Рикошетом в сердце
Шрифт:
– Ну, пойдем тогда, что ли? – Он уже придерживал для нее открытую калитку.
– Пойдем.
Глава 16. часть II
Едва Юра закрыл за ними калитку, раздался громкий лай, и на замершего парня ринулся Пиф. Оксана испытывала соблазн отпустить собаку и посмотреть, как Юра будет перепрыгивать через забор, но все же, вцепилась руками в ошейник, крикнув парню, чтоб он быстрее миновал территорию пса, на которую посторонним заходить было опасно.
После обеда бабушка, невинно улыбаясь, настояла на том, чтоб гость помог ей по хозяйству. И Оксану с ним отправила с целью спасти Юру от Пифа, с которым никто кроме нее справиться не мог.
Оксана
Да еще бабушки, старые сводни, точно постарались и расписали, какая она тут бедная-несчастная, одинокая…. Вот он и думает, поди, что она сейчас к нему в объятия упадет.
Девушка улыбнулась своим мыслям, наблюдая, как Юра прикручивает петли к калитке. Она внимательно посмотрела на его руки – ладони были широкими, крепкими и мозолистыми…. В памяти всплыли совсем другие ладони, нежно прикасающиеся к ее телу. Ну когда же он наконец перестанет занимать ее мысли?
Когда парень закончил с калиткой, Оксана отцепила собаку и, не спуская с поводка, увела ее на улицу. Потому что от настойчивого лая Пифа у нее уже болела голова. Пес, который из маленького щенка очень быстро превратился в здорового кобеля, недолюбливал чужих, особенно незнакомых мужчин. Оксана подозревала, что Пиф ревнует ее.
– Ну что ты разлаялся?! Невоспитанный ты, Пиф. – Бормотала девушка, прогуливаясь с собакой по заснеженной улице. – Ты же знаешь, что кроме тебя мне никто не нужен. Я кроме тебя никого не люблю и не полюблю.
Пиф преданно заглядывал в ее глаза и вилял хвостом. «Наверное, поверил», - подумала Оксана. Она, вообще, считала его исключительно умным созданием и верила, что он понимает каждое ее слово. И в отличие от некоторых людей, Пиф ее любил, и девушка была уверена, что он никогда не променяет ее на другую хозяйку, которая пообещает ему новую конуру, ошейник со стразами и вкусный корм.
Однако, нужно возвращаться домой и изображать радушную хозяйку, только бы этот самый Юра через неделю сватов не прислал. Оксана улыбнулась, представляя разговор с бабушкой, который состоится сразу после ухода парня.
Но после обеда заботливая старушка вытолкала Оксану за дверь «прогуляться и подышать воздухом». Девушка сопротивлялась и говорила, что она только что гуляла с собакой. Но бабуля ничего и слышать не хотела, тогда ей пришлось нарядиться в свой пестрый горнолыжный костюм и, взяв с собой фотоаппарат, выйти на улицу, где ее ждал Юра. Ладно, может, он хоть пофотографирует ее в ближайшем сосновом бору.
Парень оглядел ее с ног до головы.
– Красивый костюмчик.
– Да. Когда я жила в городе, и мы с друзьями ездили кататься на лыжах… вернее, они катались, а я сидела в баре и пила глинтвейн, я его надевала. Чтоб сидеть в баре, точно нужен красивый костюмчик.
– Ясно. Куда пойдем?
– Здесь есть сосновый бор, недалеко. Я давно хотела пофотографироваться среди елок, но мне некого было попросить. Умеешь фотографировать?
– Смотря на то, в одежде ты будешь или нет.
– Смешно. – Оксана серьезно посмотрела на парня, всем своим видом давая понять, что в пошлых шутках нет ничего веселого.
– Не очень, на самом деле. – Юра тут же стал серьезным и взял из ее рук фотоаппарат. – Разберусь, наверное. Чего сложного? Ну, давай, детка, покажи мне страсть!
Разобрался с фотоаппаратом Юра, действительно,
На его вопрос, как здесь оказалась она (неужели тоже от армии пряталась?), Оксана как-то неуклюже отшутилась, и объясняться не стала.
Проводив Оксану домой, Юра задержал ее у калитки.
– Слушай, Оксан, - парень замялся, подбирая слова, - может, встретимся завтра, прогуляемся?
– Юра, я не знаю…. У меня дел столько…. Некогда мне гулять….
– Тогда я просто приду в гости, хорошо? Бабушке твоей помогу. Она рада будет.
Оксана, вздохнув, кивнула.
– Ну хорошо, приходи.
Захлопнув калитку и задвинув старый засов, Оксана прислонилась к ней спиной и устало закрыла глаза. Вот опять! Как же не вовремя. Поклонники, предложения и переживания ей сейчас совсем не нужны, лишнее это. Нужно было отказать! Нужно было! Тогда почему она опять согласилась? Почему она никак не научится отказывать людям? Юра был хорошим парнем, но в ней он не разбудил совсем никаких чувств. Вообще, никаких. Да, с ним было весело иногда, но не более. К тому же, от его шуток девушка быстро уставала. Сергей тоже сначала ей понравился, с ним было весело, и целовался он хорошо…. Не так, как Глеб, конечно, но с ним было приятно…общаться. А тут…. Совсем ничего. Зря она согласилась.
Но, с другой стороны, бабушка перестанет напоминать ей о Глебе и успокоится. Опять же, в ЗАГС она с Юрой не собирается, и детей им вместе не крестить. В крайнем случае, всегда можно вернуться в город к родителям. Успокоив себя подобными мыслями, Оксана пошла в дом.
*
С того дня Юра приходил к ним в гости почти каждый день. Сначала Оксана не придавала этому большого значения. Да, Юра часто балансировал на грани дружеских отношений и чего-то большего, но лишнего себе не позволял и был сама любезность, ну не прогонять же парня. К тому же, бабушка всегда его радушно принимала. Заодно постоянно просила его что-нибудь прибить, покрасить, починить. Юра соглашался с радостью и всегда был готов помочь. Выполнял он бабушкины немудреные просьбы всегда до того тщательно и неторопливо, что Оксана подозревала, что качество исполнения зависит от ее присутствия где-то недалеко. Они все так же общались, вели ни к чему не обязывающие беседы, во время которых Оксана старалась не переходить на личное, установить дистанцию и в который раз дать понять незадачливому поклоннику, что с ней ему ловить нечего. Здешняя молодежь славилась своей любвеобильностью и простотой обращения. Если два раза улыбнулась, искренне поблагодарила за помощь, позволила руку в руке задержать на мгновение дольше положенного, все – можно считать, что ты обеспечена ухажером, а вся деревня гадает, закончится ли дело свадьбой или нет. А потом выясняй с ним отношения, доказывая, что не цену себе набиваешь, а действительно ничего к парню не чувствуешь. Оксане все эти разборки были не нужны, она наслаждалась тихой и для кого-то скучной сельской жизнью, эмоциональных встрясок ей сейчас хотелось меньше всего.