Робин Гуд

Линн Эскотт

Часа через два в лесу прозвучала труба – люди шерифа и де Молака готовились к атаке. Со всех сторон доносился топот ног, и вскоре на просеку выехали сэр Питер де Молак, шериф и еще двенадцать человек в кольчугах. За ними выстроились воины и арбалетчики; у многих головы были обмотаны окровавленными тряпками, на руках и на ногах, виднелись повязки.

Робин убедился, что неприятельские ряды поредели. Из двухсот человек, вступивших в лес, добрая половина полегла на поле битвы.

Не успел он придти к этому заключению, как снова прозвучала труба, и шериф

в сопровождении де Молака и трубача выехал вперед. Шериф размахивал копьем, к которому был привязан белый платок.

– Клянусь святым Дунстаном! – воскликнул Робин Гуд. – Они хотят вступить в переговоры!

– Не о чем нам с ними разговаривать, – проворчал Маленький Джон.

– И все-таки мы должны их выслушать.

– Не доверяй им, Робин! Это ловушка – предостерег Вилль Рыжий.

– Посмотрим. Я готов вступить в переговоры с этим высокомерным шерифом. Альрик, ты пойдешь со мной.

– Я тоже, – заявил Маленький Джон. – Я им не доверяю.

С луком наготове Маленький Джон последовал за Робином и Альриком. В ста шагах от лагеря они встретились с шерифом.

– Дерзкий стрелок, я хочу вступить с тобой в переговоры, – сказал шериф.

– Слушаю.

– Знай, что, по приказу короля, я должен задержать тебя и твоих людей и покарать по своему усмотрению.

– Ну что ж! Исполни свой долг... если можешь, – усмехнулся Робин Гуд.

– Да, исполню, хотя бы это стоило жизни всех моих людей! – злобно ответил Рэно. – Но я хочу избежать кровопролития.

– Похвальное желание! Я готов пойти тебе навстречу.

– Ха! Я рад, что ты благоразумен.

– Я не только благоразумен – я милостив.

Шериф посмотрел на него недоумевающе.

– Мне кажется, говорить о милости должен я, а не ты.

– О, нет, рыцарь! Ведь ты пришел сказать, что ты сдаешься? Как же иначе можешь ты предотвратить кровопролитие ?

Шериф побагровел от злобы.

– Дерзкий! – крикнул он. – Не я, а ты должен просить пощады! Я хотел сказать тебе, что если вы сдадитесь немедленно, я обещаю пощадить всех, кроме тебя самого и еще четверых. Иначе, клянусь мессой, вы погибнете все!

Робин Гуд громко расхохотался.

– Хвастун! Твоя угроза мне нестрашна. Чтобы осуществить ее, ты не должен был отступать перед моими стрелками.

– Как ты смеешь говорить мне такие слова? Клянусь, ты в этом раскаешься!

– Возвращайся к своим людям, пока терпение мое не истощилось, и передай им мои слова, – сказал Робин. – Раз ты так храбр, я вызываю тебя на поединок. Мы будем драться здесь, перед нашими отрядами. Если ты меня победишь, я отдаю себя в твои руки, но ставлю одно условие: моих людей ты не тронешь. Если же победа будет на моей стороне, твои люди могут покинуть Шервудский лес, но ты будешь убит. Теперь предупреждаю тебя: если вызова ты не принимаешь, спеши увести свои отряды, иначе все вы сложите здесь свои головы.

Шериф презрительно засмеялся.

– Ловко придумано! – воскликнул он. – Но никакие уловки тебе не помогут.

Теперь и Робин Гуд покраснел от гнева.

– Это не уловка! – крикнул

он. – Я веду честную игру. И знай: если ты откажешься встретиться со мной в честном поединке, во всех городах и деревнях узнают, что ты – негодяй и трус!

– Клянусь кровью Вильгельма Завоевателя, за это ты мне заплатишь! – закричал шериф, обнажая меч. – Еще никто не осмеливался называть меня трусом. Защищайся!

– Робин, этот человек одет в стальные доспехи, а твоя зеленая куртка – плохая защита! – встревожился Альрик.

– Ты забыл, что у меня есть добрый меч, – возразил Робин. – Я не люблю прятаться за стальную скорлупу.

Между тем шериф и де Молак, отойдя в сторону, о чем-то совещались вполголоса. Наконец шериф обратился к Робин Гуду:

– Дерзкий болтун, я принимаю твой вызов. Сейчас я вернусь к своему отряду и передам твои слова. Через десять минут я буду здесь. И если я тебя убью, твои люди должны мне сдаться.

– Нет, они никогда не сдадутся.

Шериф снова вспылил, де Молак шепнул ему что-то на ухо, и он, овладев собой, сказал:

– Хорошо, пусть будет по-твоему. Я принимаю твои условия.

Он отправился к своим, а Робин вернулся в лагерь.

– Это безумие – идти без кольчуги на поединок с человеком, защищенным стальной броней! – возмущался Альрик.

Но, к великому его удивлению, исход поединка казалось, нимало не тревожил стрелков. Однако он заметил, что Робин долго выбирал себе меч, испытывая его остроту и тяжесть.

В сопровождении Маленького Джона и Вилля Рыжего, вооруженных луками, вождь лесных стрелков покинул лагерь и направился к тому месту, где должен был происходить поединок. Альрик добился у Робин Гуда разрешения быть его оруженосцем.

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

ЗАМАНИЛИ

Шериф с де Молаком и двумя арбалетчиками вышел навстречу Робин Гуду. На приготовления потребовалось мало времени. Робин заметил, что шериф заменил свой круглый шлем другим, только что начинавшим входить в употребление. По форме этот новый шлем напоминал бочку, для глаз было сделано два отверстия, а щель посредине давала возможность дышать. Щита у шерифа не было, так как на правом плече он нес огромный меч, который приходилось держать обеими руками. Это было страшное оружие; Робин прекрасно понимал, что один удар таким мечом должен положить конец поединку. Выручить могла только ловкость и изворотливость, так как не было возможности парировать удары. Увидев меч шерифа, Альрик сказал де Молаку:

– Сэр рыцарь, это противоречит правилам рыцарства. Противники должны драться одинаковым оружием.

– Друг мой был вызван на поединок. Следовательно, ему принадлежит право выбирать оружие, – возразил де Молак.

– Не бойся за меня, Альрик, – сказал Робин. – Мой меч сослужит мне службу, хоть на вид он и нестрашен. К нему я привык и владею им лучше, чем этим тяжелым неуклюжим оружием.

– Значит, ты не возражаешь? – злорадно улыбнувшись, спросил де Молак.

– Нет.

– В таком случае начинайте!