Рискованный выбор
Шрифт:
– Я не останусь одна, – возразила Диана и тут же пожалела. Теперь она возбудила в нем любопытство. Сейчас он напоминал гончую, унюхавшую запах близкой добычи.
– Не останешься? – осторожно переспросил Иган. – Ты и в самом деле ожидаешь, что кто-то явится сюда принять графство? Чего стоят все эти земли без права отчуждения! В том числе и это… замечательное поместье, – добавил он все с той же улыбкой. – Родственников, которые могли бы претендовать на титул, у графа не было. Во всяком случае, тех, кто мог бы сделать это на законных основаниях, – уточнил он и вопросительно посмотрел на Диану. – Если только… но нет, – продолжил он размышления, – другие варианты полностью исключаются. В этом отношении старик был несгибаем.
Она имела дело с Иганом не один год и научилась в совершенстве управлять своей мимикой. В такие моменты, как сейчас, ее лицо застывало совсем – он способен был уловить даже, малейшие изменения в выражении лица собеседника.
– Тебя это не касается, Иган Паттерсон. Думай что хочешь. А сейчас у меня достаточно других дел, и я вынуждена попросить тебя уйти. – Диана повернулась к стене и подергала шнур колокольчика.
Иган не двинулся с места и только медленно покачал головой:
– Ты ошибаешься, Диана. Ой, как ошибаешься! Это меня касается, хочешь ты того или нет. Как я только что сказал, ты никому не достанешься, и, клянусь честью, я выполню свое обещание.
Дверь в гостиную открылась, и вошла Моди, вытирая руки о фартук.
– Да, мисс?
– Моди, милорд собрался уходить. Скажите Стюарту, чтобы он подал его лошадь.
– Не утруждайтесь, Моди. – Виконт жестом остановил пожилую женщину. – Не стоит отвлекать Стюарта от его многочисленных обязанностей. В Керлейне не так много слуг, чтобы загружать их лишней работой. Ей-богу, не представляю, как вы тут втроем ухитряетесь за день переделать такую кучу дел. – Затем он вновь обратился к Диане: – Помни, что я сказал тебе. Каждое мое слово. Я их не просто так произносил.
– Я тоже.
– Очень хорошо, – кивнул Иган. – Желаю приятно завершить день. – Он прошел через комнату и, остановившись у двери, повернулся и посмотрел на Диану: – Я приеду через несколько дней. У тебя есть время лучше подумать над тем, что мы обсуждали. Возможно, в следующий раз мы поговорим более спокойно.
– Возможно, – сказала она так невозмутимо, будто ярости, переполнявшей ее, не было и в помине. – Всего доброго, милорд.
Как только он ушел, Диана опустилась в ближайшее кресло. Она обхватила дрожащими руками лицо, стараясь собраться. Неизвестно, чем Иган больше выбил ее из колеи – своим ужасным поведением или упоминанием о случайной встрече с американцем. Сейчас Лэду Уокеру оставалось менее часа пути.
Она уже почти не надеялась, что он будет здесь сегодня или завтра. Наконец-то. Видно, Бог сжалился над ней и теперь ей не надо опасаться, что у Керлейна нет будущего. До сегодняшнего дня она предполагала, что они с Лэдом Уокером могут повременить с браком, чтобы хоть немного узнать друг друга. Но теперь придется торопиться – из-за Игана. Возможно, они поженятся уже завтра.
А пока нужно скрывать от Кардена правду. А значит, ничего не узнают ни слуги в замке, ни жители Керлейна. Тогда Иган не сможет причинить ей никаких неприятностей.
Диана тяжело вздохнула и откинулась на спинку кресла. Ждать оставалось не долго. Скоро, очень скоро свалится с нее это огромное бремя. Хотя бы часть забот возьмет на себя ее муж. Он поможет ей поднять Керлейн. Замок обретет былую славу, а поместье – нового лорда. Сначала люди отнесутся к нему настороженно, но Лэд Уокер должен найти способ выйти из этого единоборства победителем. Она поможет ему. Потом у них родится ребенок, законный наследник Керлейна, и местные жители простят своему лорду его злополучное американское прошлое. В конце концов, он истинный потомок Уокеров и по праву займет это место.
Глава 5
Это
Помоги ему, Господи!
Лэд подтащил к обочине лошадь и остановился посреди дороги, покрытой грязным снегом. Он взирал на открывающийся перед ним вид с немалой долей тревоги. Приблизительно в полумиле виднелось какое-то жилище. Должно быть, его новый дом, предположил Лэд с глубоким унынием.
Отец, обладавший незаурядными художественными способностями, оставил после себя несколько альбомов с эскизами. Будучи селекционером, он постоянно зарисовывал изучаемые и культивируемые им растения. По настоянию своих любознательных деток он изобразил и Керлейн. Похоже, с памятью отца было что-то неладно. Картина, открывшаяся глазам Лэда, не имела решительно ничего общего с величественным и прекрасным образом, запечатленным в детских умах.
Керлейн.
Реальность принесла такое разочарование, что Лэд ощутил его физически. Неужели сейчас перед ним то, о чем отец вспоминал всю свою жизнь? Об этих развалинах? Об этих серо-коричневых далях? Даже снег не мог скрасить этого зрелища. Диана Уитлби писала о нищете и безнадежности положения, но он не представлял, что это может зайти так далеко. Даже поля, которые он проезжал, добираясь сюда, поражали скудностью и запущенностью. Своим наметанным глазом он сразу определил, что добиться урожайности от этой земли в лучшем случае будет трудно, в худшем же – любые попытки окажутся бесполезными. По рассказам отца, английская деревня, где он родился и вырос, была самым прекрасным местом на земле. Если бы отец дожил до этого дня и увидел то, что видит он, сердце его, вероятно, разорвалось бы.
Там, где стоял Лэд, начинался легкий подъем, поэтому хорошо просматривались замок и окружавшие его стены, вернее, то, что от них осталось. Отсюда Керлейн казался странным нагромождением разнообразных построек, принадлежащих к разным эпохам. Полуразрушенная средневековая крепость дополнялась более современными сооружениями наподобие помещичьей усадьбы. Последняя, слава Богу, была цела, хотя, совершенно очевидно, нуждалась в хорошем ремонте.
Лэд попусту напрягал зрение, пытаясь согласовать увиденное им с рисунком в альбоме отца, а мысли его тем временем постоянно сосредоточивались на Диане Уитлби. Она, вероятно, находилась где-то внутри этой громады, поскольку не казалась настолько глупой, чтобы искать приключений в подобную погоду. Интересно, что она думает о нем? По-прежнему ли захочет выйти за него замуж, когда они встретятся? Как объяснит, что подразумевается под «более приемлемым, одинаково удовлетворяющим обоих решением», упомянутым в ее письме? В глубине души он надеялся, что она предпочтет замужество, хотя по-прежнему считал это безрассудством. Она в угоду своему приемному отцу согласилась выйти замуж за совершенно незнакомого человека. А этот человек отправился в путешествие через океан только для того, чтобы посмотреть на эту отчаянную женщину.
Но сегодня он, по крайней мере, выглядит лучше, чем днем раньше. Когда утром он проснулся в своей гостиничной комнате, то увидел свою выстиранную и аккуратно сложенную одежду. Сапоги тоже были отлично вычищены, так что выглядели почти как новые. Потом заглянула Марта, все так же хихикая. Она принесла горячую воду. Побрившись и умывшись, Лэд отправился в бар с сознанием, что выглядит, по меньшей мере, как любой респектабельный сельский джентльмен. Даже Гарри посмотрел на него с некоторой благосклонностью, когда он принялся за восхитительное угощение Дженет. Лэд щедро заплатил за комнату и харчи, дал хорошие чаевые Марте, за что был награжден недоуменными взглядами. Более всех недоумевал Гарри, не ожидавший от Лэда кредитоспособности. Он, видимо, принимал его за бродягу, скитавшегося по свету без пенни в кармане и, несомненно, собиравшегося улизнуть, не расплатившись. Словом, хозяин стал настолько приветлив к гостю, что дал ему внаем верховую лошадь, чтобы доехать до Керлейна.