Ривер Уайлд
Шрифт:
Улыбка трогает уголки его губ. Она не совсем явная, но все же впервые вижу, чтобы его рот образовывал нечто подобное.
Правда, вчера он смеялся. Не то чтобы я это видела. Только слышала. И смеялся он надо мной.
Замечаю, что губы у него красивые. Нижняя немного полнее верхней.
— В тридцати минутах езды отсюда.
И моя маленькая крупица надежды испаряется.
— Ох.
Тогда это исключено, потому что я все еще не приобрела машину. Я очень не хочу использовать деньги, которые взяла у Нила. Хочу заплатить из
— Может, у них есть доставка? — Я могла бы позвонить и сказать, какого размера дерево мне нужно. Тогда смогу подобрать в городе кое-какие украшения, пока буду ждать.
Он отрицательно качает головой.
Уголки моих губ слегка опускаются.
— Ох. Ладно, не важно. — Я заставляю себя воспрянуть духом. — Дрянное дерево лучше, чем никакое. Верно?
— Не совсем. Это пустая трата денег.
«Ну, спасибо тебе, Ривер».
Так чертовски честно. Это раздражает.
— Это мой единственный вариант. Так что я его приму и извлеку максимум пользы.
Выражение его лица... будто он смотрит на некую диковинку. Чего никогда не видел раньше.
— Почему ты так на меня смотришь? — слова вылетают прежде, чем я успеваю их остановить.
На его лице мелькает удивление. Но оно исчезает так же быстро, как и появилось.
— Потому что ты охрененно странная.
«Что ж… ладно. Видимо, я сама напросилась».
Он переминается с ноги на ногу и засовывает руки в карманы джинсов.
— Слушай… Рыжая, позже я еду на ферму «Чертополох». Мне нужно кое-что туда доставить. Я могу взять тебя с собой.
От этого я оживляюсь.
Он снова ведет себя мило. Одну секунду — противный. Следующую — милый.
От этого парня голова кругом.
И я очень хочу принять его предложение. Но не хочу навязываться. Я уже однажды сделала это — в ту ночь, когда он отвез нас с Бадди к ветеринару. Ну, дважды, если считать вчерашний вечер. Хотя его грузовик в этом не участвовал. Только пенисы. То есть, один пенис — его, — эти грабли и моя нелепая пижама.
«Почему я снова об этом думаю?»
Потому что сейчас я снова смотрю туда. На выпуклость на его джинсах.
«Христос всемогущий».
Гормоны беременности сеют во мне хаос.
Я моргаю и поднимаю глаза.
— Уверен? — Я заправляю волосы за ухо. — Не хочу доставлять тебе хлопот.
— Если бы не был уверен, то не предложил бы. — Он уже пятится от меня. — Слушай, выгуляй шавку, а когда вернешься, отправимся на ферму. Ты выберешь дерево, и мы на грузовике привезем его обратно. — Не дожидаясь моего ответа, Ривер разворачивается и направляется к своему дому.
Я смотрю ему вслед. Затем перевожу взгляд на Бадди.
—
14
Кэрри
— Как твоя нога?
— А-а. Мой палец. Да, все в порядке. Еще раз спасибо, что вылечил меня.
— Я всего лишь наложил пластырь.
«И подул на него…
Боже милостивый».
Я сглатываю.
— Да, я ценю это.
Тишина.
— Кровь нормально отчистилась? — спрашиваю я.
— Что? — Его тон резкий и удивляет меня.
— Моя кровь, которой я заляпала твой пол. Надеюсь, пятен не осталось.
— Нет. Все в порядке.
— О, хорошо. Я рада.
Снова тишина. Низкий гул мотора и свист проезжающих машин — вот и все, что слышно, пока Ривер везет нас на ферму «Чертополох».
— Не возражаешь, если я включу радио? — спрашиваю я.
— Валяй.
Потянувшись, нажимаю кнопку включения, пробуждая радио к жизни. «Last Christmas» группы Wham! наполняет салон машины, и Ривер стонет.
— Тебе не нравится эта песня? — интересуюсь я.
— А она кому-то нравится?
«Ну, мне». Но я держу крупицу информации при себе. Не нужно давать ему больше боеприпасов, чтобы использовать их против меня.
Я выбираю другую радиостанцию.
Играет «Fairytale of New York» The Pogues и Кирсти МакКолл.
— Эта песня мне нравится, — говорю я Риверу.
Знаю, всем нравится Мэрайя и другие оптимистичные рождественские песни, но для меня эта история тоски и меланхолии — лучшая. Не знаю, что это говорит обо мне. Наверное, ничего хорошего.
Нил всегда терпеть не мог эту песню.
Возможно, это одна из причин, почему я так ее люблю.
— Тебе нравится эта песня? — Он скептически смотрит на меня.
— Да. Почему ты так на меня смотришь?
— Как, например?
— Будто не веришь.
— Я просто удивлен. Это не самая популярная рождественская песня в США. И в ней есть несколько ругательств. Просто это на тебя не похоже. Я думал, ты больше похожа на девчонку «Все, что я хочу на Рождество — это ты» (Речь идет о песне в исполнении Мэрайи Кэри «All I Want for Christmas Is You» — прим.).
Ох.
— Откуда ты знаешь эту песню? — бросаю вызов.
— Ее любила моя бабушка, — тихо говорит он.
«Любила? Значит, его бабушки больше нет?»
— Ох. Ну, во-первых, вряд ли меня можно назвать девчонкой. А, во-вторых, ты не знаешь меня достаточно хорошо, чтобы делать подобные предположения. И, в-третьих, это определенно моя песня. — Грустная, как и я.