Режим Easy
Шрифт:
Подняв указательный палец вверх, показывая о важности своего решения.
— Завтра я получу титул герцог-маркиза Вестнордского, и отец отдаст мне некоторые земли во владение. Там мне нужны свои люди, сильные и надежные. Я с вами конечно еще очень мало знаком, но я видел вас в деле, и прошел с вами самое сложное в своей жизни испытание.
Он твердым шагом подошел у Дебру.
— Но все равно я готов рискнуть и взять вас под свое начало.
— Милорд.. — Начал Дебр, но Радгар жестом руки его остановил.
— Не спеши с ответом, я все понимаю. Возвращайтесь домой, и все хорошенько обдумайте. Примерно через неделю,
Маркиз еще раз всех осмотрел и вышел из склепа. За ним тут же вышла Гардарика и чуть помедлив вышел Дорил. Лесорубы стояли в полном недоумении, удивленно смотря друг на друга.
— Радгар, — Прошептала Гардарика выйдя за братом на улицу. — что за цирк? Зачем тебе эта шайка?
— Тише, еще тише. — Маркиз приобнял ее за плечи, тоже шепча сестре почти на ухо. — Мне нужна она. Маг-стихийник на дороге не валяется, тебе ли не знать. Но судя по ней, одна она не согласиться, пусть отец будет рядом.
Он обернулся на вышедшего из прохода Пеку.
— Да и этот пригодиться…
Глава 18
Вода из небольшого озерца, в которое впадал водопад, неглубоким, но довольно широким ручьем убегала, по не небольшому коридорчику вглубь скалы. Благодаря светящемуся мху, Барри мог отлично разглядеть русло ручья до первого поворота, который находился в полсотни ярдов. Он сидел на самом крае берега, почти касаясь воды и просто глядел на разномастные камни на дне.
Раз десять он пытался вылезти через водопад. Десять раз он падал, срывался, подскальзывался, бился об камни и вновь падал. Рекордом стал подъем в позе нараскорячку, до этого самого желоба, по которому он скатился. Но дальше он не знал, за что ухватиться. Камень, из которого и был выточен этот желоб водой, был покрыт чем-то очень скользким и настолько глубоко въевшимся в породу, что ни соскрести, ни оттереть его было невозможно. Он несколько минут, искал, за что можно ухватиться, чтобы идти поперек сильного течения, щупая руками, вглядываясь и даже принюхиваясь, но все закончилось как обычно. Полетом вниз.
Потом он потратил немало сил на, то, чтобы поймать рыбу которую время от времени заносило сюда из реки, по тому же самому желобу и водопаду. Падала и крупная и мелкая, и с серебристой чешуей и черная как уголь и вкусная и очень вкусная. Вот только неуловимая. Барри конечно не раз ел рыбу, и жареную и пареную и в супе, и в пироге. Но на этом кулинарные познания о рыбе у него кончались. Как ее приманивать, как ловить и разделывать он понятия не имел. На рынке где он покупал рыбу, она всегда уже была подготовлена к готовке, а как она попадала на рынок, кузнец никогда не интересовался. В итоге попрыгав с час по холодной воде, он понял, что ничего у него не получиться.
Сейчас он сидел без сил, сырой, голодный, злой и обиженный на свою судьбу, которая крутила его в своем диком водовороте хитросплетений жизненых ситуаций. Вот как он сюда попал? В эту пещеру, на берег этого быстротечного ручья. Как? Он же всего лишь поехал в соседний город, как уже ездил не раз. А буквально пару дней назад, он был на балу с самыми значимыми людьми всего королевства Бореи, где сломал нос какому-то принцу, защищая свою возлюбленную.
Он еще раз заглянул в коридорчик по которому ручей убегал вниз. Идти или не идти? Вот в чем вопрос. В принципе что он теряет? Можно хоть сколько сидеть, и клясть свою судьбу, замерзая и оставаясь таким же голодным, а можно сходить и посмотреть, что там за поворотом. Время то пройдет одинаково, но где шансов на изменение ситуации больше? Если, даже очень долго, смотреть на молот, то подкова, все равно, не появится. Любимая присказка его мастера.
Барри медленно встал. Мокрая одежда облепила его тело, сковывая движения и забирая остатки тепла с кожи. Даже высушить негде, солнца нет, огня нет, теплого воздуха нет. Он вновь поежился, испытывая легкую дрожь. Нужно двигаться, желательно постоянно. Он уже более уверенно посмотрел в небольшой коридорчик, образующий пещеру в пещере. Направление есть.
Сколько Барри прошел, он не понял, то ли много, то ли мало, но ориентацию пространства и времени он потерял окончательно. Просто шел вперед, бездумно глядя перед собой, порой осматривая пустым взглядом стены, потолок, дно ручья, не очень широкую полоску берега. Все однотипно. Однообразно. Муторно. В голове было шаром покати. Пусто. Мысли исчезли, разбежались как тараканы при заженной лампаде, оставив лишь ноющее ощущение от уже вновь пустого желудка, и огромный, тяжелый камень безысходности на плечах.
Ручей все петлял и петлял, уходя в глубь горы, временами сужаясь и углубляясь, а временами растекаясь почти по всему дну пещеры, из-за чего Барри опять мочил ноги в холодной воде, все больше и больше разбивая свои невысокие кожаные сапоги, не предназначенные для передвижения по воде. Иногда он вновь предпринимал попытки по ловле рыбы, которая как неуловимая сайга проплывала по течению, молниеносно уходя от всех попыток парня схватить свою тушку.
Несколько раз он останавливался, с твердой мыслью развернуться и пойти назад к водопаду. Но каждый раз свербила одна и та же мыслишка, выползая из-под своего угла: “А что там делать?”. И действительно, а что? Сидеть и смотреть на падающую воду и ждать от нее спасения? Обратно все равно не выбраться, а сил после каждого подъема по водопаду, остается все меньше и меньше. И потом на то, чтобы пройти по руслу совсем не останется. А вдруг ручей выходит с другой стороны горы? Нужно ведь просто дойти до конца и узнать.
Спустя какое-то время, он набрел на пещеру, трех ярдов шириной и двух высотой, уходящую в сторону от потока ручья и абсолютно темную, Барри простоял как заколдованный всматриваясь в черный проем кучу времени, пытаясь понять, что же там находиться. Он даже зашел в нее, пройдя пару шагов, но страх на уровне инстинктов остановил парня. Тут светящегося мха не было, не было вообще никакого света, и куда вела эта ветка подземного хода не понятно, может наружу, а может в глубину. Но главным знаком “Стоп” служила тьма. Какая там притаилась угроза непонятно, и ее не увидеть заранее, не подготовиться к отражению атаки. Никогда не знаешь, чего ожидать от темноты. Поэтому он вышел обратно к ручью, где непонятный мох давал достаточно света, и любую неприятность можно увидеть издалека.