Рэй
Шрифт:
— Ким была едва жива, когда я её нашёл, Тора, лучшее, что мы можем установить, ганглианцы удерживали её около двух недель, — Рэй видел, Тора побледнел, когда он, наконец, понял масштаб насилия, пережитый Ким. — Джен числится пропавшей более шести месяцев. Шансы, что она всё ещё жива…
— Никто не выживет так долго у ганглианцев.
— Нет, и я не хочу, чтобы Ким представляла насилие, которое пришлось перенести её сестре. Она обвинит себя.
— Почему? Она не могла бы это предотвратить.
— Остановило
— Нет, — прошептал Тора. Наконец, то, что пыталась объяснить ему Ким, затопило его и смыло небольшую часть вины, которую он нёс.
Глава 23
— Вы хотите, чтобы мы схватили её и продали в дом удовольствий? — спросил Дьюла, нахмурившись на лорда Рива. Они были призваны в его личные покои, и сейчас лорд сидел и рассматривал их с Фала.
Рив обдумывал это с тех пор, как переговорил с Бертосом. Тот хотел, чтобы самка умерла. Хотел, чтобы Рив сделал это похожим на то, словно она сама наложила на себя руки после сделанного с ней ганглианцами, но Бертос никогда не видел её. Дом удовольствий заплатит за неё заоблачную цену, а Рив нуждался в этих средствах. Она могла бы умереть там, Рив получил бы прибыль и никто бы не узнал.
— Да. Мы не можем позволить такой, как она, запятнать титул Императрицы даже на мгновение.
— Император убьёт нас! — заявил Фала, как более умный.
— Он никогда не узнает, что это были вы. Я организую всё так, словно Верон, его самый доверенный капитан, похитил её, а вы, преследуя его, докажете Императору, что являетесь пригодными и достойными воинами.
— В чём выгода для нас? — потребовал Фала.
Взгляд Рива потяжелел, когда он посмотрел на него.
— Разве недостаточно того, что вы вернётесь в гвардию Императора? Что все снова будут знать, что вы пригодные и достойные самцы?
— Нет, — сказал Фала.
— Фала… — Дьюла встревожено перевёл взгляд с Рива на друга.
— Мы принимаем на себя все риски, Дьюла. Мы — единственные, кто умрёт, если нас поймают, — сказал Фала, и Дьюла стиснул зубы, его глаза вернулись к Риву.
— Что ты хочешь? — спросил Рив.
— Во-первых, половину от того, что заплатит тебе дом удовольствий. Какова бы ни была цена.
— Что?! — Рив разъярённо подскочил со своего стула. Он нуждался во всей сумме, что принесёт продажа самки.
— Половина! — закричал Фала в ответ, совсем не испугавшись своего лорда, которого никогда не боялся. Рив никогда бы не выжил, если бы не был потомком лорда.
Рив медленно сел обратно.
— Согласен.
— Второе, — пошёл Фала дальше, понимая, что лорд теперь на крючке. — Каждый из нас позабавится
— Хорошо, но если вы нанесете ей вред и это снизит её ценность, то разница будет вычтена из вашей половины.
— Согласен.
***
Рэй стоял рядом с кроватью и наблюдал за тем, как Ким отдыхает. Богиня, единственный способ сделать этот вид ещё прекраснее, это если бы она была в его кровати, в его покоях в Торино. Когда она вдруг дёрнулась и закричала, он тут же оказался рядом.
— Ким, — сказал он, склонившись и нежно гладя её руку. — Ким. Просыпайся, — он обвил её руками, когда она внезапно дёрнулась, крича. Кошмары приходили каждую ночь, он не ожидал меньшего сегодня ночью, особенно после её общения с Торой… но он надеялся. Надеялся, что однажды Богиня заберёт их прочь.
— Я здесь, Ким. Я здесь, — прошептал он на ухо, притягивая её в свои объятия.
— Рэй? — страх и неуверенность в её голосе разбивали Рэю сердце.
— Я здесь, Ким. Ты в безопасности.
— Я видела сон… о Джен… — Ким подняла к нему влажные глаза. — Она кричала, чтобы я помогла ей, а я повернулась к ней спиной.
— Ты бы никогда не сделала так, моя Ким, — успокоил её Рэй, — и я тоже. Это просто Дако играет на твоих страхах.
— Дако? Кто такой Дако? — спросила она, судорожно вдыхая, пытаясь отпустить страх, оставшийся после кошмара. Она знала, что в безопасности. Она с Рэем.
— Дако — это нижний Бог, укравший Богиню от её пары. Помнишь?
— О да, воины из Дома Берто спасли её до того, как её заставили соединиться с ним.
— Да. Он Бог разрушения и боли. Ему нравится использовать наши страхи и уязвимость.
— Создавая кошмары.
— Да. Для него нет ничего лучше, чем уничтожить тебя, Ким. Его цель забрать всё, что есть хорошего и яркого, сделав это тёмным и пугающим.
— Как он сделал с Императором Луканом, — сказала она мягко, зарываясь в его грудь.
— Что? — спросил Рэй, пристально посмотрев на неё. — Почему ты думаешь так?
— Не знаю, это просто кажется уместным, разве нет? Линия Лукана останавливает Дако от совершения насилия над Богиней. Разве может быть лучший способ отомстить, чем вынудить её самого любимого воина совершить то же самое преступление?
— Я… — Рэй посмотрел на неё потрясённо. Он никогда раньше не задумывался об этом. Могло ли быть то, о чём она думала, правдой? Это смогло бы объяснить столь многое. Это было в те времена, когда Император Лукан считался великим Императором. Он прекратил много войн, сделал все расы ближе, но всё это было забыто, когда его преступление раскрылось. — Я никогда не размышлял об этом.