Рей и Рита
Шрифт:
Мы мчимся так, будто за нами погоня. В ушах стоит страшный гул, и я уже почти ничего не вижу и не слышу. Тело напряжено, адреналин горячими волнами вбрасывается в кровь, а в голове пульсирует одна единственная мысль: "Только бы доехать до дома живой! Только бы не разбиться!"
Когда эта пытка наконец заканчивается и Денис притормаживает около моего подъезда, я не верю своему счастью. Такого первобытного страха за свою жизнь я не испытывала еще никогда. Мне кажется, что во время этой сумасшедшей поездки мы были на волосок от смерти, и сейчас,
– За-зачем ты так гнал?
– заикаясь от ужаса, спрашиваю я Дениса, вид у которого совершенно безэмоциональный, я бы даже сказала, скучающий.
– Я правда гнал? Извини, не заметил, - небрежно бросает он, но я почему-то ему не верю.
Как можно не заметить, что топишь за сотню?
Я возвращаю ему шлем и в нерешительности топчусь на месте, не зная, что сказать дальше. И нужно ли вообще что-то говорить? После происшествия в кабинке колеса обозрения между нами образовалась пропасть, которая с каждой минутой только увеличивается. Денис будто возвел между нами невидимый барьер, стал холодным и абсолютно непроницаемым.
Должно быть, затаил обиду за то, что я отвергла его. Но что мне оставалось делать? Отдаться человеку, для которого я ровным счетом ничего не значу, а потом жалеть об этом всю оставшуюся жизнь? Нет, этого я допустить не могла.
Мне очень хочется, чтобы Денис улыбнулся, чтобы вновь назвал Веснушкой, чтобы его взгляд потеплел. Ведь он мне нравится. Дико нравится. До мурашек на коже. До крови на искусанных губах. И я бы с удовольствием продолжила наше знакомство, встретилась бы с ним еще раз, но весь его вид, к сожалению, говорит о том, что ему это неинтересно. Он списал меня со счетов в тот самый момент, когда я оттолкнула его от себя.
Ему не нужна несговорчивая девчонка с кучей комплексов, наивная и смешная. Совсем скоро, завтра, а, может, и сегодня он найдет себе другую, более раскрепощенную и легкую на подъем подругу, даже не вспомнив обо мне. Купит ей выпить, прокатит на байке и получит свое.
Осознавать это до слез обидно, но я держусь. Сжимаю в руках сумочку и скольжу по Денису взглядом, пытаясь запомнить его безупречные черты.
– Спасибо за вечер и за то, что проводил, - тихо говорю я, заводя руки за спину, чтобы скрыть дрожащие ладони.
– Было здорово.
Денис медленно поворачивает ко мне голову, и уголки его губ все же слегка вздрагивают в едва уловимой улыбке.
– Согласен, - кивает он, мягко дотрагиваясь моей щеки.
От его прикосновения мурашки нестройными рядами бегут по спине. Денис смотрит внимательно, но уже без прежнего голода. В какой-то миг мне кажется, что он меня поцелует, и я подсознательно подаюсь вперед. Но парень лишь ласково проводит большим пальцем по моей нижней губе, а затем медленно отводит руку.
– Береги себя, Рит, ты чудо, - негромко произносит он и, не дождавшись моего ответа, срывается с места, уносясь вдаль.
Я смотрю Денису вслед до тех пор, пока огонек фар его мотоцикла
Вот и все. Вот и закончилась чудесная сказка длиною в ночь. Златокудрый принц умотал на своем железном коне и, кажется, исчез из моей жизни навсегда.
На душе саднит от грусти и разочарования, и я чувствую себя Золушкой, чья карета вновь превратилась в тыкву. Еще час назад самый красивый парень из всех, что я встречала, смотрел на меня глазами, полными живой заинтересованности, а сейчас я плетусь домой в одиночестве без малейшего шанса на новую встречу с ним.
Стараясь не шуметь, прокрадываюсь в квартиру и, заглянув в зал, убеждаюсь, что бабушка крепко спит. Она, кажется, и не поняла, что меня всю ночь не было. Это к лучшему. Значит, никаких нравоучений с утра пораньше не предвидится.
Тихонько запираю дверь своей комнаты и ложусь в кровать, но сна нет ни в одном глазу. Все мысли поглощены Денисом и проведенной с ним ночью. Память бесконечно прокручивает картинки, на которых он смеется, откидывает со лба светлые волосы и закусывает нижнюю губу. Такой невероятный и такой далекий.
Как бы я хотела увидеть его еще. Пускай хоть раз. Пускай во сне. Пускай ненадолго. Встреча с Денисом стала едва ли не самым ярким событием за всю мою жизнь, именно поэтому я отчаянно хватаюсь за ускользающие мгновенья, стремясь запомнить каждую их деталь.
Вылезаю из постели, беру в руки стоящую в углу гитару и медленно провожу пальцами по тугим струнам. Инструмент издает жалостливые звуки, будто сочувствуя мне. Сажусь на кровать и, тихо бряцая, напеваю под нос: "Я искала тебя годами долгими, искала тебя дворами темными..."
Музыка - мой личный антидепрессант и мой способ медитации. На ее волнах я уплываю далеко от своих проблем. Музыка и вправду лечит.
Утром просыпаюсь от звенящего шума, доносящегося с кухни. Бабушка готовит: бойко орудует ножами, гремит кастрюлями и звонко распевает песни свой молодости.
– Ну что, спящая красавица, проснулась-таки?
– улыбается она, когда я, широко зевая, сажусь за стол.
– Допоздна, поди, вчера гуляла?
– Ну так, - уклончиво отзываюсь я, отпивая из чашки, которую ставит передо мной бабушка.
– Повеселилась хоть?
– она смотрит на меня участливо.
– Да не то слово, - заверяю я.
– Познакомилась с Ксюшиными подругами, веселые девчонки.
– Вот и славненько. Глядишь, так друзьями и обзаведешься, - говорит она, накладывая в тарелку щедрую порцию каши.
– Ну, а на сегодня какие планы?
– После обеда несколько собеседований в близлежащих кафе назначено, - отвечаю я, с аппетитом набрасываясь на завтрак.
– График подходящий. Надеюсь, возьмут.
– Ох, Ритуля, может, ну ее, эту работу?
– бабушка подпирает кулаками подбородок.
– В этом институте наверняка по учебе дерут в три шкуры.