Режим Бога
Шрифт:
Неожиданно Клин поднял раскрытую ладонь, что означало остановиться и быть особенно настороже. Кажется, он увидел или услышал что-то неладное, осторожно присел, спрятавшись за грузовиком, и прицелился. Вдруг и я услышал шаги… Мы переглянулись с Клином, и он шёпотом приказал мне лезть под грузовик. Благо, поднявшийся ветер несколько приглушал шумы. Оказавшись под осями старого КамАЗа, мы даже затаили дыхание.
Вскоре показались чьи-то ноги, они прошагали мимо нас. Несколько пар. По мере отдаления шагающих ног и расширения поля обзора к нижним частям тел визуально постепенно прибавлялись
Насколько я сумел сообразить, это были наёмники.
2
В конце концов я чуть ли не помешался на желании много зарабатывать. Самое забавное было в том, что я уже не стремился получать хорошие деньги с целью обеспечения своей молодой семьи. Мне просто хотелось одного: зарабатывать больше, чем жена. Можно сказать, я начал соревноваться с ней.
Эта ненужная, мною от начала и до конца придуманная борьба привела меня в Зону. Тогда я был готов на всё ради денег. Что называется — довёл себя до края.
Будто нарочно в тот день мне позвонил бывший сослуживец и предложил отправиться в Зону на заработки. Вот так — все едут на заработки в столицу, а мы — в Зону.
Одолеваемый жаждой больших и быстрых денег, я ни секунды не раздумывал. Точнее, вообще ничем не думал. Уж не головой наверняка. Иначе не могу объяснить своё мгновенное согласие.
Ладно, бывший армейский дружок: он-то перебивался случайными заработками, а из членов семьи имел только спившегося отца. Ему в принципе и терять-то было нечего. А вот мне, работнику госорганизации, рядом с которым были и готовые поддержать в трудную минуту родители, и любящая жена… В тот момент я даже не задумывался о том, что, уйдя в Зону, просто могу лишиться всего на свете.
Встретился с сослуживцем, и тот ввёл меня в курс дела. Оказалось, наш бывший сержант Неведов, а ныне вольный сталкер Неведа, за месяц накопил нехилую сумму и теперь зовёт нас к себе. Втроём мы сможем зарабатывать ещё больше. Бывший военный обрисовал такие радужные перспективы, что аж слюнки текли. Эти самые перспективы стали последним аргументом.
Я окончательно решил отправиться в Зону. Не знаю, ходили уже туда юристы или я первый, но факт остаётся фактом. Я решил наплевать на все законы нормального мира, которые профессионально знал, и отправиться в мир с совершенно другими законами.
Любимая, конечно, отнеслась к этой затее крайне негативно. Она пыталась отговорить меня, чуть ли не ползала на коленях, умоляя передумать, но я стоял на своём. В итоге мы жутко разругались. Ссоры бывали и раньше, но тот конфликт завершился массой взаимных оскорблений, упрёков и даже обоюдным рукоприкладством… Она поставила ультиматум: либо я остаюсь с ней и мы вместе продолжим строить нашу семейную жизнь, либо я ухожу в Зону и могу не возвращаться.
Услышав мой ответ, она, заливаясь слезами, хлопнула дверью, бросив через плечо «Не хочу быть вместе с алчным и эгоистичным человеком». Мне в тот момент было наплевать на её слова. Главное, что я заработаю много денег и уже больше никто не упрекнёт меня в никчемности и неспособности
Она всегда и всё мне прощала. Но только не в этот раз. Жаль, что я тогда не вспомнил совет: «Не стоит испытывать на прочность желание „прощать всё“. У человека может лопнуть терпение даже против его сознательной воли. Главное происходит на уровне подсознания, а там может быть перейдена роковая черта, и всё, обратно не вернуться». Эти слова мне сказал друг, которого я тоже потерял, когда ушёл в Зону. Я общался с ним по Интернету, никогда не встречался в реале, но советы он мне давал всегда дельные. Если бы ещё я их всегда слушался…
Иногда я думаю, что мои же отношения с ней, возможно, не закончились бы таким нелепым и трагичным образом, если бы мы состояли в официальном браке. А гражданский… взяли и разбежались. И почему я не предложил ей оформить наши отношения официально? Испугался ответственности, вот почему.
В Зоне у меня, к сожалению, всё сложилось совсем не так, как планировалось. Поначалу дела шли нормально: Неведа нас встретил, быстро провёл базовый инструктаж и перетёр с Сидоровичем. Торговец дал мне и моему сослуживцу снарягу и оружие, пожелав удачной охоты. Неведа охотился за артефактами, именно на продаже аномальных порождений он и заработал хорошие деньги. И нас в этот бизнес хотел втянуть.
Через пару дней мы отправились в первую совместную, а для меня и третьего нашего компаньона первую во всех смыслах ходку. Ходку, после которой выжил только я.
Под руководством Неведы побродив по Свалке и почти дойдя до «Янтаря», мы набрали артефактов тысяч так на тридцать. Согласно устному договору, мне и Андрюхе Мартынову причиталось по пять штук. Обалдеть! За три дня — пять штук! Я в суде получал жалкие пятнадцать в месяц! И по заверениям Неведы — это был ещё улов так себе. А сколько же тогда я смогу заработать, когда улов будет «не так себе»? То-то же.
К сожалению, тех пяти тысяч рубликов я так и не увидел — возле Свалки нас встретили бандиты. Шакалы… Сняли с нас всё ценное, а потом каждому прострелили колено, чтобы жизнь малиной не казалась.
Дальше было забытьё… Очнувшись на плечах у незнакомого сталкера, я увидел слепых псов, пожиравших тела Неведы и Андрюхи, а сам был весь в мутантской крови. Прошло уже четыре года, чего я только после этого не навидался, а до сих пор иногда встают перед глазами растерзанные армейские сослуживцы.
Каким образом я выжил тогда? Не знаю. Наверное, незрячие доги оставили меня на десерт…
Меня спас вольный сталкер, который возвращался из экспедиции, удачной в отличие от нашей, бесславной и провальной. Потом последовало долгое лечение всякими медикаментами и артефактами. Встав на ноги через месяц, я твёрдо решил вернуться домой. Лёжа в койке долгие четыре недели, всё переосмыслил и понял, какую невероятную глупость совершил, когда отправился в эту проклятую Зону.
Увы, но вернуться на Большую землю довелось не скоро. Только через два месяца, после того, как отработал Сидоровичу стоимость экипировки и лечения. Вернувшись, я понял, что за прошедшие три с небольшим месяца всё переменилось. Особенно разительно изменилась жена.