Резидент
Шрифт:
Судя по лицам громил, и такие методы воздействия на упрямую клиентуру не были для них в диковинку. Рассчитывать на защиту Атасова и Севостьянова не приходилось – оба старательно пялились в окно, словно бы и не слыша жутких угроз, расточаемых отморозками в адрес губернатора.
Пацаков выполнил требования террористов и позвонил. В конце концов, его слова не очень расходились с действительностью. Террористы проникли-таки в город, и если им удалось захватить губернатора, то почему бы не прибрать к рукам и гостиницу?
– Ничего не получится! – сказал от окна Атасов.
– Попытка не пытка... – глухо отозвался Загоруйко.
Пацакову надоело
Надо отдать должное силовикам: на призыв губернатора они откликнулись буквально через пять минут. Вереница машин с воем пронеслась по улице Революции и остановилась у главного входа в гостиницу «Центральная», напугав до полусмерти кацаповцев, которые и не подозревали, что в их родном городе творятся страшные дела. Гостиницу взяли под контроль в течение считанных мгновений. Пацаков почувствовал прилив гордости: умеем работать, когда захотим!.. Оцепление было выставлено по всему периметру подозрительного здания. Здоровенные бугаи в камуфляже и с грозными автоматами Калашникова в руках привычно цыкали на возбужденных происшествием зевак, отгоняя их от парадного крыльца.
Однако, к удивлению и немалому возмущению Виссариона Дмитриевича, отгоняли далеко не всех. Через оцепление проскочил сначала один человек в темном плаще и широкополой шляпе, потом другой... Скоро люди в темных плащах и вовсе пошли потоком, минуя без проблем камуфлированных ротозеев!!
Поначалу Пацаков решил: спецагенты из органов... Но очень быстро до него дошло, что в гостинцу проникают именно террористы! Одного из них он даже опознал: Никандр Христофорович Кокарев вошел в здание гостиницы «Центральная» одним из последних, насмешливо, как показалось Виссариону Дмитриевичу, окинув взглядом силовиков... Если в гостинице и шла проверка документов, то коварного доктора наук и его подручных она явно не коснулась!
Пацаков был потрясен. Подкуплены не только его ближайшие помощники – против зеленых бумажек не устояли и работники силовых структур!
– При чем здесь зеленые бумажки?! – окрысился на губернатора Загоруйко.– Против нечистой силы ФСБ бессильно! Они просто не видят твоего Никандра Христофоровича!..
Объяснение Емельяна звучало фантастически, но не менее фантастически выглядело и предположение, что заезжий доктор аномальных наук скупил на корню всех сотрудников ФСБ и УВД. Ну, отдельных неустойчивых элементов – еще куда ни шло, но чтобы всех скопом?! Виссарион Дмитриевич верить в такое категорически отказывался – что, безусловно, делало ему честь. Оставалось принять на веру бред Емельяна Загоруйко. Пацаков так и поступил скрепя сердце.
Силовики чуть не целый час осматривали гостиницу– пока Виссарион Дмитриевич по приказу Загоруйко не позвонил их начальникам и не дал от своего имени отбой учениям... Надо полагать, в ту минуту озабоченные генералы отпустили немало теплых слов в его адрес. Но Пацаков их не слышал, поскольку почти немедленно положил трубку.
Спецназовцы покинули здание столь же стремительно, как и захватили его. Выучку они продемонстрировали неплохую, но дело благополучно провалили, огорчив губернатора до глубины души.
– И что теперь будем делать? – обернулся Мишка к притихшему Загоруйко.
Емельян Иванович пребывал в растерянности, и Пацаков не отказал себе в удовольствии поиздеваться над попавшим в затруднительное положение замом.
– Ну, пошли, что ли, посмотрим, где находится вход в ваш заколдованный замок? – брезгливо покосился на незадачливых «террористов» губернатор.
Виссариона
Хотя, быть может, и не стоило вот так – с бухты-барахты – соваться в здание, ставшее прибежищем подозрительных сил... Однако Виссариона Дмитриевича теперь гнали вперед любопытство и желание до конца разобраться в проблеме, которая, по его мнению, не стоила выеденного яйца. Ему почему-то думалось, что он имеет дело с ловким пиаровским ходом своего оппонента по предвыборной борьбе Венедикта Жигановского: этот способен заморочить голову даже сотрудникам ФСБ и УВД!.. Ну, если тут действительно Венины штучки,– Виссарион Дмитриевич будет первым в Российской Федерации человеком, который найдет управу на расшалившегося лидера Партии солидарного прогресса! Пусть даже и ценою губернаторского поста... Пацаков покажет ему тогда нечистую силу!..
Возглавляемая губернатором процессия наделала в гостинице «Центральная» не меньше шума, чем только что закончившаяся атака силовиков. Возмущенные постояльцы накинулись на слегка подрастерявшегося Виссариона Дмитриевича с горячностью ни в чем не повинных людей, пострадавших от произвола властей. Губернатор упустил в суматохе из виду, что в гостинице остановилась целая орда журналистов, которые теперь разнесут весть о конфузе кацаповских силовиков по городам и весям великой страны. Громче всех, естественно, надрывался Венедикт Жигановский, потрясавший кулаками чуть ли не перед самым носом губернатора:
– Это произвол! Это наглая попытка запугать конкурента! Жигановский вам этого не спустит, подонки! Вы посмотрите на них: вот она – кацаповская власть– во всей красе! Один – из стриптиз-баров не вылазит, пугая невинных девушек! Другой – заявляется к подвергшимся насилию людям в халате!.. За кого они нас принимают?!
Насчет халата Жигановский был, к сожалению, прав. Взволнованный утренним происшествием Виссарион Дмитриевич упустил из виду, что одет не по форме, а пленившие его психи в лице Загоруйко и компании не удосужились подсказать... Пацаков почувствовал, что краснеет,– подобное с ним случалось крайне редко. Недаром говорили мудрые предки: поспешишь – людей насмешишь... А Виссарион Дмитриевич ринулся в гнездо порока, которым гостиница «Центральная» стала стараниями того же Жигановского, без предварительной разведки и без приведения себя в надлежащий вид!
– Мне доложили, что в гостинице заложена бомба!– сказал он, собравшись с силами, прямо в нацеленные в его сторону микрофоны.– Некогда было переодеваться, господа! Приношу свои извинения за причиненное беспокойство. Но мы не могли проигнорировать поступивший сигнал. Операция силовиков проводилась в ваших интересах.
Пресса одобрительно загудела. Все-таки порыв губернатора, прибывшего спасать вверенное его заботам население чуть ли не в исподнем, внушил уважение даже скептикам.
Виссарион Дмитриевич, ловко маневрируя, вырвался из плотного окружения журналистов и, понукаемый Емельяном Загоруйко, поднялся на второй этаж. Кроме вице-губернатора его сопровождали Севостьянов, Атасов, шестеро громил, испортивших Пацакову немало крови. Увязался за следопытами и Венедикт Жигановский, который, даже потеряв аудиторию, продолжал разглагольствовать о происках негодяев из областной администрации.