Рикошет
Шрифт:
Она задумалась и медленно ответила:
— Не знаю. Зачем… Зачем он шел к Наполи? Его лицо. И прежде всего то, что он вдруг здесь оказался. Я знала, что это не случайное совпадение.
— Сколько времени тебе понадобилось, чтобы все это обдумать?
— Несколько секунд. Но я не обдумывала. Я спряталась инстинктивно.
Он помолчал, размышляя. Потом сказал:
— Ладно. Он тебя не видел?
— Нет. В этом я уверена, иначе в морге было бы мое тело. Он перешагнул через разделитель между сторонами дороги, подошел к машине. Наполи
— О чем?
— Мне было не слышно. Зато я услышала выстрел. Савич стоял и смотрел, наверное, чтобы убедиться, что Наполи мертв или скоро умрет. Потом нагнулся в машину.
Тут я начала действовать. Спустилась по лестнице с внешней стороны опоры и спряталась в той штуке под мостом.
— Ты не испугалась? Я спускался по этой лестнице Д сих пор волосы дыбом стоят.
— У меня не было времени об этом подумать. Гораздо больше я боялась Савича.
— Итак, ты спряталась под мостом.
— Меньше чем через минуту после выстрела он захлопнул дверцу. Через несколько секунд я услышала, как хлопнула вторая дверца. Его машины. Мне показалось, я услышала звук отъезжавшей машины, но сердце так громко колотилось у меня в груди, что я не была в этом уверена. Но я не могла оставаться под мостом, поэтому решила рискнуть и поднялась обратно. Ни Савича, ни машины не было. Я подбежала к своей машине и увидела, что Наполи мертв. Не раздумывая, я бросилась бежать. Даже сумочку брать не стала. — Она замолчала и перевела дух. — Остальное ты знаешь.
— Сколько времени все это заняло? Она сморщила лоб.
— Сложно сказать. Казалось, время тянется вечно, но, скорее всего, с того момента, когда Наполи заставил меня выйти из машины, и до того, как я убежала с моста, прошло минуты три-четыре.
— И на мосту не было никаких других машин? Она покачала головой.
— Почему ты не обратилась в полицию?
— Дункан, мы об этом уже говорили. У меня не было доказательств. Ты не поверил ничему из того, что я тебе прежде рассказывала.
— Тогда почему вчера вечером ты пришла ко мне?
— Думала, ты обрадуешься, когда увидишь меня живой… — Она помолчала, потом прибавила: — Но ты и вчера мне не поверил. Пока не увидел тело неизвестной женщины, в которой Като опознал меня.
Он не стал с этим спорить. Минуту посидел, размышляя.
Савич наклонился в машину, чтобы поставить туда ноги Наполи. Он взял также наручные часы Элизы, которые Наполи должен был забрать, чтобы позже ее опознали. Он закрыл дверцу, вернулся к себе в машину, уехал. На все это могло уйти около девяноста секунд или меньше. Головоломка начала проясняться, но кое-что по-прежнему оставалось неясным.
— Ты объяснила, как вошла в доверие к Савичу. Когда и как ты проникла в жизнь Като?
— Дункан, здесь деликатность ни к чему. Я проникла к нему в постель. Когда я поняла, что никаких доказательств против Савича мне не достать, я стала думать, как мне лучше подобраться к судье. Уверена, вам с детективом Боуэн насплетничали о наших отношениях.
Он не стал отрицать.
— Наверное, большая часть этих слухов — правда, — сказала она. — Я его соблазнила.
Он дважды заставал меня в своем кабинете. В ночь после торжественного ужина. А потом в последнюю мою ночь дома, незадолго до того, как ты позвонил и велел прийти на допрос на следующее утро.
Все время, пока мы были женаты, я притворялась, что страдаю бессонницей, чтобы иметь возможность спускаться вниз, пока он спал. Я обыскала каждую комнату, каждый чулан в этом доме, старательно, много раз, всегда тщательно заметая следы.
— Что ты искала?
— Любые улики. Но время шло, мы были женаты уже несколько лет. Я начала отчаиваться, что вообще смогу найти хоть что-нибудь. Я так отчаянно хотела, чтобы все закончилось, что, наверное, стала неосторожной. Като начал что-то подозревать. Он старался это скрыть, но я в течение многих месяцев чувствовала, что он за мной наблюдает, что каким-то образом он знает, чем я занимаюсь. Эта мысль ужасала меня. Они с Савичем беспощадно расправлялись с теми, кто хотел их выдать. Я не хотела умирать. И, главное, я не могла сдаться. Но я чувствовала, что времени становится все меньше. Когда появился Троттер, я поняла, что Като нанес удар первым.
— Что тебе сказал Троттер?
— Ты ведь знал, что я тебе соврала?
— Знал.
— Троттер потрясенно посмотрел на меня и сказал: «Они не предупреждали, что ты красивая». — Она помолчала. Ее слова словно продолжали звучать в тесном пространстве салона. — Когда он это сказал, я поняла, что он не грабитель. Они подослали его убить меня.
— Бедный Гэри Рэй. Может, он подумал, что ты ему привиделась. Светловолосая красавица в ночной рубашке. Уверен, он не мог понять, с чего твоему мужу вздумалось тебя убивать.
— Как и тебе, — мягко напомнила она.
— Как и мне.
— Ты был прав, что сомневался во мне, Дункан. Со стороны моя жизнь выглядела сказкой про Золушку. Но, оставаясь с Като в доме один на один, я едва могла дышать. Мне приходилось терпеть его прикосновения. Как я их ненавидела! Его ненавидела.
Дункану тоже была ненавистна мысль о том, что Като прикасается к Элизе, поэтому он перевел разговор в другое русло:
— Като боялся, что ты что-то знаешь или догадываешься. И он нанял Наполи, чтобы тебя убить. Но Наполи поручил это Троттеру, который провалился.
— Като был уверен, что я умру в ту ночь у него в кабинете и он беззаботно продолжит свои прибыльные махинации с Савичем.
Дункан задумчиво покусал нижнюю губу.
— Мне не нравится одно. Савич. Как он отнесся к твоей свадьбе со своим партнером по преступному бизнесу? Неужели ничего не заподозрил?
— Может быть, но я заранее об этом позаботилась. Когда мы с Като начали встречаться, я пришла к Савичу и попросила его оказать мне услугу: проверить его.
— Проверить? — расхохотался Дункан. — Като? Она тоже засмеялась: