Рикимару
Шрифт:
Ну вот, теперь девчонка за мной присматривает, а не я за ней.
Главное быть гибким, солдат меняющий позицию живет дольше, (псевдо-психолог Сладков Антон Антонович).
Между тем волкообразный джинн, припав на все четыре лапы, стремительно несся к боковой части «лепешки», где в стене виднелась конструкция отдаленно напоминающая речной причал. Такие причалы есть во всех городах типа Питера, Парижа и… и Венеции, конечно же.
Я побежал, быстро побежал. Но все же не так как, умеют джинны. Кристина
— Стажер, следует поднажать, — новоявленной джиния с издевкой копировала голос Руфуса, — а не то всех ракшасов разберут и тебе останется только ослорак или крысодятел.
Её поведение меня порадовало. Она наслаждалась своим превосходством и по дружески хвасталась. Но мое критическое мышление до последнего будет бороться за доминирующую ступень.
— Ослорак и крысомышь это уже секундижжин, а не уно.
Стрела попала точно в цель, Кристина на полушаге сбилась и чуть не упав, развернулась ко мне спиной. Я почувствовал как по телу приятно разливается, чувство собственного превосходства.
Я запределен (Маззи).
Но наслаждение было не долгим.
Кристина резко развернулась и схватила меня под живот, сложив пополам на плече.
— Задержи дыхание, остряк — нисколько не озаботившись, сделал ли я это джиния трехметровыми прыжками, устремилась к «причалу».
Пытаясь удержать содержимое своего желудка, я только и смог что видеть то песок, то ухмылку бегущего позади Руфуса.
Минуту или две все было нормально, я даже подумал, что способ такого передвижения не так плох. Через секунду меня начало тошнить. Я почувствовал отвратительный вкус желудочного сока во рту. Ну уж нет, слабости я не покажу.
— Но лошадка, давай поднажми — я даже попытался ударить ладонью по заднице джинии, но промахнулся.
Вдруг резко, меня бросило вверх, а затем я больно ударился плечом обо что-то твердое. Никакого чувства юмора у этой девчонки все время обижается.
Но удар, не был связан с уязвленными чувствами Кристины, просто мы достигли цели. Мгновение я смотрел на плоскую, белую поверхность подо мной, склоняясь что это скорее камень, нежели кость, а затем меня вырвало.
— Сикан ту рок, Руфус. Ку де уно? Ку де свап? — Чья-то нога бесцеремонно перевернула меня на спину. Надо мной стоял крепко сбитый, бородатый мужчина, лет сорока, широко и светло улыбаясь белыми как молоко зубами.
— Де свап, а муско. Де рус — голос Руфуса стал прежним, как на Земле.
— Правда что ли земеля? Русич? — мужчина взял меня под локоть и одним рывком поставил на ноги, — Вставай куренок, как же тебя угораздило то а? На славу позарился али денех не доимел?
Голова до сих пор кружилась, и я не сразу понял, что со мной разговаривают по-русски. Справа желтой рекой скользила пустыня, а слева вверх уходили ступеньки, и была видна арка ворот.
— Это будущий джинн, Серж — сказал голосом Руфуса, худощавый, высокий юноша с крылатым змеем вокруг шеи, — стереотип — скучная, но простая уловка, стажер. На нее клюют стопроцентно.
Руфус
— Джинн? — Серж взял меня за руку и повернул к себе — Дай — ко взгляну. Серж меня звать, воротарь здешний. Давненько дожи не посылали за новенькими с родной матушки Земли, а уж когда за нашим русским братом посылали уже и вообще не вспомнить. Говорят, что много дэвов получается. А я так скажу, что дэв что джинн — одна сотона, только боком повернутая.
— За такие мысли, Серж тебя и экспроприировали — Руфус по-братски опустил худую длинную руку на плечо «воротаря» — А где Волчок? Спит?
— Экспро…, экспри…тьфу ты Руфус иноземная твоя ипостась, сам я выбрал такой путь и весь разговор, а Волчок де-то тут шукаетсо — пробурчал Серж и повернувшись к воротам закричал, — Волчок, тудыть твою налево, айда работу работать.
— Поскорей бы уже — просипел кто-то позади меня.
Я обернулся и увидел, бритого на лысо мужчину, у ног которого развалился волк. По спортивной сумке я понял что это, недавний знакомый дэв. А я думал, что это он Волчок, каков же тогда настоящий?
— Цыц, шавка — «воротарь» шикнул в сторону дэва, — настанет и твое время скулить.
Мимо промелькнула тень, и на землю между мной и Руфусом приземлилось нечто огромное. Бритый опустил голову, а его ракшас спрятался за ноги, жалобно пискнув.
И было от чего. Волчок, как и следовало, оказался волком. Только размером с племенного быка, а то и больше. Высунув язык он смотрел в мою сторону.
— Ты чем его кормишь Серж, он у тебя растет как на дрожжах — Руфус подошел и потрепал по холке громадного волка.
Волчок завилял хвостом и уткнулся носом в ладонь джинна. Точнее не носом а правой ноздрей, настолько он был огромен.
— На дрожжах? Твой русский становится лучше пернатый змей, и я не удив… — улыбаясь, начал Серж, но прервался — что такое Волкуша? Ну-ка Руфус дай взад.
Руфус тяжело вздохнув, и разведя руки с сожалением, отошел в сторону пропуская воротаря с его ракшасем к Кристине. Она придерживала остатки своего белого платья и испуганными глазами смотрела на волка. Рядом ощерившись, шипела маленькая львица.
— Ёк макарёк, — это были последние простые слова, которые сказал Серж, все последующие произносились монотонно — Руфус Зайус это прямое нарушение закона. Вам и Вашим подопечным следует немедленно пройти со мной. Запрещены разговоры и использование, каких либо средств, до последующего распоряжения. В противном случае, я буду вынужден применить силу.
— Угу — Руфус буднично, поднял с пола сумку, и склонив голову набок произнес — Веди, пёс закона.
Я так и не увидел города. В арке оказалась потайная дверь, которая вела в коридор внутри стены. Петляя по нему нас, привели в чистую комнату с одним входом. В комнате стояли два дивана кресло и журнальный столик. Окна находились у потолка, и на них не было решеток.