Резервация
Шрифт:
Синди расслабилась. У нее тоже были знакомые хакеры, поэтому объяснение, предложенное Стиновым, показалось ей вполне убедительным.
Стинов почувствовал, что ему верят. Он взял со стола бутылку, распечатал ее и наполнил вином приготовленные пластиковые стаканчики.
– Я вообще-то предпочитаю пиво, – сказал он. – Но готов выпить вина за установившееся взаимопонимание.
Синди взяла протянутый стакан.
– Я так и не поняла, почему, относясь к действиям иксайтов с явным неодобрением, ты тем не менее помог мне скрыться?
– В тот момент
– А потом? – не отводя пристального взгляда, спросила Синди. – Потом тебе не было страшно? За себя?
Стинов задумчиво провел пальцем по краю стола.
– Должно быть, есть чувства сильнее страха, – медленно произнес он. – Ведь и тебе, наверное, было страшно, когда ты ползла по трубе воздуховода с упаковкой динамита на поясе.
– Меня поддерживало сознание того, что я делаю нужное дело, – сказала Синди.
– Высокая идея? – усмехнулся Стинов. – Глупости. Все идеи создаются для того, чтобы заставлять людей двигаться в выбранном кем-то направлении. А вот когда ты вырываешься из-под власти идеи и совершаешь поступок, противоречащий всем и вся, тогда начинаешь чувствовать, что выбрался из людского муравейника. Только тогда становишься личностью и обретаешь свое собственное, неповторимое лицо. В такие моменты кажется, что становишься центром Сферы, которая вращается вокруг тебя. И нужно удержаться в этом центре, чтобы не оказаться смытым и раздавленным потоком наполняющих Сферу тел. – Стинов сделал короткую паузу, чтобы снова наполнить стаканы вином. – Ты никогда не сможешь убедить меня, что устраивать саботажи и взрывы иксайтов заставляет не гипертрофированное самомнение, а нечто иное. Сколько вас? Наберется ли хотя бы один процент от общего населения Сферы? И тем не менее вы упорно стараетесь заставить всех идти тем путем, который выбрали сами. Кстати, в своем стремлении вы даже не оригинальны. В истории уже совершались попытки силой заставить людей быть счастливыми.
– Иксайты используют тактику террора, потому что не имеют возможности использовать легальные методы борьбы, – попыталась возразить Синди.
– А с кем, позволь спросить, вы боретесь? – подался вперед Стинов. – Со всеми жителями Сферы?
– Мы боремся с системой, которая превратила Сферу стабильности в резервацию человечества. Люди должны жить на Земле, а не в замкнутом пространстве.
– А с чего ты взяла, что на Земле будет лучше? Ты уверена, что на Земле, после всего того, что там произошло, можно жить?
– По расчетам наших экспертов за прошедшее время, даже если все население Земли погибло, на планете должен был восстановиться экологический баланс.
– Да ты же сама не веришь тому, что говоришь, – поморщился Стинов. – Что могут знать какие-то там эксперты о том, что сейчас творится на Земле? Не так давно я работал в Архивном отделе и уверяю тебя, если бы меня очень хорошо попросили, то я смог бы вывести твою
– Мне больше нравится Пилат, – улыбнувшись, сказала Синди.
– Мне тоже, – кивнул Стинов.
– Ну раз уж мы хоть в чем-то сошлись во мнениях, давай прекратим наш спор, – Синди сделала движение ладонью, словно перерубила невидимую нить. – Хотя бы на время. Я еще даже не попробовала пирожное.
– С таким серьезным аргументом трудно не согласиться, – рассмеялся Стинов. – Честно говоря, я и не пытался тебя ни в чем убедить. Скорее просто надеялся разобраться в собственных мыслях. С некоторых пор у меня в голове творится черт знает что.
– Надеюсь, не с того дня, когда мы встретились? – шутливо ужаснулась Синди.
– Нет, это началось чуть раньше.
Стинов взял со стола тарелку с пирожными и протянул ее Синди. Девушка левой рукой взялась за кончики пальцев правой, собираясь стянуть перчатку, но, бросив быстрый взгляд на гостя, почему-то передумала. Рукой, затянутой в перчатку, она взяла с тарелки пирожное и надкусила его.
Стинов как-то неопределенно хмыкнул и поставил тарелку на стол.
– Есть в перчатках – это тоже местная традиция? – спросил он.
– Нет, это только моя причуда, – ответила девушка. – Тебя это смущает?
– Может быть, и смутило бы – если бы я не знал, что у тебя есть привычки и похуже.
– Например? – поинтересовалась Синди.
– Например, носить при себе мачете. – Синди улыбнулась и потянулась за новым пирожным. – И водить дружбу с мутантами.
Рука девушки застыла в воздухе.
– Значит, ты видел мутантов, – севшим голосом произнесла она.
– И не только видел. Трое из них пытались меня прикончить.
– Этого не может быть, – уверенно тряхнула головой Синди. – Мутанты никогда никому не причиняют вреда. Наоборот, они стараются оставаться незамеченными.
– Возможно, они приняли меня за шпиона.
– Все равно они не стали бы тебя убивать. Возможно, те, с кем ты встретился, просто хотели тебя напугать.
– В таком случае им это удалось, – усмехнулся Стинов. – Я удирал оттуда со всех ног.
– Этого не должно было случиться, – едва слышно произнесла девушка.
Стинов ничего не сказал в ответ, наблюдая за реакцией Синди, которая нервно сжимала затянутые в перчатки пальцы.
– До сих пор мутанты чувствовали себя спокойно в секторе Коперника, – сказала, глядя в пол, Синди. – Они никому не желают зла, просто хотят жить, как и все люди.
– Успокойся, – Стинов положил ладонь на руку девушки. – Если бы я собрался рассказать кому-нибудь о мутантах, то мне пришлось бы объяснять и то, каким образом я оказался в их поселке.
Синди несколько раз быстро кивнула, словно бы соглашаясь со Стиновым, но было похоже, что известие о том, что он видел мутантов, потрясло ее.
– По-моему, первая наша встреча с тобой происходила веселее, – попытался шуткой разрядить обстановку Стинов.
Синди подняла на него совершенно несчастный взгляд.