Риск

Эбби С. Т.

скульптур. Не все художники могут создавать великое.

– Я запутался, - продолжил Крейг.

– Да Винчи был не просто знаменит своим изобретениями или картинами. Он создавал

скульптуры, над которыми до сих пор трепещут искусствоведы и историки. Сначала он рисовал их, а

затем лепил из глины или пчелиного воска - в зависимости от того, какую из версий ты слышал. После

он отливал их из бронзы, чтобы создать шедевр. Человек, который зациклен на нем и на симметрии, но

не может

создать искусство из ничего. Вот кого мы ищем.

– Ничего, - говорит Хэдли, выглядя расстроенной.
– Несколько моделей сделаны из чего

угодно, но только не бронзы. Это точно должна быть бронза?
– спрашивает она.

– Да, - говорю я, убежденный, что это верный мотив.
– Это объясняет грабежи. Он продал

ценности, которые украл, чтобы купить необходимое количество этого сплава. Это не дешевое

удовольствие.

C.Т. Эбби — «Риск» / Dark Eternity of Translations

– Мы прочесали ломбарды и интернет-сайты, ища тех, кто продает подобные вещи, -

вмешивается Донни.

– Подпольные торговцы ни за что не выдадут себя из-за такой мелочи. На любые вопросы они

будут лгать, чтобы не потерять прибыль. Если этот парень использует подобную схему, то он сделал

свою домашнюю работу и знает, где безопасно это сбыть.

Донни возобновляет обзвон, а я делаю то, что, скорее всего, ни к чему не приведет. Я открываю

сайт Ланы. Вчера вечером она упомянула, что оставляет информацию и сами лоты на месяц после того, как продает их, чтобы люди не беспокоились о дальнейшей судьбе экспоната.

Я прокручиваю в раздел с украшениями, так как именно они были украдены. Но ничего похожего

не нахожу. Возможно, я просто искал предлог, чтобы поговорить с ней. Я жалок.

– Кое-что нашел!
– произносит Донни, привлекая наше внимание, пока возвращается к

телефонному разговору.
– Да. Он не оставил номер телефона или адрес, чтобы с ним можно было

связаться?

Он что-то царапает в блокноте, пока мы все подходим. Я надеваю пиджак и прячу в кобуру

пистолет. Кажется, мне снова понадобится дорожная сумка. К счастью, там была пара сменных

костюмов.

Парень кладет трубку и поднимает бумажку.

– У них есть клиент, который приходил в две из четырех галерей, пытаясь продать им

«растущий» набор бронзовых голов.

– Похоже, мы летим в Нью-Йорк, - говорит Крейг, глядя на меня так, будто я чертов единорог.

– И я полагаю, что мы получим этот дебильный вертолет, поскольку самолет Департамента уже на

вызове. Почему у нас нет нашего собственного частного самолета, как в кино или типа того?

Хэдли фыркает, я же достаю телефон и набираю номер, что, на самом деле, плохо.

– Да, я все еще в боксерах. И ем

мороженое, - говорит Лана, звуча весело и чертовски

волнительно.

Меня раздражает то, как сейчас все не вовремя. Обычно я бываю крайне взволнован прорывом в

подобных делах.

– Хотел бы я быть рядом, чтобы увидеть это, - говорю я, делая глубокий вдох, хватая и

засовывая в сумку жилет и другие предметы первой необходимости.

– Ты вынужден отменить, - спокойно говорит она. Ее голос лишен каких-либо эмоций, и я не

могу прочитать ее.

– Прости меня, - я чувствую, что надо привыкать произносить эти два слова, если она

продержится достаточно долго, чтобы я мог повторять их раз за разом.
– Мы нашли новые зацепки в

деле. По крайней мере, я на это надеюсь. Мне нужно уехать из города прямо сейчас.

– Не извиняйся, Логан. У тебя есть работа - важная работа. Я восхищаюсь тобой и тем, что ты

делаешь. Ты закрываешь монстров, и я думаю, что ты на самом деле чистишь этот мир, а не просто

зарабатываешь плюсики в свое резюме.

Странный получается разговор.

– Я определенно ищу правильных людей. Что ты имеешь в виду?

– Это просто... я изучала криминологию, когда ходила в колледж. Казалось, что многие аресты

были произведены, чтобы просто закрыть дело и добавить еще одну золотую звезду к чьей-то

репутации. Если преступления прекращаются, люди предполагают, что убийцы за решеткой. Если же

повторяются, они называют это подражанием, но никогда не допустят возможность своей ошибки.

Я не понимаю, что конкретно она изучала. Ребята не портят репутацию ФБР в подобных классах.

Во всяком случае, я знаю, что они поют дифирамбы нашим ребятам.

– Так ты изучала криминологию? Но не присоединилась к правоохранительным органам?

– Решила, что у меня желудок слабоват для такой работы, - говорит она сухо.
– Копаться в

крови и кишках не мое.

Определенно, она не тот человек, который мог бы справиться со всем этим дерьмом, если у нее

слабый желудок.

– Ты сможешь написать или позвонить из поездки?
– спрашивает она с надеждой.

– Определенно. Скорее всего, я напишу тебе из вертолета, чтобы снова извиниться.

C.Т. Эбби — «Риск» / Dark Eternity of Translations

– Серьезно, не извиняйся. Никогда. Ты меняешь мир к лучшему. Я буду эгоистичной стервой, если буду ожидать, что ты будешь со мной, когда кто-то нуждается в помощи. Напиши, когда сможешь.

Я останавливаюсь и прислоняюсь к стене на лестничном пролете, улыбаясь в никуда.

– Могу я сказать тебе позже, что ты идеальна?

Она смеется, а затем кашляет, чтобы подавить смех.