Рикошетом
Шрифт:
– Можете называть меня Калли.
– Калли. Пожалуйста, следуйте за мной.
Мы прошли по коридору к другой двери и проскользнули внутрь. Маленький кабинет был завален детскими рисунками, которые были сложены в огромную радугу. Я не могла не улыбнуться.
– Тебе нравится? – она заметила, что я восхищаюсь картиной.
– Она прекрасна.
– Я тоже так думаю. Здесь, в центре «Следующие шаги», нам нравится верить, что не может быть радуги без небольшого дождя.
– Чем сильнее шторм, тем ярче радуга, –
– Одна из моих любимых цитат, – сказала Фрея, откинувшись на спинку кресла.
– Моя мама всегда так говорила, – мое сердце сжалось. Я все еще могла представить ее, крепко обнимающей меня, когда мы слушали, как бушевала буря. Я была в ужасе от грома, ветра и дождя, хлеставших по окнам.
– Я сожалею о твоей потере.
– Спасибо.
– Это произошло недавно?
– Летом.
– Должно быть, это было тяжело?
Я кивнула.
– У нее был рак. Это были тяжелые несколько месяцев. Я наблюдала, как ей становилось хуже.
– Тот факт, что ты сидишь здесь, говорит о том, насколько ты сильна.
– О, я в этом не уверена, – я не чувствовала себя сильной. Большую часть дней мне казалось, что я пробираюсь сквозь зыбучие пески, готовая утонуть в них в любую секунду. – Но мне нужно чем-то заняться, я увидела листовку о проекте на ориентации первокурсников. Выглядело так, будто это могло бы меня заинтересовать.
Фрея сложила руки, глядя на меня своими мягкими голубыми глазами.
– Твоя боль все еще свежа, Калли. С моей стороны было бы безответственно оставлять тебя с нашими детьми, проходящими через то же самое...
Меня захлестнуло чувство поражения. Я хотела помочь. Я хотела, чтобы из потери мамы вышло что-то хорошее.
– Но я могу предложить тебе другой проект. Как ты относишься к тому, чтобы побыть старшей сестрой?
– Вы имеете в виду что-то вроде наставничества?
Она кивнула.
– Мы всегда ищем новых наставников. Мы подберем тебе подростка, и вы двое сначала проведете время здесь, в центре, чтобы заложить фундамент. Затем, как только вы оба почувствуете себя комфортно, вы сможете встретиться в месте на ваш выбор.
– Я... Я не уверена, – тот проект был групповым. Я бы не смогла нести личную ответственность за подростка.
– Это большая ответственность, – добавила Фрея, как будто услышала мои мысли. – Но награда очень высока. Эти молодые люди нуждаются в ориентире. Они должны знать, что все будет хорошо. Но больше всего им нужен человек, который будет приходить, несмотря ни на что.
Я вспомнила времена, когда росла в одиночестве. Быть сестрой Каллума было все равно, что быть невидимкой. У меня была мама, но она была моей мамой – она любила меня безоговорочно.
– Ты пережила огромную потерю, Калли. Такие вещи меняют людей. Они превращает человека в кого-то нового. Кого-то более сильного и
– Хорошо, – сказала я, крошечное семя волнения пустило корни в моей груди. – Давайте сделаем это.
Фрея ободряюще улыбнулась мне.
– Я надеялась услышать это от тебя. Тебе ждет куча бумаг и небольшой тренинг, но думаю, что мы довольно быстро запустим процесс.
– Звучит здорово.
Я ушла из центра «Следующие шаги», чувствуя себя позитивнее, чем когда-либо. Фрея была такой легкой в общении, и у нее отлично получилось заставить меня чувствовать себя частью команды, и мне не терпелось начать.
Центр находился всего в пятнадцати минутах ходьбы от кампуса, так что я наслаждалась послеполуденным солнцем. В центре Стейнбека было много студентов и молодых специалистов, исследующих многочисленные кафе, закусочные и бары, которые были в университетском городке.
Когда я проходила мимо бара «Пивот», меня поразил шквал аплодисментов. Сквозь тонированные стекла я могла разглядеть группу спортсменов... нет, баскетболистов.
Тьфу. Я пошла прочь. Меньше всего мне хотелось пересекаться с моим братом или Джоэлом, или еще хуже…
– Калли?
Его голос опустился комком свинца в моем животе. Я застыла на месте, полностью обезоруженная хриплым голосом Зака.
– Калли? – он подошел ближе. Я чувствовала его у себя за спиной. Большой, сильный... внушительный.
Дрожь пробежала по мне, когда я выпрямила спину, чтобы посмотреть ему в лицо.
– Привет, – сказала я, сохраняя нейтральное выражение лица.
– Эй, я... э-э... – он провел рукой по своим взъерошенным, выгоревшим волосам. – Я решил, что это ты.
– Ты был там? – я мотнула головой в сторону бара, и он кивнул.
– Счастливый час понедельника.
– Ну, я бы не хотела отрывать тебя от счастливого часа, – я собралась уходить, но Зак схватил меня за запястье.
– Тебя не было.
Устало вздохнув, я подняла свой пристальный взгляд на него.
– Ты спал, к тому же мне не хотелось делать ситуацию еще более неловкой, чем она была.
– Да, но, черт возьми, Калли, это твоя комната. Тебе не нужно было уходить.
Что-то промелькнуло на его лице.
– Это не проблема.
– Да, полагаю.
Воздух стал густым от напряжения. Это... это то, чего я хотела избежать, когда ушла из своей комнаты в общежитии вчера утром.
Когда мы были злы, озлоблены и разочарованы, мы могли бы бороться, использовать тела друг друга, чтобы выразить то, что чувствовали. Но в более спокойные времена, когда мы выбросили белые флаги в знак временного перемирия, все, что касалось нас, казалось неправильным.