?
Робо стиснул зубы и молчал.
– Я требую ответа, — сказал Хольцганг.
Робо молчал.
– Прекрати снимать, Джон, — попросил Хольцганг оператора. Потом посмотрел на Робо. — Послушай, я догадываюсь, что ты не больно меня любишь. Быть может, даже считаешь меня полной сволочью. Но ты ошибаешься… серьёзно ошибаешься…
Робо двинулся к выходу. Хольцганг, чуть не наступая ему на пятки, рванулся следом.
– Это как раз ты настоящий сукин сын, — доказывал Хольцганг. — Ты представляешь, сколько неприятностей доставляешь тем самым этой бедной женщине? — он выхватил из сумки картонную папку и сунул её в руки Робо: — Посмотри на её бумаги, — сказал он с гримасой. — Ну, почитай!
Робо просматривал документы, а Хольцганг скакал вокруг.
– Всего несколько месяцев назад миссис Мёрфи не выходила из спальни. Она даже стала носить одежду мужа, чтобы чувствовать его близость. Потом были терапевты, гипнотизёры, гомеопатия, акупунктура и священники из церкви. Только недавно она начала смиряться с утратой мужа. Вернулась на работу. И теперь ты устраиваешь ей эти паршивые номера!
Руки Робо задрожали. Хольцганг решил нанести последний удар:
— Ты разрываешь её на куски, понимаешь? И за что? Что ты можешь ей предложить? Общество? Любовь? Мужскую любовь? Или ты считаешь, что обладаешь всем тем, что могло бы вернуть ей мужа?
Робо аккуратно
– Нет, — сказал он тихо. Потом кивнул оператору. — Можете снимать дальше.
Хольцганг начал сначала:
— Считаете ли вы, что что-либо даёт вам право на обладание теми же правами и привилегиями, которые присущи, согласно кодексу, человеческому существу?
— Нет, вздохнул Робо. — У меня нет никаких прав.
– Вы просто машина.
– Я… машина.
– Ничего более.
– Ничего более, — бесцветным голосом повторил Робо.
– Достаточно, — сказал Хольцганг, и оператор выключил камеру. — Теперь можешь идти со мной.
Льюис втиснулась в тёмную нишу, когда Хольцганг провёл Робо в кабинет, где сидела смертельно бледная Эллен. Рядом с ней находился Делани.
– Алекс! — крикнула Эллен, вскакивая со стула.
Робо стоял молча, неподвижный, как статуя.
– Ты не узнаёшь меня, Алекс? — зарыдала Эллен.
Робо тупо смотрел на неё.
– Ты не узнаёшь меня? — повторила Эллен.
Хольцганг подтолкнул Робокопа:
— Отвечай.
Робо не спешил отвечать. Эллен положила руки на грудь Робо в том месте, где билось бы сердце Алекса Мёрфи.
– Алекс, — плакала она. — Неважно, что с тобою сделали… Неважно. Неважно.
Робокоп уставился в стену над головой Эллен, избегая её взгляда.
– Извините. Я вас не знаю.
Потом он повернулся и вышел из комнаты. Заплаканная Эллен, потрясённая новой утратой мужа, бессильно упала на стул.
Делани мягко взял её под руку и вышел из отделения к ожидающему такси.
Робо одиноко стоял в опустевшем кабинете и смотрел, как они отъезжают.
ГЛАВА 25
Робо продолжал сидеть на своём месте. В дверях появилась Льюис. В коричневой бумажной сумке она несла еду.
– Можно тут перекусить? — спросила она. Робо тупо глазел в пространство.
Льюис пожала плечами, села напротив него и вытащила из пакета бутерброд.
– Знаешь, что меня особенно бесит? — спросила она, откусив кусок. — Вот это самое свинство, которое устроил тот сукин сын. Это же чистой воды шантаж. Ведь тебе даже не платят за работу, которую ты делаешь.
Левая ладонь Робо начала постукивать по металлическому подлокотнику. Льюис признала этот жест вполне человеческим. Он выражал сдерживаемую ярость.