РННА. Враг в советской форме
Шрифт:
Из ОКХ пришел приказ сформировать полковой штаб, который одновременно являлся бы и учебным штабом по боевой подготовке. Командир штаба становился в то же время и командующим восточными войсками, наделенным инспекционными правами для всех восточных частей группы армий «Центр». Русский командир соединения поступал в подчинение командующему восточными войсками и назначался на должность проверяющего, а фактически, как показывает дневник Шенкендорфа, становился заместителем своего непосредственного начальника, хотя формально он оставался командиром русских батальонов [191] .
191
Литвин А. М. К вопросу о создании и деятельности Русской национальной народной армии… С. 357–358.
Преобразование бригадной структуры РННА позволило Шенкендорфу почти полностью включить бывшее соединение «Граукопф» в сферу деятельности охранных войск, оставляя за абвером
192
Литвин А. М. К вопросу о создании и деятельности Русской национальной народной армии. С. 361.
На основании секретного распоряжения ОКХ № 5381/42, подписанного 8 ноября 1942 г., Шенкендорф 15 ноября 1942 г. отдал секретный приказ № 3779/4 о создании 700-го полкового штаба особого назначения восточных войск (Regimentstab z.b.V. 700), которому были переданы все пять батальонов РННА, получивших номера с 633-го до 637-го. Более того, была введена новая должность — командующего восточными войсками особого назначения (Kommandeur der Osttruppen z.b.V.). На эту должность назначили вначале полковника Грау, бывшего командира 2-го самокатного гренадерского полка, затем — полковника Юлиуса Коретти. РННА теперь окончательно превращалась в охранный полк, нацеленный на борьбу с «народными мстителями» [193] .
193
Литвин А. М. К вопросу о создании и деятельности Русской национальной народной армии… С. 358.
В ноябре — декабре 1942 г. полковой штаб именовался 700-м восточным батальоном особого назначения, что, вероятно, было сделано в целях маскировки (как, например, и в случае с 600-м казачьим батальоном, который по своей численности был полком). В последующем часть обозначалась как 700-й полк особого назначения и 700-й пехотный полк (такие названия встречаются в партизанских разведывательных сводках [194] ). Штабное подразделение бывшего соединения «Граукопф» («Центр») в декабре 1942 г. именовалось батальоном «Осинторф» [195] .
194
Справка № 4 о дислокации изменнических формирований (РОА), установленных разведкой партизан с 1.1. по 1.10.1943 года / Семиряга М. И. Коллаборационизм. Природа, типология и проявления в годы Второй мировой войны. М., 2000. С. 845.
195
Литвин А. М. К вопросу о создании и деятельности Русской национальной народной армии… С. 362.
Таким образом, на разных этапах своего существования «Русская народная национальная армия» имела различную структуру. В декабре 1942 г. она выглядела так:
— три первых пехотных батальона (633-й, 634-й и 635-й), укомплектованные приблизительно на 75 %;
— 636-й и 637-й батальоны, укомплектованные на 15–20 %;
— технический (бывшая ремонтно-восстановительная рота) и штабной (разведывательная, пулеметная и хозяйственная роты) батальоны, укомплектованные на 60 %, артиллерийский дивизион и учебно-тренировочное авиазвено (без машин) [196] .
196
Окороков А. В. Антисоветские воинские формирования… С. 79; Дробязко С. И. Под знаменами врага… С. 134–135; Александров К. М. Офицерский корпус… С. 179.
Переходя к вопросу о вооружении военнослужащих РННА, надо сказать, что оно выдавалось бывшим военнопленным примерно через три недели, после того как их привозили в Осинторф [197] . Оружие, в основном, было советское, хорошо знакомое солдатам и офицерам, поэтому никаких проблем в обращении с ним не возникало.
Известно, что в РННА находились на вооружении 180 ручных и 45 станковых пулеметов, 24 миномета, артиллерийские орудия, две бронемашины, винтовки Мосина и СВТ, автоматы советского образца, но в небольшом количестве [198] . Жилянин, Позняков и Лузгин подтверждают, что в соединении были «винтовки, автоматы, пулеметы, минометы и пушки» [199] .
197
Кромиади К. Г. «За землю, за волю!»… С. 73.
198
РГАСПИ.
199
Жилянин Я. А., Позняков И. Б., Лузгин В. И. Указ. соч. С. 317.
Военнослужащим бригады «Граукопф» выдавалась советская униформа, которой хватало с избытком. Кромиади вспоминал: «… трофейные склады ломились от всего, что нам было нужно, а наш добрейший ф. Зеебург ни в чем нам не отказывал» [200] .
В сообщениях советских органов госбезопасности отмечается: «Солдаты РННА обмундированы в красноармейскую форму: брюки летние и диагоналевые, кители, пилотки. Командный состав носит погоны, на них знаки различия Красной армии, то есть квадраты, прямоугольники. Кокарды из формы бывшей царской армии, центр кокарды эллипсообразный, красного цвета» [201] .
200
Кромиади К. Г. «За землю, за волю!»… С. 70.
201
Органы государственной безопасности СССР… Т. 4. Кн. 1. С. 19–20.
Таким образом, знаки различия советского образца — «треугольники», «кубики» и «шпалы» — были перенесены на погоны, которые в РККА в то время еще не ввели. На головных уборах солдаты и офицеры бригады носили овальную бело-сине-красную кокарду (а знаменем соединения был российский триколор) [202] .
В опросе И. М. Грачева отмечается: «Поначалу наши части были обмундированы в советскую форму, не желая носить немецкие мундиры… Мы также не использовали немецкие знаки различия, возродив систему царских времен, только вместо звездочек использовались ромбы. Не носили мы и немецких кокард. Разуется, позднее, на Западном фронте, личный состав наших формирований был полностью переобмундирован в немецкую форму» [203] .
202
Кромиади К. Г. «За землю, за волю!»… С. 75; Цурганов Ю. С. Неудавшийся реванш. Белая эмиграция во Второй мировой войне. М., 2001. С. 106.
203
HPSSS… Case 219… P. 2. Там же — ремарка проводившего опрос А. Даллина о том, что версия Б. Николаевского о «солдатских бунтах» по поводу нежелания носить немецкую форму «выглядит явным преувеличением».
Использование советской униформы в соединении «Граукопф» указывает на то, что русские подразделения первоначально готовили для диверсионных операций [204] . Вероятно, вопрос с формой обговаривался заранее с представителями абвера в Берлине, когда группа Иванова собиралась выехать на оккупированную территорию СССР.
Практика использования советской формы российскими эмигрантами — сотрудниками европейских разведок, применялась и ранее. Например, разведывательными органами польского Генштаба был разработан план вторжения в СССР. По этому плану 100 эмигрантов, переодетые в красноармейскую форму, должны были инсценировать на одном из участков советско-польской границы бой с пограничной польской стражей и одновременно ввести вооруженные формирования в количестве 4500 человек в пограничные районы УССР. Отряд Овчарука летом и осенью 1925 г. неоднократно совершал рейды на советскую территорию, при этом его подчиненные были обмундированы в форму пограничников и милиционеров. Они нападали на заставы и приграничные населенные пункты. Известны и другие примеры [205] .
204
Уайнберг Г. Район Ельни и Дорогобужа в Смоленской области / Армстронг Дж. Партизанская война. Стратегия и тактика. 1941–1943. М., 2007. С. 66.
205
Чугунов А. И. Борьба на границе, 1917–1928: (Из истории пограничных войск СССР). М., 1980. С. 102, 106.
Процесс переобмундирования военнослужащих РННА в немецкую униформу растянулся на несколько месяцев, начавшись с момента переформирования соединения «Центр» в 700-й полковой штаб особого назначения. Еще в первой половине января 1943 г. солдаты и офицеры носили советскую форму. Так, в приказе от 4 января 1943 г. о проведении операции «Франц» (Franz) бригадефюрер СС и генерал-майор полиции Ф. Кучера, перечисляя оперативные силы, выделенные в его распоряжение, упоминает 633-й и 634-й восточные батальоны, которые носят «русскую униформу с русскими касками» [206] .
206
Kampfgruppe Kutschera, Ia, Einsatzbefehl, 4.1.43, Washington, D.C: National Arhives Microfilm Publication T354, Roll 650.