Робин Гуд

Линн Эскотт

Иоанна никто не помянул добрым словом. Этого человека ненавидели все и радовались его смерти. В течение целой недели в Конистоне шли празднества. Де Биго и граф Нортумберлендский уговаривали Альрика присоединиться к ним и изгнать из Англии наемные войска Иоанна. Звали они и Робина, но тот отказался.

– Случайно дороги наши скрестились, – сказал он рыцарям, – но теперь пусть каждый из нас идет своим путем.

Через неделю Робин Гуд со

своими стрелками вернулся в Шервудский лес.

ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ДЕВЯТАЯ

СНОВА В ШЕРВУДСКОМ ЛЕСУ

Снова Шервудский лес. Стрелки собрались на той самой просеке, где познакомился с ними Альрик. Маленький Джон и толстяк Тук, по обыкновению поддразнивающие друг друга, Вилль Рыжий, Нэд Локсли, Элен-э-Дэл – все здесь налицо.

У большого костра женщины занимались стряпней, за ними надзирал Тук, уже выкативший на просеку несколько бочек с элем. Стрелки расставляли длинные столы.

Робин Гуд то и дело посматривал на солнце.

– Пора бы уже им быть здесь, – обратился он к Маленькому Джону. – Кажется, они опаздывают.

Из леса донеслись мелодичные звуки рога.

– Это он! – воскликнул Робин. – Я сам научил его этому сигналу.

Через несколько минут на просеке показались всадники. Впереди ехал Альрик, надевший в честь Робин Гуда зеленую куртку стрелков. Голову его покрывала малиновая шапочка, украшенная павлиньим пером; на шелковом шнуре висел серебряный рог. На спутниках Альрика – сэре Реджинальде, де Биго, Зароке и Стифене – также были зеленые куртки. Человек шесть легко вооруженных солдат ехали сзади.

Стифен получил от Робина обещанную награду, что дало ему возможность осуществить давнишнюю мечту: вместе со своей женой Хильдой он открыл харчевню и теперь жил припеваючи, твердо надеясь, что до конца жизни ему не придется брать в руки оружия.

Альрик соскочил с седла и бросился на шею Робина. Потом Маленький Джон смял его в своих железных объятиях.

– Здравствуйте, здравствуйте, друзья! – говорил толстяк Тук, пожимая руки гостям. – А мы боялись, как бы вы не опоздали к обеду.

Все уселись за длинные столы и отдали честь сытному обеду, а затем начались состязания в стрельбе, борьбе и метании копей. Когда стемнело, гости и стрелки собрались вокруг костров.

– Робин, – воскликнул де Биго, – у меня есть новость! Я назначен шерифом ноттингхэмским. Теперь вместо заклятого врага при дворе я могу добиться того, чтобы тебе пожаловали замок или поместье. Ты оказал нам

большую услугу в борьбе с Иоанном, и мы решили тебя наградить.

Робин усмехнулся.

– Нет, рыцарь, не нужно мне награды. С вами против короля я шел, чтобы добиться хартии, в которой нуждался народ. Помогал я вам, когда бесчинствовали приспешники Иоанна, но главная забота была у меня другая. Король попирал хартию, и как бы мало она нам, простолюдинам, не давала, нужно мне было наказать кровожадных королевских слуг. Теперь дороги наши расходятся. Я со своими молодцами останусь в лесу. Как и в былые времена, все обиженные бегут в Шервудский лес и у нас ищут защиты. А замки мне не нужны. Я люблю лес, люблю свободу. В ваших каменных мешках мне душно и тесно. Лучше быть человеком, объявленным вне закона, чем жить в четырех стенах, пресмыкаться перед знатью и вымаливать милости у короля!

– Верно, Робин! – подхватил Маленький Джон. – Мы никогда и никому не служили по принуждению, Не было и не будет над нами господина!

Де Биго улыбнулся.

– Ну, будь по-вашему! – воскликнул он. – Но с сегодняшнего дня вы перестаете быть людьми, объявленными вне закона. Я привез скрепленный подписью указ, которым вы восстанавливаетесь во всех правах.

– Вот за это спасибо, – отозвался Робин. – До сих пор нас травили, как диких зверей, и, признаюсь, эта травля нам надоела. Но свободными лесными бродягами мы останемся до конца нашей жизни А ну-ка, Элен-э-Дэл, сыграй на арфе, а ты, Маленький Джон, спой нам старую песню стрелков! Мы все будем тебе подтягивать.

– Начинай, Маленький Джон! – крикнул Элен-э-Дэл, перебирая струны арфы.

Густым басом великан запел:

Рассветает в лесу И десятки ног Замелькали среди дерев По Шервудскому лесу трубит рог, Мы-то знаем этот напев! Не прожить нигде веселей и вольней, Наша доля нам дорога Поклялись мы в Шервуде – до заката дней Никогда не щадить врага Берегитесь бароны, веселых ребят! Эти стрелы без промаха бьют Нам не страшен король и наемный солдат, И да здравствует Робин Гуд!