Рикошет
Шрифт:
— Значит, я их выведу. По одной.
— Ты не выберешься оттуда живым, а значит, и Лорен тоже.
Прищурив глаза, я прижал руки к голове, там, где испытывал пульсирующую боль, поскольку она угрожала втянуть меня в очередную отключку.
— Что ты предлагаешь, Алек? Чтобы я позволил ей умереть?
— Я пойду вместо тебя.
— Зачем тебе это делать? Это решение не лучше моего. И нет никакой гарантии, что ты спасешь Лорен.
Он отпустил мое горло и вытащил сигару из кармана.
— Тебе нужно остаться в живых. Ради нее, — его взгляд
— С ней все будет хорошо.
— В течение года мы оба наблюдали за ней. Ты всегда смотрел на нее глазами убийцы, а я смотрел на нее глазами спасителя. Смотрел на нее, как на ту, кого хотел захватить, обладать и защитить. — Он закурил сигару, подув на один конец, чтобы разжечь лучше, и дважды втянул, прежде чем шагнуть передо мной. — Я влюбился в нее, пока ты продолжал свой крестовый поход, чтобы уничтожить ее. Это не твоя вина, Ник. Ты не знал той информации, которую знал я. Информация, которую я скрывал от тебя, потому что думал, что ты почувствуешь себя преданным. — Резко выдохнув, он сделал паузу и расправил руки в стороны. — И ты уж точно не заслуживаешь высшей награды в попытках остаться в живых.
— Тогда зачем мне нужно было наблюдать за ней? Если ты думал, что я могу убить ее?
— Потому что ты не подлый ублюдок, несмотря на то, что думаешь. Я верил в то, что ты увидишь то, что я увидел в ней, и что твое рвение убить ее исчезнет, — с сигарой, зажатой между губ, Алек покачал головой, поправляя запонки. — Я не могу позволить тебе сделать это в одиночку, Ник. Это подстава, и ты не выйдешь оттуда живым. Это самоубийство. Обри хрупкая — она сломается, если потеряет тебя.
— Она сильнее, чем ты думаешь, Алек.
Он кивнул.
— Да. И она влюблена в тебя. Ты сможешь провести ее через ту боль, с которой сам так хорошо знаком? Сможешь отнять у нее то, что когда-то было отнято у тебя?
— Ублюдок, — я покачал головой, ярость волнами пульсировала по венам. — Ты привел ее сюда, чтобы я в нее влюбился и отказался от идеи покончить с этим. Завершить. — Я зажмурил глаза и потер лицо рукой. — Она была единственной частью плана, которая не вписывалась. Для меня это никогда не имело смысла, а теперь... — Я кивнул, желая пнуть себя за то, что был так слеп. Не то чтобы я не был влюблен в эту женщину, но знай я, что это был план, наверняка попытался бы уйти от неизбежной боли. — Теперь я понимаю. Ты надеялся, что она заставит меня передумать.
— Я сделал то, что считал правильным. Что было хорошо для нас троих. Я не могу позволить тебе убить себя, Ник. Я никогда не планировал придерживаться сделки. — Я чувствовал, что он изучает меня, ища какие-либо признаки того, что я могу поколебаться. — Подумай о Лене. Чего бы она хотела для тебя? Что бы она сказала тебе прямо сейчас?
Боль запульсировала в сердце. Моя жена, бескорыстная женщина, которой всегда была, сказала бы мне положить конец безумию. Позвать других, чтобы помочь найти Лорен, и оставить прошлое в прошлом. Снова быть счастливым.
— Но это ведь ты ее
— Да.
Момент ясности прорезал густой туман путаницы, заволакивающий мой мозг, когда я вспомнил его слова в тот день, когда мы смотрели, как Каллины раздают пакеты гуманитарной помощи на улицах, когда я спросил его, двигается ли он дальше. Он двинулся.
— Полагаю, тогда остается только одно, — поднявшись с пола, я протянул руку, чтобы пожать его, притянув его в объятье. — Ты заслуживаешь ее больше, — прошептал я.
Сделав шаг назад, я ударил Алека кулаком в лицо.
Кровь брызнула по сторонам, и его тело упало на пол. Резкая боль ужалила запястье, и я поднял руку с кровоточащими костяшками и пульсирующей болью в костях. Встряхнул рукой, сгибая пальцы, чтобы справиться с болью, и присел на корточки рядом с телом Алека.
— Прости, дружище. Я делаю то, что считаю правильным. Хотя, ты ошибаешься, если думаешь, что я делаю это для себя. Я делаю это ради нее. Я спасаю ее. Ты не единственный, кто влюбился.
Глава 46
Шеф Кокс
Кокс оцепил периметр старого здания Айронворкс, проверив все возможные укрытия, в которых мог бы скрыться опытный убийца, и остановился, когда зазвонил его телефон. На экране вспыхнул номер Берка.
Кокс ответил на звонок.
— Начальник, где вы есть? — взбешенный тон Берка толкнул Кокса за грань.
— Не в чертовом офисе. А что?
— Здесь служба внутреннего расследования. Кто-то донес на вас, — он понизил голос. — Они хотят поговорить с вами. Что вы хотите, чтобы я им сказал?
Райли. Крыса ублюдочная. Скорее всего, его привлекли из-за угрозы мелкому засранцу. Нужно было пришить ублюдка, когда у него был шанс.
— Просто... не пускай их в мой кабинет. Мне насрать, что тебе придется им сказать, но не пускай туда этих ублюдков, ясно?
— Они спрашивают о деле «Око за Око».
Раздражение победило над паникой внутри него.
— «Око за Око»? Что это, мать твою, такое?
— #ОкоЗаОко. Это хэштег, который используется в соцсетях.
Гребаные социальные сети.
— У нас идет расследование. И у нас ни черта нет на этого парня. Вот что ты им скажешь.
— У нас есть зацепка по Обри Каллин. Не знаю, даст ли она что-то. Какой-то парнишка, примерно тринадцати-четырнадцати лет, сказал, что он искал железо с некоторыми парнями, которых он знает с улицы. Сказал, что видел ее в лесу недалеко от заброшенного особняка на Браш Парк.
— Браш Парк?
— Да. Он пришел за вознаграждением. Я сказал ему вернуться, когда вы будете на месте.
— Нахер этого мальца. Когда он вернется, скажи ему, чтобы он возвращал свою задницу в школу. А я пока проверю зацепку. Посмотрю, даст ли она что-то.