Рэй!
Шрифт:
— Добейте… — прохрипел узник, протянув руку к ослепляющему его свету. — Помилуйте и добейте…
— Ну и вонь, — послышался голос из коридора.
— Месяц уже как гниет, — сморщился вошедший охранник. — Ладно, потащили.
Из коридора вошли еще пара охранников и, с отвращением подхватив под мышки гниющий труп, выволокли его из камеры. Под тихий, едва разборчивый стон, его протащили по коридорам, галереям и лестницам, остановившись у массивной деревянной двери.
— Господа, маги? — сунулся в дверь один
— Как раз вовремя, — кивнул Филимон, что стоял над учеником и задумчиво рассматривал огромный рубец на спине женщины, что была примотана к столу. — С этой мы закончили.
Рэй, что стоял неподалеку, был бледным, но до зеленого оттенка ему было еще далеко. Парень держал себя в руках и стойко вынес пятую вылеченную рану.
Охранники тут же затащили гниющего мужчину, отвязали женщину, что умоляющим взглядом смотрела на них, и утащили ее прочь, на забыв привязать на столе, на котором обычно пытают людей, новую жертву.
— Учитель… Я никогда не спорил о ваших методах, но… Резать людей ради практики…
— Во первых — не резать, а создавать заведомо безопасный тренировочный макет. Максимально приближенный к реальности. А во вторых — это не люди. Это преступники. В частности та дамочка была женой одного купца, которого траванула вместе с собственными детьми ради капитала, который сколотил ее муженек. Очень ей хотелось с любовником своим по новому зажить. Но… Есть умные люди у короля.
— А вдруг тут какая-то ошибка?
— Да, если бы не жрецы, что провели обряд простенького определения лжи и позеленевший труп мужа и детей, указывающий на отравление дешевым ядом, то могла быть и ошибка. Но… — тут Фил развел руками. — А вот тут вообще полный мерзавец с точки зрения закона.
— Что он сделал? — спросил Рэй, взглянув на мужчину, что был настолько худой, что сквозь тряпки виднелись торчащие ребра.
— Он отлавливал детей. В частности девочек. В Сардириле там очень любят покупать Гельштальских девушек в бордели. Пользуются спросом. Но вообще, его взяли не на этом. Он совершил кое-что посерьезнее.
— Что может быть серьезнее?
— Неуплата налогов на доход от торговой деятельности, — возмутился учитель. — Ты можешь убивать простолюдинов, уплачивая штраф, разумеется. Можешь насиловат ьпростолюдинов. Тоже со штрафом конечно, но можешь. Ты можешь даже ходить голышом по улицам, если ты аристократ. Но НЕ платить налоги — не может НИКТО. Запомни. Это крайне важно. На этом он и погорел, когда у приказчиков появился вопрос, откуда деньги на новый дом, прислугу и позолоченные одеяния.
Рэй недовольно глянул на мужчину, что одними губами шептал: «Добейте, смилуйтесь…», а потом на учителя.
— Итак! Это очень актуальный препарат. С такими истощенными и гниющими тебе придется встречаться неоднократно. И тут есть два принципиально разных подхода.
Мужчина замер и принялся переводить взгляд с пилы, на молодого парнишку.
— Да, потом мучаться и отращивать новые конечности, но зато на данный момент, он выживет и при должном питании, сможет восстановиться, для дальнейшего восстановления конечностей.
— Но… почему сейчас сразу нельзя восстановить конечности? — спросил Рэй.
— Потому, мой тупоголовый ученик, что сейчас в нем нет столько мяса и костей, чтобы организм мог поделиться своими ресурсами для новой руки, ноги или головы.
— Голову тоже можно…
— При хорошем навыке, можно и голову, — кивнул Фил.
— А если его накормить толченной костью и мясом, то…
— У него свернутся кишки в узел и он подохнет намного раньше, чем восстановит новую конечность, — развел руками маг. — Поэтому, серьезная регенерация в первую очередь начинается с общего укрепления организма. Нет, отвары и настойки не обязательны, но больной должен быть накормлен и не истощен. Иначе ты потом разоришься на восстанавливающих зельях. Это понятно?
— Понятно.
— Второй вариант — более тонкий и менее… радикальный. Этот процесс завязан на излечения гниющих ран. И тут надо уметь работать с силой смерти на очень высоком уровне. Наитончайшем! Поэтому к этому вопросу мы вернемся уже завтра, а пока… — тут Филимон сунул в руки ученика пилу и кивнул на мужчину. — Можешь приступать к радикальному методу!
— Но… он же… помрет.
— Ну, знаешь! — забрал у него пилу маг. — Никто не вечен, но да. Я рад, что ты вспомнил об обезболивании.
— Вы про ту настойку, которую я варил вчера вечером?
— Нет, я про этот замечательный артефакт, — взял со стола продолговатый цилиндр Фил. — Он обеспечивает прекрасно обезболивание. Единственный минус — надо чтобы он был расположен максимально глубоко в теле.
— В смысле? — нахмурился Рэй.
— В прямом. Если мы говорим про руки — лучше всего его засунуть в рот поглубже. Если же про ноги, то… — тут учитель кивнул на «препарат» и подмигнул. — Возможно ему даже понравится… но это не точно.
Рай растерянно принял от учителя артефакт и взглянул на преступника, что испуганно хлопал глазами, глядя на него.
Через несколько минут, охрана, за дверями пыточной вздрогнула от пронзительного, истошного вопля. Охранники поежились, переглянулись, но не проронили ни звука.
— А нет, погоди! Это просто черенок от лопаты натертый перцем! — раздался голос мага. — Вот! Это обезболивающий!
— БРА-ГРЫ-ФРЫК!
— Учитель. а он так и должен дергаться и выгибаться?
— Нет, это тоже не та палка. Это дубинка с молнией, для усмирения буйных… Вот! Вот это точно она!