Риверсайд Драйв
Шрифт:
Д ж и м. Может быть, я действительно виноват перед ней. Может, недооценивал своей ответственности.
Ф р е д. Ты вел себя как полный идиот. Чуточку не хватало внимания, романтики — и ты с головой бросаешься в адюльтер. Тайные ласки, милые шалости, то-се. Теперь ты одумался — но уже поздно. Ты, оказывается, напоролся на интриганку. И в результате имеешь жалкий вид. Но это не страшно, большинство людей имеет жалкий вид. Впрочем, с другой стороны, посмотри
Д ж и м. Я жалок, а ты трагичен?
Ф р е д. Ну, конечно. Во мне есть величие. Легла бы карта иначе — я мог бы стать Шекспиром или Мильтоном.
Д ж и м. Шутишь? С этой хохмой про восемь шлюх и "фольксваген"?
Ф р е д. У тебя есть последняя возможность искупить свой грех. Предотвратить распад семьи, остановить мстительную тварь, которая не сумела заполучить, что хотела, и теперь пустится во все тяжкие.
Д ж и м. Это безнравственно.
Ф р е д. А то, что ты делал до сих пор, — нравственно? Ты изменял жене, врал, нарушал брачный обет.
Д ж и м. Да, согласен. Но я не убивал.
Ф р е д. Ты говоришь "убивал" таким тоном, будто это что-то немыслимое. Для истинно творческих умов, вроде моего, — это лишь одна из возможностей.
Д ж и м. Вот в чем разница между нами, Фред. У тебя мания величия. А я человек земной. Я не получаю указаний с крыши Эмпайр Стейт Билдинг или с космического корабля.
Ф р е д. Это дело поправимое. Я знаю одного нейрохирурга, поставит тебе хорошую тарелку.
Д ж и м. Я признаю иудео-христианскую мораль.
Ф р е д. Получаешь указания от мирового сионизма?
Д ж и м. Ты путаешь психоз и вдохновение.
Ф р е д. Ну хорошо, не веришь мне — почитай рецензии. Что, по-твоему, критики имели в виду, когда вежливо называли тебя прекрасным профессионалом?
Д ж и м. Что в своем деле я мастер. А ты всего лишь псих.
Ф р е д. Вот почему вместе мы отличная команда.
Д ж и м. Да не хочу я быть с тобой в одной команде.
Ф р е д. Ты просто трусишь.
Д ж и м. Возможно. Но это мой выбор. Я решительно отвергаю насилие. Я понимаю, что меня ждет, но за свои поступки надо отвечать, и даже если Барбара решила превратиться в гадюку, лишить ее жизни для меня совершенно неприемлемо.
Ф р е д. Вот где корень твоих проблем, дружок. Ты не способен шагнуть в неведомое.
Возвращается
Б а р б а р а. Нам надо поговорить.
Д ж и м. Барбара, я подумал...
Б а р б а р а. Хорошо, что ты еще не ушел.
Ф р е д. Барбара, у тебя нет аллергии на средства от тараканов?
Д ж и м. Фред!
Б а р б а р а. Нам надо поговорить с глазу на глаз.
Ф р е д. С глазу на глаз? Как же это устроить?
Б а р б а р а. Чтобы вас здесь не было.
Ф р е д. Но мы соавторы.
Д ж и м. Ладно, Фред, оставь нас ненадолго, мы же с тобой не сиамские близнецы.
Ф р е д. А как же наши совместные творческие планы?..
Д ж и м. Прошу тебя, нам с Барбарой надо поговорить. Пойди пока поболтай с центром управления.
Ф р е д. Ладно. Валяйте. Я ушел. (Джиму вполголоса.)Видишь красную ауру вокруг нее? Единственный раз я видел такую же вокруг Никсона. (Уходит.)
Д ж и м. Барбара, прости меня. Мне очень, очень жаль.
Б а р б а р а. Мне надо было взять себя в руки.
Д ж и м. Я решил, что совершенно убил тебя.
Б а р б а р а. Просто ты застал меня врасплох, я была не готова.
Д ж и м. Пожалуйста, прости. Расставание никогда не бывает легким.
Б а р б а р а. Я сама знала, на что иду.
Д ж и м. Я действительно не давал тебе никаких обещаний. Мы оба взрослые люди.
Б а р б а р а. Я была тогда выбита из колеи. Потеряла работу, стала попивать...
Д ж и м. Я понимаю. И у меня дома было неладно. Может, там уже ничего не поправить, но заводить интрижку на стороне, конечно, не выход. Если я могу что-то для тебя сделать...
Б а р б а р а. Триста тысяч долларов.
Д ж и м. ...ты только скажи.
Б а р б а р а. Триста тысяч сейчас и двести в конце года.
Д ж и м. Прости, что?
Б а р б а р а. Ты неплохо получил за сценарий. Думаю, пол-лимона осилишь.
Д ж и м. Барбара, что ты говоришь, подумай!
Б а р б а р а. Тыподумай. Я могла бы сломать тебе жизнь, но не буду. Это чего-нибудь да стоит.