Ритуал мечей

Райс Морган

Стара.

Ее светящиеся зеленые глаза смотрели только на него, даже в этой толпе людей. Она была слишком далеко, чтобы он мог с ней поговорить, и из-за потока снующих из стороны в сторону солдат он сначала потерял ее из виду, после чего увидел снова. Стара казалась видением, плывущим в море.

Ему было больно видеть ее. Почему Стара должна быть здесь? Почему сейчас, после того, как он уже полюбил другую девушку? Рису понадобились годы, чтобы отпустить ее. Но ее появление вернуло ему воспоминания, разбередило раны.

Рис

заставил себя отвести взгляд и отвернуться. Теперь он любит Селезе, и по отношению к ней будет несправедливо смотреть на кого-то другого.

Оседлав коня, не в силах бороться с собой, Рис обернулся и взглянул на Стару. Он испытал одновременно и облегчение и грусть, когда увидел, что она ушла.

Затрубили в рог, и прямо к Кендрику галопом прискакал гонец. Рис и остальные воины собрались ближе, чтобы послушать.

«Милорд», – произнес гонец, хватая ртом воздух. – «У меня есть новости… Меч Судьбы… Андроникус отослал его».

У присутствующих мужчин вырвался вздох ужаса, пока запыхавшийся гонец стоял, пытаясь отдышаться.

«Говори четко», – приказал Кендрик. – «Что ты имеешь в виду, говоря, что он отослал его?»

«Сейчас его везут к другой стороне Каньона. Если он пересечет его, Щит снова падет. Тогда все пропало!»

«Мы должны немедленно его вернуть!» – выкрикнул Тирус, который стоял рядом.

«Это должно стать нашей важнейшей задачей!» – крикнул Эрек.

«Но мы не можем обойтись без людей», – сказал Кендрик.

«Нам нужна лишь небольшая группа, чтобы отправиться за Мечом», – произнес Годфри. – «А не целое подразделение».

«Я пойду», – вызвался Рис, делая шаг вперед.

В эту же секунду рядом с ним встали Элден, Конвен и О’Коннор.

«И мы», – сказали они.

«В конце концов», – добавил Рис. – «Именно мы искали этот Меч, пройдя половину Империи. Если кто-то и знает, как вернуть его, так это мы».

«Позвольте пойти нашей небольшой группе Легиона», – попросил Элден. – «Таким образом, вам не нужно отвлекаться от главного сражения, спасая Тора».

Кендрик окинул Риса взглядом, полным нового уважения. Он торжественно кивнул в ответ.

«Наш отец гордился бы тобой», – сказал Кендрик.

Рис ощутил прилив гордости, ликуя от того, что поднялся в глазах старшего брата.

«Мы снова встретимся, брат мой», – ответил Рис.

«Я знаю, что встретимся», – сказал Кендрик.

Не говоря ни слова, Рис и другие члены Легиона оседлали лошадей и первыми отправились в путь, следуя за гонцом, который повел их по отдельной дороге, уходящей в сторону, подальше от дороги, по которой пойдет армия.

Рис ощутил ветер в волосах, земля быстро побежала под ним. Он знал, что сражение уже началось.

Глава тридцатая

Тор лежал в глубокой черной яме, запах земли бил ему в нос, все его тело изнывало от боли.

Где-то наверху он слышал приглушенные крики солдат. Ему удалось открыть один здоровый глаз – второй был опухшим и закрытым – в то время как он то терял сознание, то приходил в себя. Здесь, внизу, было темно и холодно. Он находился, как минимум, на дюжину футов под землей. Сюда лился свет – пусть и неяркий, но он заставил молодого человека щуриться. Тор попытался пошевелиться, но каждая часть его тела была покрыта синяками и разбита. До этого момента он никогда не знал, что такое боль. Ему казалось, что он сразился с миллионом воинов.

Тор попытался пошевелить запястьями, но почувствовал, что они все еще скованны кандалами Акдона. Вся сила, которой он когда-то обладал, покинула его тело. Он чувствовал, что вся энергия вытекает из него прямо в том месте, где кандалы плотно сжимали его запястья. Было что-то в этом металле – никогда в жизни он не чувствовал себя таким слабым, таким уязвимым.

Прищурившись и глядя в небо, Тор смутно увидел наверху воинов, которые издевались над ним, бросая комья грязи. Он закрыл глаза и опустил голову, не желая тратить усилия.

Закрыв глаза, Тор увидел себя стоящим в далекой земле. Он оказался в Земле Драконов, снова в Империи, на вершине горы. Напротив него на горе сидела Микоплес. Она смотрела на него и махала своими огромными крыльями, после чего она спрыгнула с вершины и полетела к нему. Сумев прочитать ее мысли, Тор понял, что она летит, чтобы спасти его.

Когда дракон подлетел ближе, молодой человек протянул руку к нему.

Но в эту минуту, когда он поднял голову, то увидел, что его руки были скованны кандалами Акдона. Тор не мог собраться с силами, чтобы дотянуться до дракона.

Внезапно огромная сеть, опутывавшая Микоплес, упала, и она пролетела через небо, падая, кувыркаясь и пронзительно крича. Она крикнула ему, нуждаясь в его помощи – так же, как и он нуждался в ее помощи.

Тор моргнул и оказался в огромной пустыне, изнывая под солнцем. Он бросил взгляд вниз и увидел пустынную землю, устеленную тысячами змей. Перед ним растянулась бесконечная тропа, сотканная из змей. Он инстинктивно понимал, что должен оставаться на этой тропе, если хочет жить. Это была тропа из застывших камней дракона.

Тор пошел по этой тропе все глубже и глубже в пустыню, чувствуя, словно идет на край земли. На горизонте показался каменный дом и, когда он подошел ближе и поднял голову, то удивился, увидев лицо Аргона.

«Аргон, помоги мне», – прошептал Тор, хватая ртом воздух, протянув к нему свои скованные руки.

Но Аргон стоял за защитной стеной, за невидимым щитом, и Тор не мог подойти ближе. Друид смотрел с другой стороны с жезлом в руке, на его лице отпечаталось беспокойство.

«Если бы я мог», – ответил Аргон. – «Но сейчас я никому не могу помочь».