Резервация.7 эпизод.Финал
Шрифт:
– Это он тебе сказал, где может прятаться парнишка?
– Нет, - Гай мотнул головой. – Таби. Мы с ней разговорились, и она сказала, что парень мог пойти к дальним цехам. Я собирался… поискать его, - соврал он.- Но вижу, ты и сам рвешься в бой.
– Зачем ему туда?
– У них тут… некое поверье… они верят, что под землей есть что-то наподобие… древнего города…
Антон посмотрел на напарника:
– Древний город?
Гай пожал плечами.
– Этой байке много лет. Ее рассказывали еще в моем детстве… Древний город и… - Гай замолчал, подбирая
– Существа?.. Думаешь… пацан тоже слышал об этом?
– Не знаю…
Антон хлопнул ладонью по кушетке.
– Он мог слышать эту байку в детстве, так же, как ты. И сейчас увидев поезда, он узнал это место.
Гаю было насрать. Единственное, что его удивило – способность Антона, даже после комы, высасывать теории из пальца.
– Там должно что-то быть, - закончил свой монолог Антон.
Они снова пришли туда, откуда начали. Гай старался отговорить напарника задавать вопросы, но тот пер, как танк и спрашивал, спрашивал, спрашивал. Строил догадки. Теории. Зарывался в пески резервации все сильней. И тащил за собой Гая. А Гаю не хотелось здесь оставаться. Складывать все эти ребусы, отгадывать загадки. Все, что ему хотелось – вернуться домой, к жене и детям. Так они и стояли друг напротив друга, упершись лбами. А время шло. Солнце жгло развалины. Ветер швырялся колючими песчинками и заносил следы. И все, что творилось в гетто, оставалось только в гетто. Хоронилось на кладбище поездов.
На стене висел пыльный противогаз – наследие предков. С исцарапанным защитным стеклом и громадными фильтрующими коробками. Гай посмотрел на него и кивнул Антону.
– Думаю, там ядовитые испарения. Под землей. Чиркнешь зажигалкой – и все кладбище взлетит на воздух. Без противогаза там делать нечего.
– Думаешь… он спустился туда? И… задохнулся?
– Кто? – устало спросил Гай.
– Наш парнишка.
Блять, - подумал Гай. – Наш парнишка. Как мило.
– Нужно поспать, - предложил он Антону. Ему не хотелось продолжать разговор.
– Да, да. Конечно…
Гай поднял стул и уселся на него, закинув ноги на колченогий табурет. Закрыл глаза, сложил руки на груди. Подождал. Приоткрыл один глаз. Антон все так же сидел на кушетке.
– Тебе помочь?
– Нет, я еще посижу немного. Осточертело лежать.
– Хорошо, - Гай закрыл глаза и провалился в сон. Ему снова снились дети и задний двор. Все, что он принес с собой в резервацию. Самые яркие, самые живые воспоминания. Они были настолько настоящими, что все остальное казалось сном.
Как же я мог не помнить их лиц? – думал Гай во сне. – Ведь это мои дети.
Он проснулся, когда рассвет только-только тронул обгрызенный горизонт своими паучьими лапками. Сунул сигарету в рот, закурил, все еще пребывая в добром расположении духа после прекрасных сновидений.
Все, что Гаю было нужно, было внутри. Стоило только закрыть глаза. Он больше не боялся змей, которые ворочались в груди.
Гай докурил, воткнул сигарету в банку из-под консервов и поднялся. И только сейчас заметил, что кушетка Антона пуста.
Он слишком слаб, чтобы
Конечно же, все было не так. Антон ушел к дальним цехам, как только Гай уснул. Даже в таком состоянии у него было предостаточно времени, чтобы пересечь кладбище поездов от начала и до конца. Да и маска-противогаз исчезла – теперь, на ее месте, в стене торчал изогнутый, ржавый гвоздь.
– Блядь! – шикнул Гай, сжав кулаки. – Надеешься, что я помчусь за тобой?! Хрена лысого!
Он посмотрел на кушетку – на ней виднелись засохшие пятна крови.
– Что случилось?! – послышался голос Ани. Гай обернулся – она стояла на ступеньках, тонкая фигура, высеченная светом. Длинные худые ноги и шорты под самую задницу. Девочка, заигравшаяся с маминой косметикой. Ее темные волосы сейчас казались чернее ночи. Как и круги под глазами.
Она мало спала, - решил Гай. – В последнее время всем нам не удавалось, как следует выспаться.
– Антон ушел, - ответил он.
– Как ушел? Куда?
Гай не стал отвечать. Подошел к кушетке и со злостью перевернул ее – отбросил в сторону, к стене. С грохотом она рухнула на пол, задев штативы с капельницами и перевернув металлические столики с инструментами.
Аня с испугом попятилась назад. В такие минуты она боялась Гая больше, чем Плеймна. Он напоминал ей отчима, напившегося в автомобильной мастерской.
– Тупой… баран! – выдавил сквозь зубы Гай. Он снова посмотрел на Аню. – Нам нужно оружие. И противогазы.
Она замотала головой. Ее сальные волосы плетью отхлестали ее по лицу.
– Его здесь не достать. Ты же помнишь – оружие тут есть только у дозорных. Все, кто будет замечен с оружием…
– Да брось читать мне эти сраные кодексы ебаного кладбищенского братства! – гаркнул Гай.
– Будут убиты, - закончила Аня.
– Ты со мной? – он посмотрел на нее. – Или тебя устраивает вялиться в этом месте? Это же настоящая тюрьма!
– Нас не удерживают, просто нам некуда идти…
– Мне есть, куда идти, - ответил Гай. – И Антону есть, как видишь, - он мотнул головой в сторону пустой кушетки.
– Выходит – одной тебе некуда идти. Это место… ты размокла тут, как… гребаная розовая девочка!
Он направился к ней быстрым шагом. Аня вскрикнула и прижалась к стене. Но он прошел мимо – взлетел по ступенькам, через одну.
– Гай?! – крикнула она, но он не остановился.
Что же, - подумала Аня, поднеся трясущиеся руки к глазам. – Разве он прав, Аня? Разве ты забыла Омегу?
Ладони были белыми от побелки. И она ждала, что сейчас на них капнут слезы – и потекут прозрачными дорожками к запястьям. Но слез не было. И она рванул вверх по ступеням, вслед за Гаем.
Она нагнала его, когда он пересекал улицу – широко шагая, пунктиром, он двигался к железнодорожным путям. Солнца все еще не было, но небо на востоке уже посветлело, а у горизонта и вовсе бушевало пламя зари. Аня подняла взгляд к вышкам прожекторов – за ними наблюдали. Люди с винтовками, прильнули к оптическим прицелам, рассматривая их озабоченные лица.