Резерв высоты
Шрифт:
Начальник штаба полка прочел короткую записку и поднял голову, что-то соображая про себя. Скуратович воспользовался паузой.
– Товарищ капитан, - обратился он к Русанову, - сержант Фадеев сказал: если вам нужна повозка, то я останусь при вас.
– Отлично! - обрадовался Русанов. - Лошадь в дороге - хорошее подспорье, оставайся.
Капитан подозвал посыльного, приказал: "Командиров подразделений ко мне!", - и почти в это же время раздался противный знакомый звук.
Павел Васильевич взглянул на небо: пара "мессершмиттов"
– Вот они! Кого-то ищут, - сказал инженер полка.
– Нашего брата, советского бойца, кого же еще? - ответил ему Русанов, грустно усмехнувшись.
Как только собрались командиры подразделений, Русанов сказал:
– Итак, на пути нашего движения, ближе десяти километров, час тому назад немцев разведчики не видели, а у местных жителей выяснили: фашисты продолжают наступление. Наши войска с боями отходят на восток. Значит, здесь больше оставаться нельзя, надо немедленно форсированным маршем двигаться к заливу.
– А если там немцы? - спросил инженер первой эскадрильи.
– Будем драться, - ответил Русанов. - Хотя оружия и патронов у нас кот наплакал! Но пока, - продолжал он, - надо подумать о тех, что сейчас пролетели над нами, и о тех, которые могут встретиться нам в пути. Чтобы они не застали нас врасплох, слушайте меня внимательно.
Русанов поставил конкретные задачи перед каждым подразделением, а в заключение сказал командирам:
– Разъясните всему личному составу: защита от воздушного противника залповый огонь, от наземного - своевременная маскировка на выгодном рубеже и хорошо организованный прицельный огонь.
Русанов прекрасно понимал, что его слабо оснащенное войско не сможет успешно противостоять какой бы то ни было немецкой части, поэтому старался провести его по самому безопасному пути. Каждый специалист авиаполка дорог и силен в своем деле, каждого нужно сохранить в ожиданий того момента, когда и летчики, и техсостав встанут в строй боевого полка и будут разить врага вверенным им оружием.
Во второй половине дня прискакал с докладом Фадеев.
– Товарищ капитан, мы находимся от вас километрах в десяти. По рассказам встреченных нами раненых красноармейцев, немцы с запада давят основательно. У них много танков, броневиков и автомашин.
– Что еще говорят бойцы?
– Рассказали, что их дивизия у реки Миус, ведет бой западнее Покровского.
Русанов быстро взглянул на карту и приказал Фадееву:
– Вместе со вторым отделением разведки подходи к Покровскому, уточни, нет ли там немцев, и к двадцати часам доложи мне.
Фадеев мгновенно вскочил на лошадь, галопом пронесся по большаку.
– Молодец, что самолетом, что конем - управляет отлично! - с удовлетворением отметил Русанов.
Проводив Фадеева, он снова внимательно посмотрел на карту. Сопоставил место расположения подразделений полка с возможным расположением стрелковой дивизии, ведущей бой против немцев, и подумал: "Фашисты скоро могут выйти на большак, необходимо ускорить движение".
За час до назначенного времени снова явился Фадеев, на
Русанов, не останавливая движения колонны, сошел с дороги и озабоченно спросил его:
– Что случилось?
– Немцы! - выдохнул Анатолий. - Более десятка мотоциклов с колясками и один броневик.
– Разведка! - резюмировал Русанов и, повернувшись к начальнику связи полка, приказал: - Дай сигнал рассредоточиться.
Старший лейтенант выстрелил низом в направлении идущих подразделений две ракеты - красную и зеленую.
– Звену управления занять оборону вот по этим склонам, - скомандовал он, показывая рукой на взгорье.
Управленцы бросились выполнять команду. На дороге остались лишь Русанов, два разведчика с лошадьми и Скуратович на телеге, наполненной штабным имуществом, вещмешками управленцев.
Не успели бойцы занять оборону, как послышалась стрельба.
– Наверное, это и есть фрицы, - предположил Фадеев. Вскочив на лошадь, он приложил бинокль к глазам и тут же крикнул: - Вот они! Смотрите!
Русанов взглянул на большак и тоже увидел вдалеке несколько мотоциклистов, выезжающих из впадины.
– Фадеев, Скуратович, по большаку во весь опор скачите в направлении подразделений. Километра через два сворачивайте в поле, а там действуйте по обстановке. Только под пули не лезьте. Пошли! - резко приказал Русанов.
Анатолий, не поняв сразу замысла начальника штаба, все же понесся, как на крыльях, по большаку вместе с напарником, то и дело оглядываясь назад. Скуратович, нахлестывая лошадь, мчался за ним. С телеги в разные стороны разлетались вещи управленцев. Фадеев, глядя на эту картину, даже улыбнулся. Доскакав до своей эскадрильи, он крикнул:
– Товарищ инженер, немцы! Готовьтесь к бою!
В воздухе засвистели пули. Увидев телегу, удиравшую от них, немцы открыли по ней огонь.
Анатолий проскакал еще с полкилометра и резко свернул в сторону. Скуратович, поравнявшись со вторым подразделением, спрыгнул с телеги. Он скатился на обочину, а лошадь продолжала бежать по большаку. Немцы, видимо, увлеклись игрой в кошки-мышки с повозкой и не заметили людей, залегших невдалеке от дороги. Как только их броневик поравнялся с подразделением управления, бойцы бросили в него связки гранат. Броневик словно споткнулся, накренился, окутался клубами огня и черного дыма.
Мотоциклисты, не ожидавшие засады, сначала сбились в кучу, потом метнулись было назад, но попали под перекрестный огонь авиаторов. Только двум из них удалось вырваться из засады.
Летчики подсчитали трофеи: подбит броневик и четыре мотоцикла, два мотоцикла исправны. Личный состав наземного эшелона потерь не понес, лишь один из мотористов был легко ранен.
4
"Войско" Русанова продолжало движение в направлении Таганрога. Техники быстро отремонтировали несколько мотоциклов, погрузили на них оружие и боеприпасы, добытые в бою, и повели машины тихим ходом в середине колонны. Фадеев вместе с напарником поехал к своим разведчикам.