Риск

Кеннеди Эль

Вернее, это мой телефон. Который лежит в кармане в опасной близости от изнемогающего члена, и его вибрации заставляют меня в буквальном смысле задрожать от удовольствия.

– Ты ответишь? – с понимающим видом спрашивает Бренна.

Ее тело по-прежнему прижато к моему, ладони лежат на моей груди, и я уверен, она чувствует мою эрекцию.

– Нет, я занят. – Моя рука по-прежнему под ее платьем, в дюймах от рая.

Вдруг Бренна резко отстраняется и лезет в свою маленькую сумочку. Наши телефоны завибрировали одновременно? Это может означать лишь одно…

Я убираю руку с ее

бедра и, первым вытащив телефон, просматриваю кучу сообщений. Бренна читает свои, и ее радостный визг эхом отскакивает от черных стен узкого лестничного пролета.

– Да! – восклицает она. – Да, мать вашу!

Я неохотно встречаюсь с ней глазами.

– Поздравляю.

Брайар обыграл Йель в овертайме. Победный гол забил Нейт Родс, капитан команды.

Бренна улыбается, и ее лицо светится. Но тут же ее улыбка превращается в самодовольную усмешку, а затем в вызывающую ухмылку.

– Ну что, увидимся в финале!

10

Бренна

Несмотря на победу Брайара над Йелем, я по-прежнему злюсь из-за этих выходных. Я вернулась домой около полуночи – спасибо неприлично дорогой поездке от «Убер», – а когда проснулась утром, то меня уже ждали с десяток текстовых и три голосовых сообщения от Тэнси, в которых она извинялась и умоляла о прощении. Я собиралась написать, что ей придется как минимум месяц пресмыкаться передо мной, прежде чем я смогу окончательно ее простить, но мне трудно злиться на людей, которых я люблю. Так что я ответила, что у нас все хорошо, но она должна мне уикенд, когда мы точно соберемся только девочками.

Сейчас я завтракаю с Саммер в закусочной и рассказываю о своих адских выходных. Конечно, умолчав про эпизоды с Джейком Коннелли. Иначе Саммер схватится за них, как собака за кость. Только вот в отличие от собаки, которая когда-нибудь да бросит эту кость или закопает ее где-нибудь, Саммер вечно будет обсуждать и анализировать каждую деталь моих встреч с Коннелли.

– Прости, но твоя кузина та еще гадина, – говорит Саммер, хрустя кусочком бекона.

Ее золотистые волосы заплетены в небрежную косу, которая свисает с ее плеча поверх белого кашемирового свитера. На ней нет ни грамма косметики, да она ей и не нужна. Саммер Ди Лаурентис красивая до омерзения. Как и ее старший братец Дин. Эта парочка словно ожившие Кен и Барби, хотя Саммер терпеть не может, когда ее так называют. И, конечно, я не упускаю случая сделать это просто, чтобы позлить ее.

– Эх, на самом деле, нет, – отвечаю я, имея в виду свою кузину, – но в этот уикенд она действительно повела себя очень гадко.

– Она кинула тебя в оба вечера? Вот жесть!

– Ну, первый вечер мы все-таки провели вместе. Если можно так сказать. Они с ее парнем устроили грандиозный скандал, так что большую часть времени я тусовалась с его друзьями.

Я умалчиваю о своей провокации Коннелли и его товарищей по команде в кабаке. А про концерт мне вообще страшно рассказывать. Конечно, сделать это можно, просто не упоминая Джейка, но я боюсь, что ненароком забудусь и поведаю о том, о чем не следует.

Например, о том, какими

теплыми были его губы, когда он поцеловал меня.

Или о том, как он скользнул рукой мне под платье, почти положив ее между моих ног.

Или о том, какой волной облегчения накрыло меня, когда он ее убрал, потому что иначе мне было не избежать разоблачения. Я соврала, сказав, что сухая, как пустыня. На самом деле я еще никогда не была такой влажной. В тот момент мне казалось, что я в жизни никого не хотела так сильно, как его.

И это плохо. Очень плохо. Джейк слишком непредсказуем. Я никогда не могу разгадать, что у него на уме, что он вот-вот скажет или сделает, и для меня это недопустимо. Как можно защитить себя, если не до конца понимаешь мотивы человека?

– И все равно повторюсь, по-моему, она настоящая гадина, – машет мне Саммер своим кусочком бекона. – Так, к слову.

– У них с Ламаром какие-то нездоровые отношения. Она не привыкла думать и о себе. – Я поливаю кленовым сиропом второй блинчик. – Плохо так говорить, но я очень надеюсь, что они расстанутся.

Саммер делает глоток травяного чая.

– Что ж, хорошо, что теперь ты дома, и я позабочусь о том, чтобы твой уикенд закончился очень даже хорошо. Хочешь пойти сегодня с нами в «Малоун» и посмотреть матч «Брюинз»?

– Еще как! – Я проглатываю кусочек блинчика.

– И если хочешь, я помогу тебе порепетировать перед завтрашним собеседованием. Оно ведь завтра утром, верно?

Я киваю.

– Наверняка, пройдет так же дерьмово, как и первое.

– Не говори так! Позитивные мысли порождают позитивные события, Би!

– Ты это только что придумала?

– Да. И знаешь, что?

– Негативные мысли порождают негативные события? – подсказываю я.

– Это тоже, но я собиралась сказать, что хочу одолжить тебе свои сапожки «Прада» на завтра. Из черной замши, которые мне прислала бабушка. Они принесут тебе удачу.

– Угу. У тебя есть научное доказательство этому?

– Тебе нужны доказательства? Они называются «Прада», Би. «Прада», черт подери! Никто не может надеть «Прада» и не почувствовать себя непобедимым.

Я до сих пор не могу понять, как эта девица стала моей лучшей подругой. Саммер – моя полная противоположность. Жизнерадостная, женственная, обожающая дизайнерскую одежду. У ее семьи денег куры не клюют, так что она может позволить себе дорогие вещи. Ну, а вот для меня бренды не имеют совершенно никакого значения. Дайте мне мою помаду, любимую кожаную куртку и ботинки, парочку джинсов-скинни, одно или два обтягивающих платья, и я готова. И все же, несмотря на все наши различия, мы с Саммер… отлично ладим.

– О, и еще я поговорила с Фитцем перед тем, как поехать сюда. Завтра утром он подвезет меня до кампуса, так что ты можешь взять мою машину. – Саммер водит стильную «Ауди», и она только что одолжила мне ее, тем самым избавляя от многочисленных железнодорожных и автобусных пересадок. В полдень у меня лекция по теории коммуникации, которую никак нельзя пропустить, поэтому мне нужно будет вернуться в Гастингс как можно быстрее.

– Ты уверена?

– Конечно! – Подруга поднимает свою чашку.