Резидент. Часть 3
Шрифт:
Я в облике гастарбайтера вошёл в съёмную посуточную квартиру, проверил, что никто не поставил новых жучков, и открыл холодильник, где лежали курица и продукты.
Конечно, клиент хотел более диетическую сухую грудку, но я повар, мне виднее, как будет вкуснее. Мне же есть, а ему завидовать.
Достал бёдрышки, снял кожу и убрал кости, орудуя японским ножом. Он и правда острый, как бритва. Казалось бы, простенькая сталь, а не дорогая порошковая, но глава фирмы, старик Хаттори, отлично понимает в термообработке, и у него даже обычная сталь режет
Этим же ножом я покромсал курицу поперёк волокон, пока на газу грелась найденная в плите старая чугунная сковородка.
Втёр в мясо специи. Зиру, паприку, соль и перец не жалел, щедро втирал руками. Порезал красную луковицу, но положил это в чашку и залил уксусом с сахаром и солью. Лук замаринуется, уйдёт горечь.
Его я отставил в сторонку, маринуется он быстро, и начал делать соус из греческого йогурта, чеснока, лимона и приправ, найденных в ближайшем «Магните». После очень тонко пошинковал капусту, а помидоры нарезал мелким кубиком и слил сок.
Сковорода уже дымилась, я плеснул на неё масло, дождался, когда оно нагреется, и выложил курицу одним слоем. Она тут же зашипела, но я не трогал несколько минут, чтобы схватилась корочка.
Долго не жарил. Закончив, достал кусочки и порезал их ещё меньше, а лаваш подогрел прямо на газовом огне, чтобы стал тёплым, но не сухим и хрустящим, совсем чуть-чуть.
Его я бросил на доску, смазал соусом, разложил курицу, добавил ещё соус. Теперь капуста, помидоры, лук и свежая зелень. Завернул так, что любой повар шаурмы одобрительно бы закивал, после подогнул края и положил на сковородку швом вниз. Обжарил, но недолго. В фольгу не убирал, пусть постоит, а то размякнет.
Теперь пора ехать. Клиент голоден. Я тоже.
— Чё так долго? — возмутился Денчик, окинув меня подозрительным взглядом.
На нём ещё костюм, он не переодевался, потому что скоро ему опять ехать. Я протянул ему пакет. Он взял его двумя руками, открыл, втянул носом воздух и подобрел.
— Ладно. Сколько там должен…
Он подобрел, а я нет. Жаль, что закончилось то супер-средство из баллончика. Но зато обе руки у него заняты, ведь он держал ими пакет.
Я шагнул вперёд, он инстинктивно попытался закрыть собой дверной проём, но я нырнул сбоку и ниже, и прошёл за его спину. Пусть он весит килограмм на двадцать больше, сейчас это ему не поможет. Да и я выше.
Пока он пытался понять, что происходит, я обхватил его шею правой рукой, чтобы сгиб локтя был на кадыке, а левой зафиксировал треугольник за головой, нажимая на его затылок.
Он дёргался, пытался задеть меня локтем или сбросить, но времени у него было мало. Через шесть секунд упирающийся Денчик начал обмякать. Я отпустил, чтобы он не помер, и потащил его тушу на кухню.
Тяжёлый, зараза какая.
Так, стульев нет, одни табуретки. Придётся ему полежать на полу. Я вернулся, забрал шаурму и закрыл дверь на замок. Теперь
Очнулся Денчик быстро, но встать никак не мог. Я перевязал его ноги толстым скотчем в несколько слоёв, дважды, выше колен и у щиколоток, а руки стянул пластиковой стяжкой, запас которых лежал в машине. Причём стянул у локтей и у запястий, и ещё между собой связал обе стяжки.
Рот обмотал скотчем, засунув перед этим туда тряпку. Его карманы сразу вывернул и забрал из них всё, чтобы он не использовал что-то из этого для освобождения. И пока он пытался понять, что происходит, я уже получил доступ к его телефону, скачав ему особый файлик.
— Я бы приехал быстрее, — сказал я, подтащив табуретку к столу. — Но очень хотелось есть, и я не знал, что приготовить. А ты мне подсказал, и повод появился.
На мне тёмные очки и куртка с капюшоном. Сейчас мы не на улице, а один на один, не надо делать так, чтобы он меня узнал или вспомнил потом. Поэтому куртка мешковатая, лица не видно, а голос другой из-за вкладок.
На этом разговоре мы с ним не закончим, ему ещё показания давать на своего шефа.
Я достал выкидуху. Лезвие щёлкнуло, а Денчик вздрогнул. Но я просто разрезал шаурму наискосок и взялся за правую половинку.
— Ого, — сказал я, откусив. — Знаешь, это лучшая шаурма из всех, что я пробовал. Конечно, не такая сухая, как ты хотел, но всё равно отличная.
А ничего так вышло, хрустит. Надоест шпионствовать, открою киоск, буду делать шаурму.
— М-м-м! — замычал Денчик и начал кататься.
— Завидуешь? — я усмехнулся. — А теперь слушай расклад, — я достал телефон.
Совместим два подхода, чтобы получилось как можно более удачно. И надавим, но и предложим выход, чтобы он сам был рад помочь.
Яркость на экране я прибавил до максимума, чтобы он его слепил, тем более, за окном уже смеркалось. Чтобы меньше деталей запомнил обо мне.
— Вот ты и Штерн сегодня. Видишь?
— Угу, — промычал он.
— Отлично. Вот ты и сисадмин Кирилл в кафе, видишь? О чём ты его просил?
— Я-ме-маю, — что-то выдал Денчик.
— Не знаешь, о чём просил? Или не помнишь? Тогда освежу память. Удалить резервные копии, да? Все камеры и всё остальное. Неужели не догадался, из-за чего Штерн так всполошился?
Я доел кусок шаурмы и наклонился к нему, но не слишком близко.
— Ночью случилась беда, человек умер, но утром вдруг требуют всё удалить. Ну давай, Денчик, ты же неглупый парень, наверняка понял, что это не просто так.
— Ма-ма-ма, — издал он странный звук и начал дёргаться, как рыба на берегу.
— Штерн тебя идиотом называет, истории про бананы и шимпанзе рассказывает, и постоянно сам себя хвалит, какой он мужик, — продолжал я, наблюдая, как он уставился на меня, не веря, что я в курсе последнего разговора. — Думаешь, он тебя повысил? Не, Денис, он тебя за собой тянет, чтобы было за кем спрятаться. Расклад неважный. И не отпирайся, я знаю о тебе всё за последние сутки. А теперь смотри.