Рейнеке-лис
Шрифт:
Корчась, катался пред всеми в таком непотребнейшем виде.
Все его близкие, громко вопя, короля умоляли,
Чтоб соизволил он дать приказанье кончать поединок.
«Что же, — король им ответил, — если находите нужным,
Если вы сами желаете этого — не возражаю».
Отдал король приказанье, чтоб ягуар с леопардом,
Оба смотрителя круга, противников остановили.
Линкс и Лупардус пришли на арену — и
Так обратились: «Довольно! Король изъявляет желанье
Вашу борьбу прекратить и предел положить вашей распре.
Требует он, чтобы был ваш противник ему предоставлен,
С тем, чтобы жизнь даровать он мог побежденному, ибо
Если один из противников мертвым падет, то, конечно,
Горе и той и другой стороне. А ведь вы — победитель.
Всем это ясно — и знайте, что лучших мужей одобренье
Вы заслужили, и все они — ваши сторонники ныне».
Рейнеке так им сказал: «Я свою докажу благодарность!
Я королевскую волю исполню и все, что он хочет,
Сделаю с радостью. Я победил! Ничего уж прекрасней
В жизни мне не испытать. Об одном я прошу государя:
Посовещаться хочу я с друзьями». И крикнули хором
Близкие Рейнеке: «Все мы считаем, что надо исполнить
Волю монарха!» И бросились тут к победителю толпы
Родичей: все барсуки и бобры, обезьяны и выдры,
И новоявленных много друзей: горностаи, куницы,
Ласки, и белки, и прочие, с ним враждовавшие прежде,
Имени даже его не хотевшие слышать, спешили
Тоже к нему. Даже те, кто его обвиняли обычно,
В родичи тут записались и жен и детей притащили:
Великовозрастных, средних и малых, и крошечных самых.
Все перед ним лебезили, и не было лести предела…
Так повелось уж на свете, — счастливчики только и слышат:
«Быть вам живым и здоровым!» Друзья отовсюду к ним валят.
А неудачникам что остается? Набраться терпенья!
Так же и тут получилось. Все к победителю льнули,
Каждый хотел перед ним отличиться: играли на флейте,
Дули в тромбоны, лупили в литавры и пели усердно.
Прихвостни Рейнеке-лиса ему говорили: «Гордитесь!
Вы и себя самого и род ваш возвысили ныне!
Как огорчились мы, видя, что вас побеждает противник;
Вдруг все так быстро пошло по-иному. Вот это был фортель!»
«Благодарю вас, — ответил им лис, — повезло мне, признаться».
Так они двинулись шумной толпой, впереди — победитель
В сопровожденье смотрителей круга. И вот перед ними
Трон королевский, —
Но государь перед цветом баронства сказал ему: «Встаньте!
Вы защищали себя в этом деле достойно — и с честью
Из положения вышли. Я вас объявляю свободным.
Кары, на вас тяготевшие, все отменяю. Об этом
Поговорю я на днях на совете баронском, как только
Изегрим на ноги станет. На том и закончим сегодня».
«О государь! Наставленья верховные ваши, — ответил
Рейнеке скромно, — всегда благотворны, вы знаете сами.
Сколько я здесь обвинителей встретил! Все лгали, в угоду
Волку, врагу моему, что меня уничтожить пытался,
И не совсем безуспешно. А те все кричали: «Распните!»
С ним заодно клевеща, чтоб меня затравить поскорее,
Лишь бы ему угодить. Все видели ясно: мой недруг
В большей чести находился у вас. Но никто не подумал,
Чем это кончиться может и как еще выплывет правда.
Я бы сравнил их с собаками, что перед кухней обычно
Целою сворой торчат, авось благодетель их, повар,
Вспомнит о них благосклонно и несколько косточек бросит.
Братья собачья заметила как-то, что их сотоварищ
Мяса вареного целый кусище у повара выкрал,
Но оказался не столь расторопным — и хвост ему все же
Повар ошпарил. Успел он, однако, с добычей роскошной
В своре своей замешаться. Пришли в умиленье собаки:
«Видите, повар особенно как-то к нему расположен,
Вот ведь каким угостил его завтраком!» Тот им ответил:
«Судите глупо. Вы можете спереди мной восхищаться, —
Видеть, конечно, приятно вам столь аппетитное мясо, —
Но полюбуйтесь-ка задом моим, — и, пожалуй, счастливцем
Не назовете меня». Они посмотрели — и что же?
Зад его страшно обварен был, волосы повыпадали,
Кожа вспузырилась, сморщилась — и ужаснулись собаки.
Больше никто не стремился на кухню. Покинув собрата,
Все разбежались они… Государь! Это притча о жадных.
Стоит им в случай попасть — от друзей им не будет отбою.
В рот им часами готовы смотреть: ведь во рту у них мясо!
Кто не захочет подладиться к ним, тот поплатится многим.
Все их должны восхвалять за любой, самый скверный поступок,
Их укрепляя в противозаконности. Так поступают
Те, кто не думает о результатах. Подобные типы
Часто кончают плачевно—с позором лишаются власти.
Больше никто их не терпит, и тут выпадает с их шкуры
Волос за волосом, то есть их прежние все подхалимы;
Мал и велик отпадают от них — и теперь они голы.
Так своего же собрата покинула свора собачья,