Рей и Рита
Шрифт:
Я стискиваю Веснушку в крепких объятьях, с удовольствием вдыхая ее цветочный аромат. Она кажется совсем крошечной и невообразимо хрупкой, и я вдруг понимаю, что не просто влюбился в нее, я отдал ей душу.
И Рита сжимает ее в своих маленьких руках, решая, каким будет мое завтра: хорошим или плохим, радостным или печальным. Я завишу от Риты, я болен ей... И ничего, ничего не могу с этим поделать.
Дольше все происходит молниеносно. Вихрь страсти сбивает нас с ног, и мы валимся на кровать прямо поверх многочисленных курток. Дверь в комнату не закрыта, но мне плевать.
Стаскиваю с нее крошечный топ, освобождаю молодую грудь от бюстгалтера и жадно припадаю к твердым соскам. Целую ее ребра, живот, пупок, а затем спускаюсь ниже. Рита охает и извивается под моими губами, словно уж на сковородке, но мне это нравится. Нравится доводить ее до исступления, до судорожных вздохов, до дрожи.
Стягиваю с девчонки джинсы, расстегиваю свою ширинку и стремительно вхожу в нее. Рита уже вся мокрая, поэтому мой член проскальзывает в глубину ее плоти легко и без сопротивления. Двигаюсь быстро и амплитудно, а Рита стонет так громко, что я всерьез начинаю переживать, как бы наш шумный секс не привлек ненужное внимание.
– Тшш, - выдыхаю я, накрывая ладонью ее приоткрытый рот.
– Нас могут услышать.
Пытаясь подавить стоны, Рита кусает мой палец, а я даже радуюсь неожиданной боли. Она позволит мне продержаться чуть дольше, а то с Веснушкой вечно так: не проходит и нескольких минут, а я уже готов к разрядке.
Внезапно Рита меняет позу и, оказавшись сверху, перехватывает инициативу в свои руки. Я позволяю ей руководить процессом и просто любуюсь ее стройным телом: плоским животом, тонкой талией и аккуратной стоячей грудью. Рита кажется совершенно неземной, волшебной, и только плавные покачивания ее бедер, которые я ощущаю на себе, доказывают то, что она реальна.
Вдруг я отчетливо слышу приближающиеся голоса, и Веснушка едва успевает нагнуться ко мне, чтобы хоть как-то прикрыть свою наготу. Я накидываю на нее первую попавшуюся куртку, и когда дверь, озаряя нас светом из коридора, открывается, громко кричу:
– Пошли вон!
Незваный гость, лица которого я не вижу, застывает на пороге, а затем тихо прикрывает дверь с обратной стороны.
Мы с Ритой сдавленно смеемся, а затем она приникает ко мне губами, страстно переплетая наши языки, и вновь начинает двигать бедрами. Мы продолжаем с того момента, на котором остановились, и я почти умираю от наслаждения. Хрипло выдыхаю нецензурную брань, сжимаю ее ягодицы, а в голове пульсирует мысль: "Хоть бы это продолжалось вечно. Я и Рита. Навсегда".
– Ты не передумала насчет татуировок?
– спрашиваю я, когда мы с Ритой, счастливые и удовлетворенные, лежим рядом и держимся за руки.
– Нет, а ты?
– она поворачивается ко мне.
– Тогда погнали, сделаем?
– Сейчас?
– Веснушка округляет глаза.
– Ну да, чего тянуть?
– А погнали!
– с энтузиазмом восклицает она и, вскочив с кровати, принимается бегло натягивать на себя одежду.
– А это больно?
– Терпимо, - пожимаю плечами я.
– Боишься, да?
– С тобой я ничего
Ни с кем не прощаясь, мы покидаем вечеринку и на такси отправляемся в круглосуточно работающий тату-салон, в котором я набивал практически все свои татуировки. К счастью, сегодня смена самого топового мастера Игната, а в его руки и нежную кожу Веснушки доверить можно.
– Мы хотим букву "Р" набить, - обрисовываю я ситуацию, когда мы с Ритой заходим в кабинет.
– Где?
– уточняет Игнат.
– На руках, мне кажется, да?
– я вопросительно гляжу на Веснушку.
– Ага. А можно еще...
– с воодушевлением начинает Рита, но затем тушуется, - хотя ладно, это, наверное, глупо будет.
– Говори, - подбадриваю я.
– Ну, я подумала, было бы прикольно у каждого из нас рядом с буквой "Р" изобразить половинку сердечка, - краснея, щебечет она.
– А когда бы мы брались за руки, то половинки совмещались, образуя целое сердце.
– Блин, круто!
– воодушевляюсь я.
– Давай так и сделаем.
Татуировку решаем набить на кистях рук, у основания больших пальцев, чтобы реализовать Ритину идею с сердечком. Я, конечно, понимаю, что это ужасно попсово и до жути ванильно, но мне очень хочется иметь с Веснушкой как можно больше общего, и одинаковые рисунки на теле - это как раз то, что нужно.
С моей татуировкой Игнат справляется в два счета, в вот над Ритиной ему приходится покарпеть. Девушка то и дело одергивает руку от иглы, напоминая ребенка, у которого впервые берут кровь из пальца.
Игнат - профессионал своего дела, поэтому совершенно спокойно терпит заскоки Веснушки, в сотый раз повторяя, что больно не будет. Наконец Рита собирается с силами и героически выдерживает несколько минут мучений.
– Как красиво! - довольно выдыхает она, когда изящная буква "Р" в компании с полусердцем вырисовывается на ее руке.
Сажусь к Рите на кушетку и переплетаю ее пальцы со своими, любуясь тем, как потрясающе наши татуировки смотрятся вместе.
– Не могу поверить, что мы на это решились, - улыбаясь, шепчет она.
– Мы сумасшедшие, да?
– Еще какие, - целую ее в губы.
Игнат выходит из кабинета, оставляя нас наедине.
– Денис, меня бабушка убьет, - вдруг вздрагивает Рита.
– Увидит татуировку и убьет.
– Да брось, ничего она не сделает, - посмеиваюсь я.
– Нет, ты не понимаешь, - она напряженно покусывает ноготь на пальце.
– Она за такое и отшлепать может, а рука у нее тяжелая.
– Рит, тебе девятнадцать! Ты имеешь полное право сама распоряжаться собой и своим телом!
– Так-то оно так, но ты это ей это объясни. Она-то думает, что татуировки только тюремщики делают!
– Так ты же не набила что-то вроде "не забуду мать родную", - возражаю я.
– Да бабушке без разницы...
– А хочешь, пойдем к ней вдвоем и покажем, как наши татушки смотрятся вместе?
Рита поднимает на меня глаза и задумчиво покусывает губы.
– Даже не знаю. Ты вообще-то весь в татуировках...Не думаю, что ба оценит.